Глава 28 · Дмитрий

Если бы было поздно, то она бы не бросалась меня защищать от этих утырков, бестолковая.

Если бы было поздно, то она не привезла бы меня к себе, чтобы обработать рану. И не церемонилась бы так, переживая, что мне больно.

И главное… в ее глазах бы не было столько неподдельного беспокойства из-за какой-то царапины на моей голове.

Если бы было поздно…

Целую ее так жадно, как все еще свою. Будто не было всех этих бесконечных месяцев, в которые я пытался оставить ее в покое. Пытался больше никогда не появляться в ее жизни. Но больше просто не могу…

Подхватываю свою Риту за талию и усаживаю на разделочный стол, не прерывая поцелуй.

Не отпущу. Клянусь.

И плевать я хотел на какого-то там мужа. Разведемся — не проблема. И ребенка ее я воспитаю как своего. И еще наделаем парочку хотя бы. И главное, я сделаю так, что она больше никогда и не вспомнит, о моей ошибке. Уж я точно никогда не позволю подобному повториться. Пить не буду. На шаг от нее не отойду, если других способов доказать свою к ней любовь не найду.

Да, я люблю ее. Так же сильно, как и год назад. А может и сильнее. Ведь теперь я знаю цену ошибки. Знаю, что значит потерять ее. И больше не готов проходить через этот ад.

Я хочу только ее. Я люблю только ее.

И она меня тоже. Ведь иначе не стала бы сейчас… отвечать мне на поцелуй.

Ох, милая…

Я просто улетаю. Зарываюсь ладонью в ее шоколадные локоны, и притягиваю к себе свою жену, не собираясь никогда в жизни ее больше отпускать.

Пусть наказывает меня как хочет.

Хоть убивает — не отпущу.

Но судя по тому, как ее пальцы ласково обвивают мою шею, она будто вовсе и не собирается меня наказывать. Наоборот.

Она льнет ко мне, явно давая понять, что не хочет, чтобы я останавливался. И я не посмею ее разочаровать.

Шелковая ткань ее волшебного платья скользит под пальцами, когда я нетерпеливо сжимаю бедра своей жены, слегка натягивая ее на себя.

И будто в награду по моему языку прокатывается нетерпеливый стон.

Боже.

Она тоже хочет меня.

Если бы я только знал… если бы только мог предположить, что она все еще ждет меня, то разве стал бы так долго сохранять дистанцию?

Мне казалось я просто права не имею к ней приближаться после всего. Надеялся, что она сможет забыть меня и снова станет счастливой. Я ведь правда хотел этого.

Но сейчас кажется, что ей, как и мне, больше никто не нужен. Что она так же как и я просто хотела как-то закрыть эту ноющую рану, потому и выскочила замуж. Так ведь, родная?

Однако меня дико бесит мысль, что она сейчас чужая жена. Это будто даже в моей голове звучит как-то совсем неправильно.

Моя она. Только моя.

И плевать я хотел на какого-то там типа мужа. Он больше близко к ней не подойдет. Не прикоснется к моей девочке. Я не позволю.

Жадно прикусываю ее губку. Рита стонет пробуждая во мне бешеное желание. Я так скучал по ее телу, по запаху. По голосу в конце концов. Чтобы она вот так стонала от моих поцелуев. Ведь так как ее, я никогда и никого не хотел с самого начала и по сей день. И на этой же кухне, я уже брал ее несколько лет назад, когда еще ухаживал за ней. Она тогда еще девственницей была. И я с трудом удержался, чтобы не переборщить. Пришлось ограничиться только оральными ласками, прямо на этом же столе. Но сегодня я уже точно не планирую останавливаться.

Однако Рита будто мысли мои читает: тут же упирается слабыми ручками мне в грудь, вынуждая меня немного отстраниться:

— Я так скучал, родная… — шепчу ей в ротик.

— Д-дима… — выдыхает она с таким болезненным трепетом мое имя, что меня ломает просто. — Мы должны остановиться…

— Не должны, солнышко, — продолжаю коротко целовать ее сладкие губки. — Ты ведь тоже хочешь меня, правда?

— Н-нет… — выдыхает она пытаясь справиться с бешенным дыханием. — Не хочу… перестань…

— Ладно, — шепчу я, — тогда всего один поцелуй, — прошу я, задыхаясь. — Позволишь мне? И я клянусь тебе, я остановлюсь, если ты попросишь снова.

Смотрю ей в глаза. Взгляд ее хмельной будто от алкоголя. Поэтому она кажется даже не понимает подвоха. Смотрит на мои губы и…

…кивает.

Вот и попалась, моя сладкая девочка.