Глава 14

Обед с Егором меня дико триггерит. На обратном пути в школу, я прогоняю его слова снова и снова. Милана дочь какого–то там бизнесмена с криминальными замашками. Что же, вляпался ты Архип. Он уж точно не отпустит тебя и накажет от всего сердца. И мне не жаль. Жалость самое мерзкое чувство по отношению к мужчине. Оно уменьшает мужское достоинство и силу. И если я снизойду до жалости, то уже никогда не разгляжу мужественность. – Лен, ты организовала собрание? Иванцова ойкает, увидев меня перед собой за стойкой. – Да, на шесть часов. – Отлично. Я поработаю у себя немного, никого ко мне не пускай. – Поняла. Эта короткая передышка в занятиях, дает мне возможность отправить кое–какие документы своему бухгалтеру и изучить интернет на предмет господина Страхова. Егор не обманывает. Страхов Виталий Сергеевич известный в городе человек. Владеет рыболовной компанией и портом. Его жена держит рыбные ресторанчики. Милана их единственная дочь. Нажав на ее фото, испытываю отвращение. Искусственная красавица с надменным взглядом. – Дана Валерьевна, родители собрались в большой аудитории. Лена аккуратно отвлекает меня от неформального дела. – Да, иду. Я выхожу из браузера, ставлю пароль и взяв журнал со списком всех учеников, направляюсь на беседу с родителями. Спустя час, они вполне довольные гуськом покидают «Happy English», а я выхожу на жену Егора и договариваюсь о личной встрече. Судя по голосу, она активная и готова покорять вершины. Мне это нравится. – На сегодня всё? – интересуется Лена. – Да, – я провожаю последнего родителя улыбкой. – Отдыхай. Завтра не менее тяжелый день. – До свидания. Иванцова собирается и спешит на выход. Я ставлю помещение на сигнализацию и тоже ухожу. У меня складывается ощущение, что завтра будет лучше, чем вчера. Может быть, я наивная и по–прежнему верю в хорошее. *** Вместо поездки домой, выбираю навестить Соню и Веру Васильевну. Мои невнятные сообщения, наверняка взбаламутили в них сомнения. Автозаправка сияет вдалеке, и я сворачиваю к ней, в надежде нарваться на Гришу. Однако на смене другой парень. Он наполняет мой бак, пока я расплачиваюсь внутри минимаркета. Девушка пробивает мне десять литров бензина и коробку печенья. Почему–то я не подумала о гостинце раньше и спохватилась только сейчас. В конце концов, короткая остановка позади. Я съезжаю вниз по насыпной дороге и до дома рыжеволосых красавиц качусь на минимальной скорости. Заглушаю двигатель у самых ворот. Поворачиваюсь назад и подцепляю сумку. Не знаю, зачем забросила ее туда. Развернувшись, вскрикиваю от вида Гришки, который ломится в окно. – Ты с ума сошел! Я открываю дверь и отталкиваю его. – Прости, я уже замерз, а они меня не пускают. – Оно и понятно. Выбираюсь на воздух и закрываю машину. – Да что понятно. Я ж ни в чем не виноват! – Где–то я уже это слышала. Гришка шагает следом за мной до калитки. Он взъерошенный, на краю сумасшествия. – У нас ничего не было! Вороны с криком взметаются в небо. Я берусь за защелку на калитке, но тут же убираю руку от нее. – Я хотела с тобой поговорить, но Соня взяла с меня обещание не соваться к тебе. – Она меня ненавидит. А я люблю ее. Я бы никогда не сделал ей больно. Я разворачиваюсь и склоняю голову к плечу. – А что ты сделал, Гриша? Что случилось после клуба? Парень чешет затылок. – Короче, я тоже был в том клубе. Наблюдал за ней. Она танцевала с двумя девчонками. Потом они куда–то делись, а она осталась одна. – И? Она была в нетрезвом виде? – Вроде того, – Гришка сутулится. – Я забрал ее к себе. Возле моего дома она споткнулась и разбила коленку. Пришлось обработать рану. – А от одежды ты ее избавил? – Ну, это…– мнется, будто перед директором школы. – Она воняла какой–то ерундой, может ее вырвало где. Костяшки домино выстраиваются в моих мыслях ровным рядком. Вот откуда кровь на простыне. Вот почему обнаженная в кровати. – Ты сразу мог ей обо всем этом рассказать? – Да как?! Она проснулась, накинулась на меня с кулаками, чуть глаза не выцарапала. – Ясно. Идем со мной. Мы входим в калитку, идем по тропинке. Пахнет волшебно. Вера Васильевна оживает и берется за выпечку. – Тук–тук. К вам можно? Я заглядываю на кухню. Вера Васильевна и Соня показываются одновременно. Соня начинает кричать на Гришку: – Выметайся отсюда! – Сонь, не прогоняй его. Он хочет с тобой поговорить. – Не буду я с ним разговаривать! Вера Васильевна непонимающе поглядывает на дочь и будущего горе–зятя. – Будешь. А мы с твоей мамой, пока накроем стол к чаю. Да? Я разными маневрами шлю Вере Васильевне зрительные сигналы, но она долго не распознает их. Когда это все–таки случается, то широко улыбается. – Да. Я пирог только из духовки вытащила. Помощь пригодится. Соня оказывается в нашей ловушке. Взяв Гришку за руку, ведет в свою комнату. – Смешные они. Влюбленные эти. Розовощекая хозяйка с собранными заколкой волосами, берет меня под локоть, и мы шагаем с ней в ногу. – Соне никогда не хотелось поехать учиться в другой город? – Ох, как же, хотелось. Но я ж у нее одна. Отец ее давным–давно своей жизнью живет. На кухне душно. Аромат печеной картошки дурманит. – Она говорила, что очень скучала по нему. – Предал он меня, Даночка. Такое не прощают. Женщина полосует пирог большим ножом, а я подаю тарелки. Мы команда и справляемся быстро. – Как предал? Простите, если лезу не в свое дело. – С сестрицей моей кувыркался. С родной кровинушкой. Я выдыхаю, вспомнив Аньку. Мне всегда казалось, что она неравнодушна к Архипу. Могла расхаживать в нижнем белье, щеголять формами. Но подобную мерзость, я запечатала глубоко внутри. Глубже некуда. – Ужасно. – Да бог с ними. Давай–ка, вытащи из холодильника мой фирменный салат. Как знала, что гости нагрянут, сделала побольше. – Извините, что без предупреждения. – Да ну, брось. Тебе мы всегда рады. Мы вместе накрываем стол, а из комнаты Сони доносится хихиканье. Похоже, помирились. Телефон у меня в сумке, которую я повесила на спинку стула, звучно наигрывает одну и ту же мелодию. Я не хочу отвечать, но что–то тянет. Достаю его и вижу имя «Анна». Легка на помине. Ответить или нет, выбор не трудный. Сбрасываю. Анька строчит сообщение. Удаляю, не читая. Через минуту звонит Архип. Серьезно? Его тоже отправляю далеко и надолго. – А вот и мы! – Соня вприпрыжку вылетает на кухню–гостиную, а Гришка бредет попятам. – Всё хорошо? Лисёнок краснеет. Лучше всяких слов. – Ага. – Добавляет Гришка. Я смотрю на парочку, а в душе нечто страшное клубится. Анька, Архип, что им от меня нужно? – Ты добралась до врача? – Соня рядышком и шепчет мне на ухо. – Отложила пока поход. Некогда. – Сходи. Мне–то теперь не надо. Она обнимает меня за шею и притупляет головку к моему плечу. – Схожу. Когда–нибудь.