Глава 20

Архип! Я просыпаюсь от собственного истошного вопля. Откидываю одеяло и вижу лужу крови под собой. Алая, вязкая, липкая субстанция покрывает мои бедра и пропитывает простынь насквозь. Срываюсь, но тут же падаю. Внутри меня зарождается дикая боль. Берусь за тумбочку, соскальзываю, оставляя на белой поверхности красный след от руки. Господи… По ногам струятся горячие потоки. Не могу идти. Тяжесть безумная. Валюсь на бок, вижу проблеск света в щелке между дверью и полом. – Помогите! Помогите, пожалуйста! Никто не приходит. Я царапаю ногтями гладкую поверхность паркета, ломаю их до мяса и внезапно слышу тоненький голосок… – Ты меня убила, мама… «Утро доброе, Дана!» – произносит умная станция «Алиса» и я подрываюсь на кровати. Вся в поту и в пухлых мурашках. Раз за разом растираю ладонями лицо. Отбросив одеяло, осматриваю свои ноги. Даже под сорочкой. Все чисто. Сердце возобновляет нормальный ход. Больше не бьется колибри в стеклянной банке. – Алиса, сколько сейчас время? – Одиннадцать часов тридцать две минуты. Отвечает робот, а я соскакиваю и лечу в ванну. Я безбожно опаздываю. Почему Лена еще не поднимает на уши мой Айфон? Ой…я же вчера выключила его перед сном. Не позавтракав, вылетаю из квартиры, громко хлопнув дверью, и наталкиваюсь на Женю у лифта. – О, шарман! – улыбается Шрайман и протягивает мне термокружку с кофе. Аромат дивный. – Спасибо. – Делаю глоток и смакую терпкий вкус. – Ты сегодня спала? Выглядишь уставшей. – Мне приснился жуткий сон… Женя ожидает продолжения от меня, а я проявляю наглость и еще разок отпиваю из кружки. – У тебя три секунды, чтобы мне всё рассказать. Заходим в приехавший лифт, сжимающееся пространство давит на меня хлеще любой пытки, и я изливаю душу, практически незнакомому человеку. Поездка с тринадцатого этажа на первый становится исповедью. Когда стальные створки открываются, мы с Женей смотрим, друг на друга и молчим. – Значит так, сейчас едем в клинику моей подруги. Ты сдаешь анализы. А затем мчимся к твоему му…муженьку и натягиваем ему шары на лоб. Нервный смешок выпархивает из моего рта, а Женька серьезнее министра обороны. – Как он мог предать такую как ты?! Я словно кляп проглатываю. Играю в молчанку. – Ты же чудо! – Женя тянет меня мимо консьержки, а та судачит с соседкой своего возраста с ужасной гулькой на затылке. – Притормози, иначе я задохнусь! Шрайман сбавляет скорость и я, наконец, вдыхаю полной грудью прохладный воздух. Сегодня пасмурно. Тучи сгущаются над самыми крышами. А над моей головой нависает молот Жени. – Оставь свою машину на парковке, я подкину тебя куда надо после клиники. – Я не поеду с тобой. У меня вечером важный прием. Надо привезти себя в порядок, подобрать платье. – Ты помнишь, что я говорила насчет своих возможностей? Садись в мою ласточку и доверься мне. Без осмотра у самого лучшего гинеколога, я тебя никуда не отпущу! Закатываю глаза и жалею о своем рассказе в порыве отчаяния. – И как тебя твой сын терпит? Владычица морская вытягивает губы трубочкой, сводит брови. – Поэтому и живет отдельно. Знаешь анекдот? У матери день рождения, сын подходит, обнимает ее и говорит: мам, я желаю тебе всего того, чего ты сама себе желаешь! Мать отвечает: я желаю, чтобы ты купил квартиру и жил отдельно. Я улыбаюсь. Улыбка похожа на агонию перед смертью. И у меня нет выбора… Женя одним нажатием снимает блокировку с дверей своей Ауди и не садится за руль, пока я не размещаюсь на пассажирском сиденье. *** От клиники у меня хорошие впечатления. Осмотрев меня, врач выносит вердикт своим коллегам в очень грубой форме. Обвиняет их в некомпетентности и сообщает, что нельзя категорично ставить бесплодие. Нельзя быть ни в чем уверенным на сто процентов без полноценных данных на руках. Тем более, я молодая, крепкая девушка, способная выносить десятерых. Женя все это время ждет меня в коридоре. Я выхожу, и новая подруга берет меня под руку. – Ну? Как тебе Бабочкина? – Бабочки в животе! Мы обе усмехаемся и с толикой грусти, я прошу Женю подвезти меня до школы. Мне надо там показаться, проверить сотрудников и просто убедиться, что всё хорошо. – Ни в коем случае! Позвони и всё. Никакого ЧП не случится, если ты пропустишь один день и посвятишь его себе любимой. Кошусь на нее и, достав из сумки телефон, набираю Лену. Иванцова бодрым голосом заверяет об отсутствии проблем. Желает мне хорошего вечера и удачных знакомств. – Что ты предлагаешь? – Спрашиваю Шрайман, когда заканчиваю беседу. Она толкает входную дверь. Мы выходим на широкое крыльцо. – Едем тратить деньги! Кажется, на сегодня я попадаю во владение Евгении Олеговны. Безоговорочно и всецело. *** Балет «Спящая красавица» поставлен приезжим столичным балетмейстером и судя по программке, которую мне вручают в холле оперного театра, будет здорово. Я оглядываюсь по сторонам, ища знакомые лица, и уличаю себя в длинном продолговатом зеркале во всю стену. Высокая, с распущенными волосами, напоминаю себе сказочную принцессу. Платье в пол подчеркивает фарфоровый оттенок кожи, а изящное колье на шее, сообщает о моем достатке. Поодаль в отражении маячит главный прокурор города с супругой. Лев Борисович Храмов – вызывает трепет не только у преступников, но и у простых смертных. Однажды мне довелось с ним пообщаться. Тогда мы с Архипом единственный раз вместе посетили благотворительный прием его жены Иветты. С тех пор, нигде не появлялись в качестве пары. Да и Архип, очень странно отозвался о Льве Борисовиче после того вечера. Дословно: "Не зря его назвали Львом" – Черт подери, Дана Валерьевна Швец! Оксана несется мне навстречу, сходу обнимает и теряю нить размышления. Ее духи с нотками ванили и мускуса слегка отвращают. Слишком яркий и приторный запах. – Привет. Мероприятие потрясающее. – Спасибо, я собрала всех курочек, которые несут золотые яички. Прикрывает рот ладошкой. Рядом с нами пожилая супружеская пара интеллигентного склада. – Надеюсь, всем нам этот вечер преподнесет немало хороших сюрпризов. – Да, целую тебя, наслаждайся! Конечно же, она меня не целует, а лишь касается своей щекой моей щеки. Я иду к большой помпезной лестнице, заслуживающей наивысшего восхищения, и неспеша поднимаюсь по мраморным ступеням. Над головой гигантские хрустальные люстры. Засматриваюсь на них и не замечаю идущей ко мне девушки в красном брючном костюме. – Извините, – без задней мысли говорю, когда задеваю ее плечом. Она оборачивается, и вижу Милану. Лицом к лицу. – Будьте внимательнее, пожалуйста. – Отчитывает меня леди ин рэд, в пиджаке на голое тело. Длинная золотая подвеска тянется точно меж ее грудей. – Милана… – Мы знакомы? – застывает на точке. – Хотя, постойте…я вас припоминаю… – Вы беременны от моего мужа. Милана вмиг преображается. В глазах недобрый огонь, на губах ехидная улыбка. – Да, точно. Вы та самая дамочка, у которой случился выкидыш в клинике Антонины Ивановны. Устроили же вы тогда шоу. Взбирается на ступеньку выше. Мания величия. – Зачем вы это сделали? – Я люблю его. – Вы страшный человек. – Хм, – заправляет волоски за ухо. – Не зря же Страхова. – Вы разрушили всю мою жизнь. Абсолютно всю. – Просто ваш муж, никогда вас не любил. Он сам говорил мне неоднократно. – Да что вы знаете обо мне и… Глотаю окончание фразы, не желая что–либо доказывать темноволосой бессердечной фурии. – Я знаю лишь то, – тычет пальчиком мне в плечо, – что рожу ему наследника, а вы отправитесь восвояси. Ее вроде бы легкий толчок выбивает меня из равновесия в прямом смысле. Я стою на самом краю скользкой ступени и прямо сейчас, один из каблуков ломается, а второй подворачивается, и я раскрываю глаза настолько широко, насколько могу. Милана успевает ухватить меня за колье. Балансируя на весу, слышу скрежет замочка, скрип мелких звеньев. Мне не за что удержаться. Ограждение с витыми балясинами очень далеко. Да и вокруг никого, кто бы мог мне помочь. – Прости. Милана подмигивает и размыкает пальцы. Я ахаю, зажмуриваюсь и взметнув руками вверх, лечу вниз…