Глава 8

– Объясните, что происходит. Я же ничего не нарушила. Инспектор не обращает на меня внимания. Лишь переговаривается с напарником в сторонке. Я покидаю салон, расправляю жакет, и сама подхожу к ним двоим. – Я могу ехать? Тот, который Храмцов резко поворачивается. – Вернитесь в машину, госпожа Швец. – Да что же такое?! – я взмахиваю руками и складываю их на груди. Они оба ошарашено смотрят на меня. Да, я знаю, выгляжу не ахти как, но все–таки заслуживаю маломальских разъяснений. – Не вынуждайте меня доставлять вас в отделение, а машину перегонять на штрафстоянку. – Я…что? Следом за Лексусом паркуется знакомый мне внедорожник. Впереди тонированный «танк» с открытым багажником. Мой автомобиль в западне. И я прекрасно знаю, кто за всем этим стоит. – Приехал. – С издевкой выдает бесфамильный инспектор. Храмцов выдвигается навстречу, всучив коллеге мои документы. Я же стою приросшая к земле. Архип показывается на глаза и в течение трех минут решает насущные вопросы с Храмцовым. Потом весь его интерес концентрируется на мне. Идя в моем направлении, даже руки из карманов брюк не высовывает. – Вот, держите. – Мои документы перекочевывают в лапы Архипа. ДПС–ники собираются и отчаливают. Вылавливают рыбку и складывают снасти. – Поговорим? – Архип косится на сотрудников полиции. Профессиональная манера. – Ты так и не понял, что разговоры ни к чему не приведут? – А ты еще не поняла, что я найду тебя, где бы ты не была? – Мне все равно. И не такой уж ты всесильный. Выгибаю бровь и это легкое движение, отдается давлением в висках. – Ты ведешь себя, как маленькая девочка. Знаешь же, что я ни в чем не виноват. – Оказывается, я ничего о тебе не знаю. В командировках ты не бываешь, любовниц по врачам, к которым я хожу, водишь. И сестру привел в наш дом, не предупредив меня. – Первое, – Архип делает шаг, я два назад, – я вынужденно солгал насчет командировки. Второе, у меня нет любовницы. Третье, Анька позвонила мне, когда уже вломилась в дом. – У тебя всё просто. Щелкнул пальцами, переехали к морю. Щелкнул еще раз, купил дом, завел бизнес с нуля. Но от Миланы и моего выкидыша, не избавишься одним щелчком. Ты пришел с беременной девушкой в клинику, зная, что у тебя жена беременная! Я вонзаю в его грудь указательный палец, на который он напирает с усилием. – Про твою беременность я ни черта не знал. – Я скинула тебе фото. Проверь мессенджер. Хотя сейчас уже это не имеет смысла. Ребенка нет. И никогда не будет. – Дана, ты выводишь меня из себя. – Отлично. Робот ожил. – Ты едешь со мной. – Нет, Архип. Я еду к себе домой. Займись Аней и Миланой. Удели им часок своего драгоценного времени. Муж сужает глаза. Из ноздрей валит дым. Не уступлю. Ни за что. – Дана, черт тебя дери… – Прощай. Подошвы моих туфлей скрипят по мелким камешкам, когда Архип тянет меня на себя и цедит через узкую щелку меж зубов: – Городок крошечный, ты как на ладони. Я буду следить за тобой. Не совершай глупостей. А лучше, перестань брыкаться, и поехали со мной. – Кстати о слежке. Не появляйся, пожалуйста, в моей школе. Не пугай моих сотрудников. – Ты моя жена. Буду делать то, что посчитаю нужным. – Статус жены легко снять. Лицо Архипа в сантиметре от моего лица. – Ты никогда не получишь развод. – Я могу доказать, что ты стал причиной выкидыша. Читала Уголовный кодекс. И тогда, развод будет формальностью. – Хрена с два! Мы, вероятно, выглядим слишком подозрительно, раз подручные Архипа вдруг выползают из нор и присвистывают, призывая его. – Уезжай, если еще хоть какие–то чувства ко мне остались. – Я люблю тебя, дура. – Хорошенько растрясает меня, и я зажмуриваюсь. Любовью здесь даже не веет. Чувством собственности, да. Жаждой вернуть свое, конечно. И Архип не изменится. Он такой, какой есть. Огрубелый, циничный, расчетливый мужчина, с желанием повелевать всеми вокруг. Миф о людях, которые меняются с годами, не более чем миф, придуманный женщинами, дабы обелить своего суженого. Но я же полюбила Архипа. И я помню его другим. А сколько хорошего мы пережили вместе? И переезд сюда, должен был стать началом новой жизни, новых нас. Только ни близость моря, ни соленый бриз не укрепит то, что превратилось в песок давным–давно. *** Я не еду в квартиру. Ужин и английский журнал отменяются. Мчусь по серпантину на набережную. Хочу погулять и поразмышлять. Мне не терпится ощутить морской флёр. Пускай осень, пускай под одежду пробирается прохладный ветер, мне нужна прогулка наедине с собой. Вдоль линии моря тянутся многочисленные кафе. Я покупаю зеленый чай, пончик и сажусь на скамейку. Скоро наступит зима и у меня не будет шанса полюбоваться потрясающим видом. В прошлом году набережную накрыло льдом из–за урагана. А в этом неизвестно что будет. Лиловый закат окрашивает поверхность воды в волшебные оттенки. Я достаю телефон, и в который раз дозваниваюсь до Сони. – Алло. – Вера Васильевна отзывается с настороженностью. – Это Дана. – Даночка, миленькая, не узнала. Номер без очков не разглядеть. Сонька в ванной, а я тут поблизости крутилась. – Как у вас дела? Почему Соня на мои звонки не отвечает? Вера Васильевна шуршит целлофановым мешком, создавая помехи. – Бог ее знает. После этого клуба, она стала какой–то пугливой. Переживаю за нее. – Можно я приеду к вам завтра? У меня занятия только в четыре часа начнутся. – Конечно, приезжай. Чего спрашиваешь. Я ватрушки буду стряпать, с собой тебе дам. Поди, не ешь там ничего. – У меня все хорошо. Сейчас по набережной гуляю. – То–то я шум волн слышу. Марко, ах ты гад! Женщина сиюминутно переключается на рыжего проказника и, забыв про меня, воюет с ним на чем свет стоит. Я держу Айфон в руке, намереваясь убрать в сумку. Но отчего–то не тороплюсь. Сижу и гляжу на морской пейзаж. Минуту, вторую, третью. И вроде бы уже надо уходить, но не могу. Архип не оставит меня в покое. Не в его стиле. Думать о нем больше не хочу. Ни доли секунды. Встаю, выбрасываю мусор в урну и неспешно шагаю по набережной, наслаждаясь спокойствием. Приближаясь к машине, получаю фотографию от Ани. На ней она в моем шелковом халате. «Сложила остатки твоих шмоток в пакет. А это решила примерить. По–моему, на мне лучше смотрится»