Глава 14

Ключи от несчастья У времени нет лечебного эффекта, что бы там не говорили. И боль не притупляется, она просто живет внутри. Ожидая своего времени, чтобы повториться. И она обязательно возвращается, и кажется что нет выхода. Но… Главное верить. – Лира, ты ведь понимаешь, что после этого омерзительного инцидента я вынуждена тебя уволить? – черт, как же стыдно. Ежусь под взглядом Амалии, словно это я нашкодила и завязала омерзительную драку. И сердце в груди скачет, как резиновый мяч от страха и горького отвращения. А стакан воды в моей руке, поданный мне предупредительной начальницей, дрожит, разбрызгивая мелкие капли.– Пострадало два очень важных клиента нашего заведения.  Ничего не желаешь мне объяснить? Почему господин Соломатин выволок тебя с рабочего места? Хорошо, что охранники подоспели вовремя. Ты понимаешь, какой это скандал? Пятно на репутации ресторана. Два известнейших человека, устроили безобразную драку. Болмосов в больнице, и если с ним что-то серьезное… Мэр мне уже оборвал телефон. На кой черт он полез тебя защищать? Рыцарь печального образа, блядь. Охрана, которую я вызвала, вполне справилась бы. Черт. Этот ресторан мое детище. Я его выпестовала, а теперь рискую вылететь со свистом, только потому, что кто-то не слишком разборчив в связях. – Господин Соломатин – мой муж,– кривлю я губы в подобии улыбки. Выходит плохо, как у паралитика. Назвать улыбкой мою гримасу мог бы только слепой извращенец. – Муж? Он всегда приходил сюда в компании жены, и это была не ты,– хмурится Амалия. Что это? Не верит? Пытается поймать меня на лжи?– Лира, я предупреждала, о том, что связи персонала с клиентами под запретом. Это табу. Я не стану лезть в ваши отношения с женатым мужчиной и разбираться… – И тем не менее, моя фамилия в паспорте Соломатина. Вот уже почти шесть лет это моя фамилия. Мои отношения с женатым мужчиной на грани развода, и мне очень нужна эта работа, для того, чтобы оплатить адвоката, – горько хриплю я, гоня сверхъестественный страх и липкую тошноту. Перед глазами застывшее лицо Олега, распластавшегося на земле. Мне невероятно страшно. И живот. Низ живота ноет, от чего я на грани паники.– А что касается Димы. Ну, видимо та, другая жена моего мужа, определенно оказалась более достойной для этого ресторана. Меня Дмитрий не приглашал сюда. Вероятно по причине огромной любви. Вдруг бы я узнала, что есть еще одна мадам Соломатина. А так, все шито-крыто. Только шила в мешке не утаишь, как ни старайся. – Простите, Лира. Я не… Лира, вы в порядке? Лира… Нет. Не в порядке. Я не в порядке. Слепну от ужаса и адской боли, молнией пронзающей мой живот. Только не это. Кошмар повторяется. Я смотрю на рыжие форменные брюки, на которых расцветает алое кровяное пятно. Господи, пожалуйста, умоляю тебя. Я не могу потерять моего малыша. Только не снова. Больше у меня не будет шанса стать матерью. Это же так не честно. – Лира, вы слышите меня? Господи. Девочка. Смотри на меня, ну же. Просто немного потерпи. Черт…– словно сквозь вату долетают до меня обрывки фраз. Амалия звонит по телефону. Кричит в трубку. А я будто где-то вишу, между небом и землей. Болтаюсь в пространстве, сконцентрировавшись в центре яростной боли, рвущей мое тело. Прихожу в себя от укола в предплечье. В мой мир начинают возвращаться звуки и запахи. Скорая приехала быстро. Надо же, наверняка у ресторана с медиками договоренность. – Какой срок? – спрашивает меня фельдшер, глядя в мои глаза устало и равнодушно. – Семь – восемь недель. Он ведь жив? Мой ребенок? Молчит, отводит взгляд. И мне кажется, я схожу с ума. Дежавю. Кошмар шестилетней давности повторяется. – Значит беременность желанная? – наконец снисходит до меня скоряк.– Все в руках божьих, милая. – Я не верю в бога. Он слишком многое у меня отобрал,– хриплю я. Как можно верить в того, кто наказывает меня за грехи, которых я не совершала? Почему у преступников он не забирает самого желанного и важного, а у меня с завидной регулярностью? Почему он дает детей тем, кому они не нужны? А я больше всего на свете желаю стать мамой, и снова теряю эту возможность. За что? За какие грехи? За чьи? – А вот это зря. Бог знает, что делает, уж поверь. Я такого насмотрелся, и знаешь, порой случаются такие чудеса, что только божьим промыслом их можно объяснить. Сейчас поедем к спецам, там и спасут твоего ребенка. Вот увидишь. Главное верить. – Куда вы меня повезете? – я снова возвращаюсь в кошмар. Снова, словно бреду по заколдованному кругу. – В третью городскую, – не повернув в мою сторону головы, коротко отвечает фельдшер. Собирает свой чемоданчик. Даже не зная, что мне подписывает приговор. С трудом сдерживаю истеричный смех. Да уж, божий промысел во всей его силе. – Только не туда, умоляю,– шепчу, будто в горячке. – У меня свой врач есть. Пожалуйста, отвезите меня в Мира-мед клинику. – Девушка, мы не мальчики по вызову. Везем туда, куда положено и ближе всего. У нас работы выше крыши. – А так? – голос Амалии звучит прямо над моей головой. Я поворачиваю голову в сторону начальницы и успеваю заметить, как она сует деньги вмиг подобревшему доктору. Мое сердце переполняется благодарностью к этой маленькой, строгой, но очень человечной женщине. Она и сейчас собрана и неулыбчива, как ангел-хранитель. – Отвезете куда скажет моя сотрудница. И поторопитесь. – Спасибо,– успеваю шепнуть я, прежде чем меня выносят из кабинета начальницы. Боль отступила. И теперь на меня волнами накатывает сон и слабость. – Я знаю, что ты еще там и меня слышишь,– шепчу, положив руку на живот.– Пожалуйста, не бросай меня снова. Боль, теперь уже тупая, смазанная, снова просыпается.