ГЛАВА 27. Ведь сердце в марте снова оживает.
Ведь сердце в марте снова оживает.[1]
Сквозь утреннюю дрему пробивался мужской говор из кухни. Я узнала в нем голоса Туринова и Юры. Телефон показал десять утра. Чувствовала себя обновленной, словно вчерашнее шампанское в уютном кафе подарило мне заряд бодрости и покоя, хотя еще вчера мне показалось, что пара бокалов была лишней.
Утро Восьмого марта всегда начиналось одинаково. Одинаково приятно: ко мне в комнату всегда сначала заходил Вадим с кофе на подносе, а через час была доставка бордовых роз. Юрка всегда поздравлял меня отдельно; не знаю, почему они так с Вадимом решили, но Юрка заходил ко мне с тремя большими хризантемами.
Мы завтракали, а потом ехали с визитами: поздравлять маму и свекровь, у которой собирались за большим праздничным столом.
Сегодня на моей кухне я снова слышу мужской разговор: сына и мужчины, которого я знаю только по работе и в машине которого вчера чувствовала себя защищенной и удивительно умиротворенной.
Ни секунды промедления! Я быстро приняла душ, надела свое домашнее платье — оно было довольно нарядным, как раз для такого случая. И вот я уже почти вышла, чтобы явить себя мужчинам. Но вдруг, совершенно неожиданно, я замешкалась. Застыла прямо у кухонной двери, не в силах двинуться дальше.
— Ишь, уши-то растопырила, — раздался голос домового.
— Да помолчи ты! — цыкнула я. — Там серьезный разговор, мне надо быть в курсе.
— Не по-ведьмински, — забубнил Гордей. — У настоящей ведьмы такими делами кот занимается.
— Он маленький еще.
— Ведьма кота сызмальства приучает. Он и про соседей знать должен, и разговоры подслушивать соседские, да с котами хотя бы на этаже отношения поддерживать. Пересвет к порядку должен приучаться.
— Зачем ему соседские разговоры?
— Темная ты женщина! А ежели другие ведьмы против тебя что замыслят?
— Хватит, — зашипела я. — У темной женщины сегодня, между прочим, праздник. Мог бы и поздравить.
— Так я и поздравляю, — прошуршал Гордей, прежде чем исчезнуть. А возле моих ног лежало потрепанное «Пособие по общению с ведьминым котом». Вот зараза! Я подняла книжку и продолжила прислушиваться к мужскому разговору.
— Люди и зимой учатся на машине ездить. Если есть желание улучшить навыки, есть у меня знакомый, который занимается обучением экстремальному вождению, но у него своя методика зимнего вождения. Рекомендую, — сказал Туринов.
— Спасибо. Вот как с поступлением все закончится, так сразу и на курсы экстремалов, — раздался смех Юры.
— А куда собираешься поступать, если не секрет?
— В Университет прокуратуры в Питере. Давно определился, и родители, то есть мама, довольны.
— Ну, то, что мама довольна, — это, конечно, хорошо. А сам-то хочешь?
— Да, — с некоторой долей сомнения сказал Юрка.
— По стопам родителей, в общем-то.
— В прокуратуре отец работал, это он потом в адвокаты подался. По другую сторону баррикад, я даже удивлялся всегда, — фыркнул мой сын.
— Рыба ищет, где глубже, а человек — где лучше. Тут никого осуждать нельзя. Я, например, долгое время в экспертно-криминалистическом центре работал экспертом-автотехником, а потом стал работать на себя. Во-первых, работа стала более разнообразной, и во-вторых, появилась финансовая стабильность. Служба мне этого дать не могла. Так что можно начать с одного направления, а потом жизнь подскажет. Твои родители правы в том, что нужно получить хорошее образование, а жизнь остальное подскажет.
— А вы сразу с профессией определились?
—Ну да, сомнений не было. Может, где-то отец подсказал, он у меня в милиции работал.
— Мой немного подсказывал, сказал, что будет династия семьи Ахтырских, ну а теперь решил слиться.
— Всякое бывает, — отозвался Туринов. — А как мама пережила уход Вадима?
— Как стойкий оловянный солдатик. Даже плакала так, чтобы я, не дай Бог, не увидел. Она молодец! Только и твердит: «Мы справимся». Бабушка немного помогает и тоже плачет.
— Галина Николаевна?
— Да. Интересно, мама скоро встанет? Она вчера такая смешная была: расслабленная, чуть-чуть даже веселая. А почему вы ее привезли? Она вам позвонила? Или вы вместе отдыхали?
— Ее подруга Марина позвонила мне с ее телефона, я приехал, и она попросила ее отвезти домой. А я вручил ее сыну.
— Хм. Спасибо.
Юрка явно ломал голову над тем, что же связывает меня с Туриновым. Он уже взрослый и, конечно, понимал, что между двумя свободными людьми могут быть отношения. Возможно, его мучило любопытство, а может, и ревность. Но спросить он стеснялся. «Только этого мне не хватало!» — подумала я и, чтобы разрядить обстановку, зашла на кухню.
— Здравствуйте, мужчины! — произнесла я, стараясь придать голосу непринужденность. — А вы, Александр Евгеньевич, с утра к нам решили приехать?
Туринов даже глазом не моргнул. Он лишь коротко переглянулся с моим сыном и начал:
— Вчера я пообщался с вашим сыном, и он великодушно согласился, что я могу присоединиться к поздравлению с Международным женским днем. И вот мы с Юрием хотели...
Не успел он договорить, как Юрка прошмыгнул к кухонному шкафу и достал оттуда целое ведро ромашек. А из-под стола Туринов вытащил пять разноцветных шариков.
— Мама! С праздником! — радостно крикнул Юрка, его голос звенел от счастья. — Желаю тебе здоровья и счастья!
Туринов, стоявший рядом, не мог не улыбнуться.
— Спасибо, мой дорогой, — ответила я, обняв его и потрепав по голове. Он так послушно склонил голову, чтобы я могла дотянуться, что я вдруг осознала: вот она я, его мама, такая взрослая, и рядом с ним — такая крошечная.
Я приняла шарики от Туринова и получила от него порцию поздравлений:
— Желаю счастья во всех делах: и на работе, и в личной жизни, и как маме, и как женщине.
Все шло так чудесно и приятно, что мне сейчас совсем не хотелось заниматься готовкой.
— Придется вам немного подождать, — сказала я, намекая на то, что стол еще не накрыт.
— Ничего подобного, — возразил Туринов.
— Мама, нас приглашают на шашлык, — пояснил Юрка.
— Ну вы даете, ребята! Прямо как в фильме «Москва слезам не верит», — рассмеялась я.
— Мама, ну ты как скажешь... — поморщился Юрка.
— Сегодня такая прекрасная весенняя погода, — продолжил Туринов. — У меня на даче мы с Юрием можем пожарить шашлыки, а вы, дама, можете просто отдыхать и наслаждаться природой.
— Это замечательная идея! — с улыбкой ответила я. — Но ведь Юре нужно поздравить бабушек.
— Я уже позвонил обеим, — сказал сын, отвернувшись. — Этого достаточно.
— Но я же купила им подарки! — возразила я.
— Мам, — тихо произнес Юрка. — Бабушка Таня сегодня уехала на экскурсию, а бабушка Галя... в общем, мам, они все сегодня у Антоновых.
Меня словно обдало холодом. Семья Ахтырских поставила на нас с Юркой точку. Мы остались в прошлом.
— Ну и отлично! — улыбнулась я. — Почему бы нам тогда не отведать шашлыков?
[1]М. Беркович. «Ей имя – женщина»