Глава 35

– Вот как?! Признаться, я немало удивлена, – отвечаю я, во все глаза разглядывая мужчину. Сходство с Мишей определённо есть. Я ещё удивлялась, почему Миша ни капельки не похож на Глеба; наоборот, он совсем другой масти – темненький и черноглазый. Решила, что Миша пошёл в Ирину. – Можем ли мы с вами поговорить, например, в том кафе? – предлагаю я мужчине. – Мне бы поскорее встретиться с сыном, – волнуется он. – Но Ирины дома всё равно нет. Миша в полном порядке, насколько это возможно при его заболевании. – Мой сын болен?! Что с ним?! – сразу же пугается француз. Я вздыхаю. – Меня зовут Аня, пойдемте, я всё вам расскажу. – Жак, – несмотря на волнение, он не забывает о хороших манерах и целует мою руку. Приятный мужчина. Надеюсь, Миша пошёл в него. Мы заходим в кафе. Ввиду позднего времени там практически никого нет. – Простите, я пойду помою руки, – говорю я. Захожу в туалет и набираю Глеба. – Аня, привет, как ты? Что-то случилось? – он тут же берёт трубку. – Со мной всё хорошо, – быстро говорю я. – Хорошо. У меня есть информация… – начинает он. – У меня тоже, – прерываю его. – Подъезжай к кафе возле дома моей матери, адрес сброшу смской. Только предупреждаю: без сцен и без драк, мне волноваться нельзя. – Да, понял, – удивлённо отвечает Глеб. – А почему я должен драться? Что случилось? Ты что, там с этим Ильёй? Ань, ты решила уйти к нему? – Вовсе нет! Приедь и увидишь, – загадочно говорю я и кладу трубку. Возвращаюсь к Жаку. – Давайте поговорим, – улыбаюсь я. – Слушаю вас, – он всё ещё настороженно смотрит на меня. – Вы хотите забрать Иру и Мишеля назад во Францию? – спрашиваю я. – Только Мишеля, Ирина мне ни к чему. Простите, она ваша сестра, но… как бы это по-русски сказать… – подбирает он слова. – Она неверная. – Гулящая, – поправляю я. – А вы уверены, что Мишель ваш сын? – Конечно, уверен, – восклицает он, – странный вопрос! – Откуда такая уверенность? – настаиваю я. – Я делал тест, – заявляет он. – И вы? – вырывается у меня. – А что, кто-то ещё? – Сейчас подойдёт один человек, – говорю я. – Ирина встречалась с ним до вас. Он всё вам объяснит. А вот и он! Глеб подходит к нашему столику. Он целует меня в щечку и недобро смотрит на Мишеля. – Что случилось, Ань? – Вот этот мсье, Жак, утверждает, что Миша – его сын, – говорю я, – он бывший муж Ирины. – Что? – Глеб смотрит на него. – Вы уверены? – Что здесь происходит, Аня? Зачем все эти вопросы? – начинает нервничать француз. – Я был женат на женщине, и у нас родился сын. Я развёлся с ней, а она украла ребенка и вывезла его сюда, в Россию. Чем болен Мишель? Мне нужно знать! – Украла?! – хором восклицаем мы с Глебом. – Да, обманула няню и забрала Мишеля и его документы, но я твёрдо решил вернуть сына! И вы не сможете мне помешать! – Мы не собираемся вам мешать! Спокойно, не переживайте, сейчас всё разъясним. Дело в том, что Ирина сказала, что отец Миши – он, – я указываю на Глеба. – Это исключено, – хмурится француз. – Я же уже сказал, я делал тест. Мишель – сто процентов мой сын, и я хочу его забрать во Францию. Я смотрю на мужа. Глеб сидит ошарашенный. Я понимаю его чувства: то у него внезапно появился сын, то его вдруг отбирают. Но особой печали в его лице я не вижу, лишь удивление. – Объясните мне, что здесь происходит. Кто вы? – настаивает француз, недобро глядя на Глеба. – Я муж Ани, – спокойно говорит Глеб. – Когда-то, ещё до Ани, у нас с Ириной был роман. Но она бросила меня, как только ты позвал её замуж. Когда Ирина приехала, она заявила мне, что мальчик мой сын. Я тоже делал тест ДНК, и он показал, что это правда. Я хотел забрать Мишеля от Ирины, потому что она пацаном не занимается вообще. Она пользуется болезнью сына, чтобы тянуть с меня всё больше денег. Я сам занимался его здоровьем. У него заболевание ЖКТ. Не смертельное, но требует постоянного внимания и лечения. – Ну, я не знаю, – Жак разводит руками. – Может, у вас тесты просроченные. Я уверен, что Мишель – мой сын. Но я благодарен вам, что вы позаботились о моём мальчике. Вы правы, Ирина отвратительная мать, и жена не лучше. Он вдруг протягивает Глебу руку, и мужчины обмениваются крепким рукопожатием. А мужик-то молодец, не промах – стоит на своём и всё тут. – Мы можем сделать ещё один тест, – предлагаю я, – уже с вами обоими, только в другой клинике. – Согласен, – кивает Глеб. – И я согласен, – кивает Жак. – Чем быстрее, тем лучше. Я побыстрее хочу вернуться на родину. – Я запустил процесс лишения Ирины родительских прав, – говорит Глеб, – и я предоставлю тебе доказательную базу, что Ирина плохая мать. Возможно, так будет легче вам вернуться на родину. – У вас точно Мишель будет в хороших руках? – осторожно спрашиваю я вопрос, который меня мучает с самого начала разговора. – Конечно, он ведь мой сын. Моя мать души в нём не чает, она уже все глаза выплакала. Она занималась им с самого рождения, потому что Ирина не хотела заниматься мальчиком, прикрываясь послеродовой депрессией. Однако эта депрессия не помешала ей скакать по чужим койкам, – с горечью усмехается он. – Впрочем, вы можете это проверить в любой момент: приехать и посмотреть, как живёт ваш племянник. – Спасибо, мы вам верим, – почему-то мне хочется верить этому мужчине. Ведь он проделал такой путь ради сына. Не думаю, что он будет плохо с ним обращаться. – Хорошо, сейчас я позвоню и договорюсь о тесте ДНК, – говорит Глеб, отходя в сторону. – Чем сейчас занимается Ирина? – спрашивает Жак. – Она работает… в ночном клубе, – рассеянно отвечаю я. Я уже устала, хочется лечь и уснуть. Все эти тревоги и волнения сказываются на моём самочувствии.