Глава 28

– Дочь? – мама окликнула меня, предварительно постучав в дверь моей комнаты. Она заглянула в щёлку, затем, убедившись, что я просто лежала в своей постели, вошла. – Так и будешь тут киснуть? – шутливо с улыбкой спросила мама. Я постаралась тоже растянуть губы в подобие улыбки, но глаза выдали с лихвой. – Мам, ничего не хочу, – пробубнила под нос, натягивая на себя одеяло. Она присела на край и положила руку на меня. Я по её глазам видела, что она переживала за меня, но старалась всем видом не показывать. – Знаю, что тебе сейчас нелегко, дорогая, – осторожно начала она, словно оценивала, могла ли пойти по этому острому пути. Убедившись, что я спокойно отреагировала, продолжила: – если честно, я немного не поняла, почему ты так стремительно согласилась выйти замуж за Дениса. Мы с папой долго перетирали варианты. Даже думали про твою беременность, – хмыкнула мама, посмотрев на меня очень дельным взглядом, – но мы поддержали нашу девочку, потому что любим и примем любое твоё решение. – Ма-а, – протянула я, присев. – Я сама не понимаю, как я такое допустила. Просто Денис был рядом всё то время, когда мне было плохо. Я страдала по Максу. А ещё мне было дико обидно, что меня обвинили в том, чего не случалось. Понимаешь? Мама кивнула. – И ты до сих пор не простила Макса, – тихо проговорила мама, попадая прямо в точку. Если честно, я сама себе боялась признаться в этом, но так оно и есть. Глядя в глаза маме, я не могла отрицать правду. – Ты чертовски права, мам, – захныкала я. – Самое поганое, что я хотела убедить себя, что это неважно. Что было, то прошло. Но, черт возьми, в сердце рана так и не затянулась. Я люблю Максима. Жизни без него не представляю. Но… – Но он теперь стоит перед выбором, Мила, – серьёзный тон мамы меня отрезвил. Я посмотрела на ситуацию будто бы её глазами. И меня осенило: Макс сейчас в ловушке. Ребёнок есть, и он не виноват, что решил появиться сейчас. Никто не был застрахован. Ведь я могла и от Дениса забеременеть. Стало быть, мы с Максом просто сделали шаг вперёд без друг друга. – Мама, я всё же не могу его отпустить. Боюсь, что сорвусь, понимаешь? У него семья. У меня пока ещё есть муж. Как-то всё через одно место, – я снова рухнула на подушку и закрыла глаза. – А с другой стороны, Мил, сама посуди: ты уже практически разведена, Максим тоже собрался…, – но я оборвала маму, не дав ей закончить фразу. – Я не хочу, чтоб страдал его ребёнок. Сама бы я такого не делала, если бы оказалось всё, наоборот, – снова в упор посмотрела на маму и проговорила тоном, не требующего оспаривания. Она согласилась со мной безмолвным кивком. – Тогда прекрати убиваться по тому, что никому из вас неизвестно. Сегодня одно, завтра другое. Ещё столько всего произойдёт, – она похлопала по моей руке, смягчая улыбкой и тёплым взглядом своё напутствие. – Идём. Отец заждался на ужин нас обеих. Ты же знаешь, что голодный мужик – злой мужик. Я засмеялась. Хорошо, что хоть у моих родителей текло всё своим чередом. Я даже боялась представить, что, не дай бог, они расстались бы. О, нет! От одной только мысли мне уже становилось плохо. Мама встала с моей кровати и вышла из комнаты, оставив меня одну. Я приехала вчера поздно вечером к ним. С собой взяла свой ноутбук, предупредила Егора Константиновича, что, возможно, в понедельник тоже побуду на удаленке. Хорошо, что мой начальник понимал, в каком я расположении духа и не стал допытывать вопросами. Утром сегодня звонил следователь. Объявил, что моим делом занялся прокурор, но улик мало. Нет ни отпечатков, ни зацепки, чтоб понять, кто намеревался меня отравить. Своим родителям об инциденте я не сказала ни слова. Не хватало мне, чтоб они ещё волновались за меня. Но не тех звонков я ждала… От Макса не было ни строчки, ни гудка. Я самолично отказалась от его подаренного кольца, и, стало быть, он принял мой отказ. От осознания своей душевной боли, я бесшумно всхлипнула. Уткнулась носом в подушку, которую схватила со злости. И заорала в неё, приглушая свой истошный крик отчаяния. Я ничего не могла сделать. Ни изменить, ни предпринять. Макс числа для меня в одночасье недосягаемой вершиной. И всё из-за Кати и её беременности. Собравшись с духом, я всё же привела себя в порядок и присоединилась к родителям за ужин. Папа уже вовсю разрезал запечённую курицу, а мама раскладывала по тарелкам картофельное пюре и зелёный горошек. Пахло восхитительно вкусно, и мой желудок мгновенно отреагировал урчанием. Собственно, это объявило о моём присутствии. Папа улыбнулся и кивнул на стул, зазывая присоединиться. – Уже стынет ужин, Мила, – сказал папа, накладывая мне в тарелку кусочки мяса. Я села за стол, вооружившись вилкой и ножом. – Как на работе дела? – с интересом спросил отец, завязывая беседу издалека. Я с наслаждением жевала кусочек мяса: такой голодной я не чувствовала себя давно. Обычно кусок не шёл в горло, а тут аппетит напал. Всё из-за нервов. – Нормально всё, пап. Как обычно, Егор Константинович без меня никуда. То проект, то неожиданные встречи с партнёрами. Я только успеваю, что подготовкой занимаюсь. Но он мне платит хорошо. Мне хватает, – спокойно говоря о работе, я почувствовала себя в безопасности. – Молодец, родная, – подхватила мама, снова подкладывая мне очередной порции. Они с отцом переглянулись, но я не придала значению их особенным сигналам общения между друг другом. – А у вас что нового? – спросила я. – Да всё, как прежде, – пожал плечами папа. Я заметила, что он был словно не в своей тарелке. Затем он отложил вилку и уставился на меня, вот тут-то его прорвало: – Что у тебя случилось? Я покачала головой, не хотелось выворачивать душу наизнанку. – Но лучше пусть мы всё будем знать и готовы ко всему, чем иначе, – добавила мама с нажимом. Я сообразила, что она ещё ничего не рассказала папе. Он должен услышать всё от меня. – Я подала на развод, – тихо произнесла я, с опаской поглядывая на отца. Он у меня, итак, не жаловал Дениса, а тут теперь и позорный штамп в паспорте нарисуется. Папа завис на секунду, взметнув брови, а я в буквальном смысле видела, как крутились шестерёнки в его голове. – Ну… Это же хорошо? – неопределённо спросил он, выискивая во мне нужную реакцию. – И я снова встретила Макса, – тихо добавила я, готовая к грому среди ясного неба. Отец ещё сильнее обалдел, затем нахмурился. – Того предателя? – переспросил папа, прищурившись. Вообще Макс нравился моему отцу. Но после того, как мы разошлись, да ещё и по причине того, что якобы я ему изменила, отец полностью пересмотрел своё отношение к нему. – Да, пап, – кивнула я. – И что? Вы вместе? – папа прощупывал почву. Но я отрицательно покачала головой и опустила глаза на свои сцепленные руки. От нервного напряжения я крепко сжимала пальцы. – Мила, что происходит? – недоумение так и витало на кухне вокруг всех нас. – Макс женат на Кате, пап. Она сестра Дениса, – пояснила я, поглядев на своего родителя. И всё бы ничего, но, казалось, папа не мог свести концы с концами. – А ты тогда причём? Ладно, с Денисом развод я одобряю, но тогда чего ты страдаешь? По Максу что ли? – в словах папы так всё просто. Я ни миг задумалась, что, действительно, сама себе жизнь усложняю. – Ну мы сошлись, а потом…, – не успела я договорить, как зазвонил мой мобильный телефон, и входящий звонок от Дениса заставил меня немного замедлить с ответом. Я нахмурилась, и, бросая взгляд на родителей, готова была провалиться сквозь землю. – Это Денис. – Шли его лесом, – грозно заявил папа, продолжив уплетать ужин. Мама безмолвно кивнула мне, чтоб я спокойно вышла из-за стола и ответила пока ещё мужу. Захватив с собой стакан с компотом, я направилась на крыльцо дома. Уже стемнело и по улице зажглись фонари. Соседи через забор продолжали шумные работы, но почему-то этот звук только успокаивал мои нервы. Звонок сбросился, а затем снова прозвучала телефонная трель. Денис не оставит меня в покое, пока не добьётся своего. – Да, – ответила я, нехотя поднеся к уху мобильник. – Привет, Мила. Я знаю, что ты у родителей своих, поэтому прямо сейчас поворачиваю на их улицу. Через минуту буду, – сказал, как отрезал. Я не успела даже слово вставить, ошарашенная его внезапным появлением. Вскочив со скамьи, я занервничала. Отец не пустит его на порог дома, и я его видеть тоже не горела желанием. Через минуту Денис вошёл во двор. В руках конверт. Я с подозрением смотрела на мужчину, с которым собиралась связать свою жизнь. Казалось, что я угодила в странный сон, у которого не было счастливого финала. Скрестив руки на груди, я подошла к краю порога лестницы. Денис окинул меня взглядом, и я уловила нотки сожаления. Он всё ещё любил меня, но не я его. – Вот, – он протянул конверт, а я нахмурилась, не спешила брать его, – здесь подписанные бумаги на развод. Как ты хотела, Мила. Я удивилась. – И ради этого ты преодолел почти двести километров? – мой сарказм был не к месту. – Прости, – тут же одернула сама себя. – Я же просила оставить документы у твоих родителей. Зачем столько сложностей? Денис положил конверт на ступеньку, а затем сунул обе руки в карманы брюк. Стало неловко как-то. – Я решил, что так будет лучше. В доме у родителей Димка. Незачем ему видеть посторонних людей, – деловито объявил Денис, словно намеренно ранил мне сердце. Да, я чужая. Но всё было бы иначе, если б он не скрыл факт наличия ребёнка. – Хорошо, – кивнула я. – Это всё? – Нет. Я хотел ещё кое-что добавить, – Денис поднялся на две ступеньки, встав передо мной совсем близко. Глядя в глаза мне, он не спешил так скоро уйти. Я не двигалась. – Макс был у нас. И из-за тебя моя сестра сейчас оказалась в больнице с угрозой выкидыша, – зло процедил Денис. – Видишь ли, Макс решил развестись с ней. Я была будто кипятком облита.