Глава 12

Валера

Несмотря на гнусную выходку Вики и полный блок на звонки и любые возможные средства связи — я чувствовал себя прекрасно.

Соня, и мы с ней уже об этом договорились, на некоторое время останется жить у нас с Николь. Это даже удобно — я с любимой занял главную спальню, а дочь просто вернется в свою комнату. Как верные и преданные подруги девочки отлично уживутся вместе. И смогут обеспечить комфорт и покой для меня.

Жизнь не только не стала хуже, а сделала очень удачный и правильный вираж.

Внезапно паршивое утро превратилось в прекрасный день.

Я перестал пытаться дозвониться до жены, лишь приказал своим юристам подготовить иное предложение, которое оставит эту ведьму практически с тем, с чем она ко мне пришла плюс ее личные накопления от профессиональной деятельности. Никаких квадратных метров и доли в бизнесе — ничего не получит, стерва!

Затем переговорил с Лизой, которая также оказалась в блоке у матери. Правда даже старшая дочь не смогла мне внятно объяснить на что так взъелась Вика, ведь вроде все у них был хорошо.

Перед тем как отправиться домой заехал в ювелирный.

Так как вопрос с разводом почти решен я больше не видел причин откладывать важный разговор о будущем с Николь. Я сделаю ей предложение сегодня же. Моя девочка заслуживает этого. Она должна быть уверена, что её будущее тесно связано со мной и все это в благодарность за то как она обо мне заботиться и скоро подарит наследника.

О Соне я тоже не забыл и прикупил ей красивый браслет, о котором она давно мне говорила.

Оставив кругленькую сумму у ювелира, заехал в цветочный, чтобы закрепить хорошее настроение у всех и отправился домой. Давно уже не чувствовал себя настолько хорошо.

Настроение начало падать когда на мои настойчивые звонки в квартиру не сразу открыли, а когда дверь распахнулась я нос к носу столкнулся с Соней и она не была весела и приветлива.

— Папа! Наконец-то ты пришел. Пожалуйста угомони свою любовницу, она слетела с катушек!

Я даже порог переступить не успел.

— Соня, я войду.

— Это для нее? — у дочери округлились глаза когда она увидела букет в моих руках. — Серьезно? Да за что?

Проснувшись мимо возмущающейся дочери и все еще недоумевая от того что происходит, я решил, что у девочек какой-то внутренний конфликт, который мы сейчас быстро решим.

У Николь наверняка гормоны шалят, а Соня просто переживает из-за ссоры с матерью. Бывает.

— Ника, милая моя, ты…

Николь выходит из спальни, но выглядит иначе чем я привык. Никаких кружев и шелка — потасканные шорты и футболка, волосы в беспорядке, и вид у нее такой, словно она полдня плакала.

— Это тебе, — протягиваю цветы.

— За что ей они? А мне? — встревает Соня.

— А тебе за что? Ты зачем сюда явилась? У меня с твоим отцом скоро родится ребенок, мы семью создаем, понимаешь? — Ника подхватывает цветы из моих рук с видом вселенской скорби и негодования. — Коть, я так устала, я весь день сегодня на стрессе. Твоя дочь изводит меня, говорит, что собирается с нами жить. Постоянно.

— Это и моя квартира тоже! Папа сам меня пригласил.

— А ты и рада. Шла бы к своему “парню”! — Ника дается кавычку пальцами, и я не совсем догоняю, что на их языке жестов это значит, но Соня из-за этого жеста сатанеет и едва не бросается на свою одногруппницу.

Я только и успеваю поймать ее в полете.

— Дочь, успокойся! — рычу, становясь преградой между ними.

— Я? Это она начала!

Да блядь какая разница!? Я пожимаю плечами и снимаю пальто, разуваюсь.

— Не знаю, что тут произошло у вас, но давайте все обсудим хотя бы после ужина, — смягчаю тон, может быть это подействует. — Что у нас сегодня вкусненького?

Прохожу на кухню, а там пакеты из доставки.

— Что это? — хмурюсь.

Ненавижу еду из доставок. Это какой-то суррогат и блевотина. Даже лучшие рестораны не могут сохранить вкус и качество еды, которая едет из пункта А в пункт Б. И обе они об это знают.

— Это то, как для тебя “готовит” Ника, — шипит дочь, повторяя движение пальцами.

— Неправда.

— Правда!

Соня сейчас серьезно? Я все это время питался едой из доставок?

Дочь, конечно, любительница на выдумки, но у нее бы просто фантазии не хватило, чтобы так подставить свою же подругу.

И по выражению лица Ники, по красным пятнам на щеках понятно, что ее и правда только что уличили в обмане.

Меня трясет и мутит от злости. Действительно вся? Все ужины, которые она готовила “своими руками” были заказаны из ресторанов и лишь заботливо оформлены на тарелках?

Эта мысль словно бешенная белка носится в голове и хочется лезть на стену и стереть из памяти улыбки и заискивающие взгляды после того как я хвалил ее за вкусные ужины.

— Коть, это все она подстроила! Я бы никогда не стала так делать. Я ведь знаю, что ты ешь только домашнее.

— Мы потом об этом поговорим, — цежу я, чувствуя как к горлу подкатывает тошнота.

— Почему потом, папа? — подстегивает Соня. — Это вообще-то еще не все. Твоя новоиспеченная любовь не только готовить не умеет, но и твой арт-хаус не любит. Просто терпеть не может. Все ее рекомендации в соц. сетях это “Беременная в 16”, “Пацанки” и “Ждули”. Прикинь, все то, что ты запрещал мне смотреть, она это обожает!

Это смешно, быть такого не может. Я трясу головой и смотрю на тонкую хрупкую девушку, от которой потерял голову. Девушка, которая пленила меня не красотой, не нежностью а тем, что полностью разделяет мои вкусы, идеалы, цели. А теперь что? Как ей вообще может нравится это?!

— Николь, это правда?

— Конечно правда, ты что мне не веришь? — встревает Соня.

— Я не тебя спрашиваю! — рявкаю в ответ.

— Знаете что, — всхлипывает Николь, — я хотя бы-ы… хотя бы-ы… не оставила новорожденного ребенка без отца! Твои дети, Валерочка, выросли, а вот у Сонечкиного любовника малыш совсем маленький. А уже без папы!

То, что со мной происходит, очень похоже на инфаркт. Сажусь на стул, так как ноги уже не держат и тупо открываю рот, как выкинутая на берег рыба.

— Прежде чем осуждать меня, — Николь, видимо, не слышала, что лежачих не бьют и наносит финальный удар, — ты должен знать, что твоя дочь завела роман с женатым мужчиной на десять лет старше себя! Поэтому мать выгнала ее из дома, а она прибежала к тебе поджав хвост. Любовничек не готов взять на себя ответственность за нее, поэтому просто пользуется в минуты слабости, пока жена приходит в себя после родов! Так что не тебе, Соня, мне морали читать!

Что? Моя дочь спуталась с женатым мужчиной?

От отличного настроения не осталось и следа. Что за срань?! Мне просто хотелось провести вечер с любимыми женщинами — дочерью, которая не предала отца и невестой, которая без ума от меня! А теперь?! Кто эти фурии, эти рыночные хабалки?! Я их совсем не узнаю!

Ника и Соня продолжают ссориться, а я сливаюсь из квартиры, потому что слушать эту ругань невыносимо. Я мог бы просто за шкирки растащить их по комнатам, но после всего услышанного даже находиться в их компании противно.

Еду в город, потому что я действительно голоден. Вряд ли я в ближайшее время смогу есть дома и не думать о том, как меня предала Николь. Представить только, все это время я жил во лжи и плену иллюзий!

И единственный человек, кому я могу рассказать об этом — моя жена. Да, она посмеется и назовёт меня старым идиотом, но после этого даст совет, который точно сработает! Вика, ну включи ты телефон! Мне плохо! Мне на самом деле плохо!

Я без цели бреду по улицам. Здесь нет мест, где бы я хотел оказаться. Нет и быть не может, потому что нельзя перенестись в прошлое и попасть в нашу маленькую двушку, где мы с Викой жили после свадьбы и куда я принёс красную, слегка опухлую Лизку. Момент, когда я был по-настоящему счастлив. И который мечтал повторить, но уже с Николь! А сейчас что? Чего я хочу сейчас?

У меня есть ответ, но он такой глупый, что даже смешно. Я хочу машину времени. Вернутся назад и прожить все заново, только без этих ошибок.

А может. Может не нужна нам никакая машина? Может я могу вернуться домой, поговорить с Викой, все объяснить, повиниться и она меня простит? Может все будет как раньше?

За этими мыслями я останавливаюсь возле какого-то ресторана. Сам не понимаю, отчего пялюсь через мутную витрину прямо в зал. Сначала тело выдает нужные сигналы — по спине бегут нехорошие мурашки, а волосы на руках встают дыбом. И только после этого и после скрутившихся в узел кишок, мозг обрабатывает новую для себя информацию:

Там Вика!

Там моя Вика.

Красивая. С новой прической. С порочно красной помадой на губах. С горящими, как когда-то давно глазами. И с огромной рукой на своей руке, которая мнет и прижимает Вику к себе.

Мою Вику! Мою законную жену! Лапает какой-то хрен и они надеются, что я это оставлю просто так?!