Глава 8

Квартира становится пустой и чужой. Холодной, мерзкой. Как тюремная камера.

Я бросаюсь к окну.

Смотрю, как он сажает дочку в машину. Пристегивает ее. Что-то говорит.

Садится в машину и уезжает.

Опираюсь о стену и сползаю по ней, как мешок с тряпьем.

Руки дрожат. В груди как будто дыру пробил.

Как так все за одну ночь перевернулось?

Как будто специально все это собиралось, собиралось и в один день бахнуло. Не просто черная полоса началась, меня саму раскатали в эту черную полосу.

Надо успокоиться и придумать, что делать.

Всегда есть выход. Не просто же так это говорят.

Беру телефон и набираю Марину.

Она сразу берет.

— Да, Даш, привет. Ты как?

— Он забрал Катю… — голос еще сипит, хотя слез уже нет.

— В смысле?

— Забрал. Собрал чемодан, взял Катю и ушел. Сказал, что ей со мной опасно.

— Чего?! Даш, что случилось?

Путанно рассказываю ей, что случилось ночью и утром. Про сгоревший торт, соседей, крем, разбитую посуду.

Марина молчит. Слушает.

— Даш… ну ты же понимаешь, ты действительно сейчас на пределе. Это… это может выглядеть со стороны тревожно.

— Это все просто какая-то череда дурацких совпадений!

— Даш, ты не обижайся, но ты сама это создаешь. Никто не просил тебя ставить торт в духовку ночью. Никто не заставлял ложиться спать. А если он прав? А если бы квартира сгорела? Ты с Катей…

— Тоже хочешь сказать, что я чокнутая?

— Нет, Даш! Но ты сама говоришь, что все из рук валится. Ты не спишь, не ешь, плачешь, злишься, срыв за срывом… Это нормально после такого стресса, но это и правда может напугать, особенно, когда в доме маленький ребенок.

— Мне тупо плохо, понимаешь? Я хотела отвлечься.

— Я понимаю, солнце, я все понимаю. Поэтому Ярослав правильно все сделал, что забрал Катюшку. Ты успокойся. Уверена, он не будет прятать ее от тебя.

— Он сказал мне справку от врача принести! Он нормальный вообще? Какую справку?! Как будто я чужой человек и он меня вообще не знает.

— Даш… Он прав. Тебе надо сходить к врачу. Есть успокоительные, есть мягкие препараты.

— Ты заодно с ним, что ли?

— Нет, ты что! Я за тебя переживаю. Просто, надо, чтобы ты пришла в себя, выспалась хоть пару ночей нормально. Тогда и с Ярославом можно будет спокойно обсудить, что случилось, и дочку забрать…

— Я думала ты на моей стороне.

— Даш, ты не понимаешь, что ли, что ты сама себя накручиваешь сейчас. Хочешь до нервного срыва довести?

— Это вы хотите меня сделать невротичкой.

— У тебя просто истощение. Это же не диагноз. Это не стыдно.

— Мне нужна моя дочка и чтобы от меня отстали с диагнозами. А не лезли с таблетками, — повышаю голос. — Спасибо, Марин. Поддержала.

— Даш, послушай. Я просто хочу, чтобы тебе стало легче, — устало. — Я тебя люблю, Даш. И правда переживаю.

— Пока, Марина.

Сбрасываю.

Кидаю телефон на кровать.

Тот глухо стукается и отскакивает.

Никто меня не слышит. Никому не важно, что я чувствую.

Никто даже не пытается поставить себя на мое место. Таблетками конечно, проще всего задушить боль. Как и алкоголем.

Но я не хочу ни на какие таблетки подсаживаться.

Со мной нормально все.

За одну ночь какая-то Анна забрала у меня все.

Оставила только холод, разбитую кухню и рев внутри, от которого начинает звенеть в ушах.

Осматриваю кухню. Это и правда выглядит истерично. Кастрюли, противни, крошки везде.

Поднимаюсь, надеваю перчатки и начинаю все убирать.

Я вылезу из этой черной полосы. верну свою жизнь назад.

Пусть Ярослава в ней больше не будет. Но дочку я заберу. Никто у меня ее не отнимет.

После часа уборки привожу наконец дом в порядок. Запах гари еще есть, но уже не так критично.

Устала очень. Зато злость немного отступила.

Кате, правда, не надо видеть меня в таком состоянии.

Когда пальцем тронь, а уже рыдать хочется.

Просто пока вообще не понимаю, как дальше мы будем жить. Семьи уже точно нет. Но квартира и все остальное — общее. Это надо как-то делить, переезжать. Мне нужен совет.

Я: “Мам, я приеду к тебе сегодня в гости”

Мама: “ты с Катей или Ярослав тоже приедет?”

Когда у Ярослава были командировки, то мы часто с Катей приезжали к родителям с ночевкой. А без Кати я никогда и не приезжала, наверное?

Я: “я одна приеду, мам”

Перезванивает тут же.

Не хотела я вот так, по телефону, но видимо, все же не получится.

Принимаю вызов.

— Что случилось, почему одна?

— Мам, давай я приеду и расскажу все.

— Что случилось, Даша?

— Мы… — слова правильные, чтобы не шокировать маму, так сложно подобрать, — мы… в общем, я плохо себя чувствую и чтобы ее не заразить, решила у вас побыть пару дней.

— У вас точно все в порядке?

— Я приеду, мам, поговорим, — говорю тише, чтобы она не слышала, как дрожит мой голос.

— Ну хорошо, приезжай.

Я быстро собираю минимум вещей, закрываю окна, перекрываю воду. Проверяю, что точно все обесточено и еду к маме.

Марина что-то пишет, но я не читаю сообщения. И в чат не захожу.

Может, вообще оттуда выйти и удалить его?

Но тогда я не буду вообще ничего знать о том, что происходит.

Через минут сорок паркуюсь возле дома родителей в Подмосковье. Тихий спальный район советских времен. Никакой движухи и шума. Идеальное место, чтобы восстановиться, поговорить и найти выход.

— Мам, это я, — открываю дверь своим ключом.

Тут вкусно пахнет мамиными котлетами, ухой, картошкой с укропчиком.

— Я с Ярославом говорила, — складывает руки на груди. Смотрит мне в глаза и на лице читается неприкрытое недовольство. — Что ты устроила там?