Глава 1. Олеся

Долгожданные две полоски на тесте.

Я жду малыша и ощущаю, как под сердцем становится тепло и радостно от этой мысли. Вся моя душа переполняется светлыми чувствами, когда я иду по коридору клиники.

Пять лет мы с моим мужем Арсением мечтали об этом моменте. Пять долгих лет я пыталась не падать духом, когда тест был или отрицательным или ложно положительным.

Еще дважды был момент, когда тест на беременность показал две заветные полоски, а потом… потом все заканчивалось выкидышем.

Как только я не сошла с ума от горя и не махнула рукой на попытки завести ребенка.

В голове даже начали появляться мысли: не усыновить ли малыша из дома малютки?

Но вот чудо произошло.

Длительное лечение, процедуры… Мои старания — все было не зря.

Поначалу я не поверила.

Поэтому, когда беременность подтвердилась на узи, даже дышать перестала и замерла.

Не спешила говорить Арсению, что я беременна. Мои две беременности прерывались на сроке восемь-девять недель. Это был какой-то недоступный рубеж.

Вдруг и на этот раз все снова бы прервалось?

Поэтому я не спешила и выдохнула чуть-чуть спокойнее, только после того, как этот опасный для меня и малыша рубеж остался позади.

Осталось только получить результаты сопутствующих анализов и можно радовать любимого мужа.

Проверяюсь на узи — все на месте, сердечко бьется, малыш развивается и растет.

Только увидев его на экране, послушав эти частые звуки его сердцебиения я, наконец, поверила в то, что это реальность!

Это происходит со мной, с нами…

Наконец-то! Мы сможем создать полноценную семью, о которой я так долго мечтала.

Слезы на глазах от радости, в теле вибрирует приятное тепло, нет ни одной дурной мысли.

Выхожу из клиники, набираю Арсения. Его голос звучит немного сдержанно, как всегда, когда он на работе. Муж старается разграничить дом и работу, потому не любит, когда его беспокоят в рабочее время по личным вопросам.

— Что у тебя, Лесь?

Муж довольно собран, но я слышу в его голосе нотки волнения:

— Что-то важное?

— У меня все хорошо…

Голос меня подводит, я все-таки начинаю плакать.

— Лесь, что случилось? — теперь он уже не на шутку разволновался.

— Все, правда, хорошо. Арсений. Нет, не просто хорошо! Замечательно. У нас будет ребенок!

Его молчание длится всего секунду, но мне кажется, что проходит целая вечность.

— Это не шутка?

— Нет, — шмыгаю носом. — Не шутка. Представляешь? Я узи сделала, анализы сдала.

Арсений ругнулся и даже откашлялся. Его голос сиплый, словно он не в силах поверить.

— Пришли мне фото. Анализы сдала?

— Да, сдала.

— Куда сдавала? Ты же знаешь, у меня есть хорошие знакомые, в клинике «Авента» работают высококлассные специалисты.

— Да, знаю, Сень. Я же там и проходила лечение. Меня уже все знают, там и сдавала анализы.

— Это же счастье какое, Лесь. Я поверить не могу! Давай отпразднуем? Я закажу номер, купим твое любимое шампанское, я даже возьму выходной.

Такой смешной, правда. Я вытираю слезы, сказав ему с любовью:

— Сень, какое шампанское? Ты о чем? Я теперь в положении, мне нельзя.

— Точно. Забыл. Счастливый… дурак, — выдыхает он. — Значит, я позвоню и потороплю лабораторию с анализами. Подключу связи.

***

Наше счастье длилось совсем недолго.

На следующий день, когда я была на работе, муж неожиданно звонит и долго, мрачно молчит в динамик телефона.

— Арсений, что случилось?

— Пришли результаты, — снова тягостное молчание. — Вечером поговорим.

Мне стало дурно. Я целый день провела, как на иголках, и потом срываюсь с работы первой, хотя обычно я так не поступаю. Работа дизайнера мне по душе.

***

Квартира встречает меня давящей тишиной и включенным светом. Ботинки мужа стоят на коврике у входа.

Он уже дома?

Раньше меня?

Это что-то из ряда вон выходящее. Подобного не происходило давным-давно. Арсений из кожи вон лезет, чтобы крепче встать на ноги на рынке строительства.

— Олеся, ты? — доносится из гостиной. — Проходи.

Я стараюсь сдержать волнение и пытаюсь не обращать внимания, как дрожат мои руки, когда я вешаю на крючок пальто.

Прохожу в гостиной, ноги становятся деревянным.

Атмосфера напряженная.

В гостиной включен только один бра, свет довольно тусклый.

Арсений сидит на диване, прикрыв глаза. Перед ним на столике разбросаны бумаги, и стоит початая бутылка виски. В стакане на дне тают кубики льда и немного янтарной жидкости.

Он выпивает довольно редко, что же случилось?

— Арсений?

— Олеся, — тяжело вздыхает. — Подойди и сядь, пожалуйста.

Его язык немного заплетается, взгляд карих глаз плывет.

Сев напротив, я немного залипла на его лице, любуясь мужем.

Он — высокий, русоволосый мужчина. Кареглазый с красивым, правильным лицом. Спортивного телосложения, следит за собой.

Говорят, у Арсения сложный характер. Он немногословный и довольно краткий в общении.

Но я к нему привыкла и научилась находить с ним общий язык, несмотря на то, что иногда это довольно непросто.

— Это результаты анализов, — кивает.

Он берет бумаги просматривает их молча, его карие глаза внимательно изучают каждую строчку.

Внезапно его лицо темнеет, Арсений мнет эти бумаги и швыряет их прочь.

Я сижу, как пришибленная, испуганная его вспышкой гнева.

— Что-то не так? Арсений, не молчи.

Он резко встает, начинает мерить комнату шагами.

Я чувствую, как радость начинает таять. Его тяжелый, полный тоски взгляд заставляет меня замереть.

— Арс, что не так? Все же хорошо… — шепчу я.

— Нет, — мотает он головой. — Хорошо… — он говорит через силу. — Хорошо у тебя, у плода тоже результаты жизнедеятельности хорошие, но это не все.

Он делает шумный выдох, прежде чем сказать шокирующую новость:

— Дополнительные анализы показали, что ребенок родится с отклонениями в развитии.

Меня будто пыльным мешком по голове огрели.

Я не могу поверить!

Несколько секунд сижу без движения, потом вскакиваю и бросаюсь к бумагам, расправляя их со слезами на глазах:

— Эти анализы… Они не могут быть верными. Нужно переделать.

— Олеся.

— НУЖНО ИХ ПЕРЕДЕЛАТЬ! — рыдаю горько. — Это ложь.

Арсений мотает головой из стороны в сторону и смотрит на меня с болью.

— Мне жаль, Олеся. Безумно жаль. Но «Авента» — лучшая в нашем регионе.

— Они могут ошибиться! — Я просил их перепроверить! — Арсений повышает голос. — Увы.

— Нет. Нет.

Я не могу в это поверить, сердце пронзает насквозь.

Арсений подходит близко-близко, он крепко сжимает мои ладони, но его взгляд направлен куда-то вдаль.

— Кто-то должен это сказать.

— Нет! Не смей!

Мир начинает рушиться. Слезы капают на колени, я не могу дышать.

— Ты должна сделать аборт, — его голос звучит глухо, почти без эмоций. — Это единственный выход.

Я качаю головой, не в силах принять эти слова.

Мой малыш, мой ребеночек! Наше долгожданное чудо.

Как же так? Где в этом мире справедливость?!

Я цепляюсь за руку Арсения изо всех сил.

— Нет, -- шепчу я. — Ты не понимаешь! Нет, я не могу…

Он поднимает мой подбородок. Мы встречаемся взглядами, и в его глазах я вижу то, чего боялась больше всего — твердая решимость.

Он уже все решил.

— Это не обсуждается, Олеся. Так будет лучше для всех. Мне жаль.

— Тебе жаль? А по тебе так и не скажешь! — обвиняю я.

Арсений отходит, сжав кулаки.

— Вытри слезы. Это было сложное решение, но, к сожалению, единственное.

— Почему? Почему ты не хочешь дать ему шанс?

Его ответ ранит меня в самое сердце:

— Больной ребенок мне не нужен.