Глава 7. Арсений

Сижу в большом кожаном кресле и смотрю на презентацию Олеси.

Один ее вид выводит меня из равновесия, а она держится, словно железная леди.

Ее голос спокойный, уверенный. Будто никогда ничего между нами и не было.

Я пытаюсь сосредоточиться на том, о чем она говорит. Но какой, к черту, проект, когда внутри меня все клокочет?

Олеся показывает слайды один за другим, а мне хочется спросить:

«Какого черта, Олеся? Думаешь, наше прошлое ничего не значит?»

Но вместо этого, я тихонько закипаю, моя кровь превращается в горящую лаву.

Меня задевает, что она такая равнодушная. Будто ей назло, говорю.

— Знаешь, я начинаю сомневаться.

— В чем? — интересуется Олеся, едва взглянув на меня. — Разве мой проект…

— Достаточно ли у тебя опыта? Для такого проекта нужен действительно опытный дизайнер, — выпаливаю, нарочно перебивая ее на полуслове.

Олеся поднимает голову и смотрит на меня.

Я пытаюсь выглядеть спокойно, но внутри все горит.

Виски пульсируют, кровь бежит по сосудам, как бешеная.

Хочется встать и пройтись, разогреть мышцы, прогуляться по кабинету, как я привык делать, когда нервничаю. Но нет!

Вместо этого я сижу, стискиваю подлокотники, чтобы не сорваться.

Смотрю Олесе прямо в глаза и нарочно отодвигаю папку с распечатками одним пальцем.

Вижу, что Олесю это сильно задевает.

Иначе, чем еще объяснить, что она переходит на ты:

— Если сомневаешься, зачем согласился на встречу? — совершенно спокойно спрашивает она.

Но я вижу, что она тоже закипает. Глаза сверкают, и я не могу определить, это от злости или от вызова.

— Думаешь, я согласился только потому, что увидел твое имя? — я усмехаюсь, не обращая внимания на встречные взгляды. — Я даже не взглянул на имя дизайнера!

И это чистая правда.

— У меня есть альтернативы! — уверенно продолжаю я.

Олеся замолкает, смотрит на меня пристально. Напряжение в воздухе почти осязаемо.

— Альтернативы — это неплохо.

Олеся встает, начиная складывать разложенный планшет, клавиатуру, телефон, переходник.

— Если ты так думаешь, что мне недостаточно опыта, а мои работы выглядят неубедительно… — говорит она холодно, собирая свои вещи, — может быть, стоит пригласить кого-то еще.

После этих слов Олеся резко закрывает свою папку, и я понимаю, что переступил черту.

— Всего хорошего, Арсений.

Ее голос накрывает меня словно ледяной дождь.

Олеся Встает спокойно, разворачивается к двери.

И тут меня накрывает волной негодования!

Я привык быть королем положения, привык брать верх. Неужели она так просто уйдет?

— Олеся, погоди…

Мой голос срывается, слова звучат гораздо мягче, чем до этого, но уже поздно.

Олеся стоит у порога.

Внутри меня бушуют эмоции, в голове шумит.

Мне так больно от ее равнодушия, от этого безразличия на лице, с которым она уходила.

Осознавать, что мы друг для друга стали совсем чужие, больно.

Это просто невыносимо.

И вот дверь за Олесей захлопывается, оставляя меня в одиночестве.

Взмахнув рукой, я сбрасываю со стола на пол бумаги и часть канцелярских принадлежностей.

На шум заглядывает секретарша, я сердито отсылаю ее прочь.

Перевернулся весь мир, для нее как будто все было мелочью, пустяком.

Я пытаюсь оценить себя со стороны и понимаю, что в таком состоянии бороться с ней не получится.

Мне нужно успокоиться и хорошенько все обдумать.

Она изменилась, моей Олеси больше нет.

Да, теперь она — другая, та, до которой так просто не достучаться.

Я должен ее проучить.

Потому что ее уход заставил меня страдать.

Если она думает, что уйдя, она одержала победу, то она ошибается.

Олеся будет работать на меня над этим проектом.

Я этого добьюсь, какими бы методами не пришлось воспользоваться.