Глава 17

Мальчик недоверчиво поглядывал на меня, словно никогда в жизни не видел доброты от женщины.

В его глазах я увидела восхищение моей внешностью, и это было гораздо приятнее любого внимания от мужчин. Ведь реакции ребенка неподдельны и не несут в себе плохого и порочного.

– Скажи, Нар, ты точно уверен, что твой папа тут? Он лекарь или больной?

– Больной, – как-то странно буркнул мальчик.

Мне на секунду показалось, что он сделал это с насмешкой, будто вложил в это слово другой смысл. Я мысленно встряхнула головой, отгоняя подобные домыслы: не может ребенок в таком возрасте двусмысленно разговаривать.

– Так где он лежит? Когда он сюда поступил?

– Утром его в канаве нашли с пробитой головой. А я за каретой не поспел, нашел это место, спрашивая у прохожих, – пояснил мне Нар.

Я удивленно глянула на него. Нар для своих лет был довольно сообразительным и самостоятельным мальчиком. Но я бы ни за что не отпустила его гулять по городу одному: он бы наверняка заблудился и впал в панику. Тем более, что он слишком мал для того, чтобы общаться со всякими незнакомцами.

В городе сейчас периодически пропадают дети, и я не понимала этого горе-отца, который допустил, что его ребенок шлялся непонятно где. Да и куда мать смотрит?

Конечно, у меня возникла мысль, что с отцом, действительно, случилась трагедия, поэтому я постаралась не судить его строго заранее.

Мы обошли зал, в котором лежали мы с Астиком, но, заглядывая во все палаты, так и не нашли его отца.

Здание было довольно огромным, имело четыре крыла и второй этаж. Медсестра сказала, что лекарь освободится не раньше, чем через час, и единственное, чем она может помочь, так это дать таблетку, чтобы снизить жар ребенка.

– Не надо, мам, мне уже хорошо, – весело произнес Астик.

Я с удивлением потрогала его лоб. Он был всё еще горячий, но уже не настолько, как несколько минут назад. Возможно, ему пошло на пользу, что он встал, и мы немного прошлись пешком.

– Дайте пока таблетку, а я поищу с ребенком его отца. Скажите, утром не поступал мужчина с проломленной головой? – решила я уточнить у медсестры.

Она завернула таблетку в салфетку и дала мне. Я положила ее в сумку, а затем снова взяла мальчишек за руки. Они удивленно рассматривали друг друга, словно смотрели в зеркало, но пока не задавали никаких вопросов. Лишь медсестра странно глянула на меня, и я прикусила язык, вспомнив, что соврала охраннику, сказав, что это мой ребенок.

– Дело в том, что отец моих детей пропал вчера ночью, так что вот, мы ищем его, — объяснила я, надеясь, что ее мое объяснение устроит.

Легенда у меня была хлипкая, но девушка не стала докапываться до меня и просто пожала плечами.

– Вы знаете, я на смену приступила где-то час назад, так что про мужчину не подскажу вам. Я отвечаю только за это северное крыло. Вам нужно обойти, наверное, второй этаж и остальные три крыла. На втором этаже сейчас карантин, поэтому вас туда не пустят. Начните с южного крыла: пройдите прямо по коридору, затем налево, и там будет пост медсестры. Можете сразу у нее узнать, скажите о вашей проблеме Юне, она вам поможет. Она довольно отзывчивая.

Поблагодарив медсестру, я потянула мальчиков за собой, и мы пошли в сторону южного крыла. Честно говоря, и мне, и Астику это было на пользу: я отвлеклась, не так сильно переживая о сыне, а у сына даже спала температура.

Мне было интересно взглянуть на отца Нара, и у меня даже возникла мысль, что, возможно, мы с ним родственники, раз его сын настолько похож на моего. В конце концов, я была незаконнорожденной и никогда не знала родственников матери. А сейчас вдруг осознала, что не прочь узнать, кто они.

В столице, кроме Шани и Урута, у меня больше не было близких. И чем старше становился Астик, тем больше я понимала, что ему нужна родня, особенно драконы, потому что с возрастом я не смогу объяснить ему, как оборачиваться в дракона и как сосуществовать со своим зверем.

Я сама этого не знала, а Урут и Шани драконами не были. Конечно, иллюзий я не питала и понимала, что моя мать ранее не обладала ни каплей драконьей крови, поэтому даже если этот мужчина, отец Нара, и мой родственник, он был обычным человеком. Но для меня это не имело никакого значения.

Глядя на Нара, во мне что-то просыпалось, и его грязная рваная одежонка вызывала во мне жалость. Возможно, играло роль то, что он был полной копией моего сына Астарота, и то, что я знала, что в Северном монастыре до сих пор воспитывался мой второй сын, близнец Асти Рагнар.

Когда Нар посмотрел на меня, заметив мое подглядывание, я быстро отвела взгляд и стала смотреть вперед, опасаясь собственной реакции. Я вдруг испугалась, что начну обманывать себя, что это и есть мой пропавший сын, и мысленно дала себе пощечину: иллюзии опасны тем, что в них можно утонуть.

– Добрый день, подскажите, пожалуйста, к вам утром не поступал мужчина с пробитой головой? – спросила я у медсестры Юны, как только мы дошли до ее поста.

– Пьяница, что ли? Был один такой, как раз в нашем крыле лежит, – ответила она.

Несмотря на заверения той медсестры, эта Юна не выглядела доброжелательной. Она с какой-то претензией осматривала нас, особенно задержавшись на чумазом Наре.

– А вы ему кем, собственно говоря, приходитесь? Между прочим, услуги лекаря оплатить надобно. При нем никаких документов не было, а одежда-то богатая, – добавила она, оглядывая нас с головы до ног.

– Вы знаете, наверное, это не он, – нахмурившись, ответила я, поскольку отцом Нара явно был не лорд и не состоятельный купец.

– А камзол на нем синий был? – вдруг спросил грубовато Нар и посмотрел на медсестру исподлобья.

Мальчик уловил ее отношение к себе и просто отражал его. Мне стало немного горько от того, что отношение других к тебе зависело от твоего внешнего вида. Именно из-за таких людей на улицах было полно беспризорников и пьяниц.

– Ну, синий... не знаю, он был весь грязный и пропах помоями. Мне не платят, чтобы я всё это нюхала, – сморщилась медсестра и посмотрела на меня с претензией, словно это я виновата в том, что не уследила за мужчиной.

Я покраснела, потому что так стыдно мне еще никогда не было. Хотя я и понимала, что не имею к нему никакого отношения, но убеждать ее не стала, ведь это могло бы раскрыть мое вранье.

Платить за какого-то незнакомца мне не хотелось, но, взглянув еще раз на неприкаянного ребенка, я всё же кивнула и выложила на стол монеты. Иначе она не соглашалась нас пропускать. Я успокаивала себя тем, что если это будет не он, я верну деньги обратно. А после мы двинулись вперед.

Крыло выглядело абсолютно идентичным тому, где мы были с Астаротом, поэтому ориентироваться здесь было довольно легко. Справа и слева были перегородки, за которыми лежали пациенты. Но когда мы вошли, уже по запаху я определила, что сюда скидывали весь неликвид.

– Мама, тут так воняет, – закапризничал Астик и схватил меня за ногу.

А вот Нар, вместо того чтобы отреагировать так же, быстренько побежал почему-то в конец зала. Я взяла своего сына на руки и пошла следом, уверенная, что именно здесь мы найдем отца Нара. Так и вышло: он, не открыв ни одной перегородки, подошел именно к крайней койке, а затем глянул победным взглядом на меня.

– Вот он лежит.

Я улыбнулась, видя на его лице облегчение, а затем подошла ближе, отдернула шторку сильнее, чтобы и самой взглянуть на его отца.

Но когда я опустила взгляд на лицо отца Нара, то застыла. Этого мужчину я знала слишком хорошо.

Астик, заметив мое замешательство, спрыгнул с моих рук и подошел к Нару. Они вместе с любопытством смотрели на лорда Гора Амелита.

– Как ты нас нашла? – прозвучал злобный вопрос, которого я совсем не ожидала.

Вопрос Гора повис в воздухе, а я всё не могла вымолвить ни слова.

– Я еще раз повторяю свой вопрос, как ты нас нашла, Айлин?

В этот момент активизировались мальчишки. Астарот прижался ко мне сильнее, явно испугавшись агрессии Гора, а вот Нар, наоборот, набычился и посмотрел на своего отца с претензией во взгляде. Его он вообще, кажется, не боялся ни капли.

– Вы что, знакомы? А это еще кто такая? Мать моя?

В отличие от меня, Нар был более сообразительным и сразу понял, кто есть кто в этой ситуации. Астик всё это время молчал, прижимаясь к моей ноге, а я переваривала увиденное и услышанное. И теперь всё то, что рассказывал мне Нар, открывалось для меня в новом свете.

Я никак не могла осознать, что это и есть мой второй сын, близнец Астарота Рагнар. Игнорируя Гора, я повернула голову в сторону Нара и жадно всматривалась в его личико. Теперь я смотрела на него совершенно другим взглядом, и изнутри меня поднималась злость на то, что он выглядит таким худеньким и изможденным, да и в целом от него веяло энергией одичалого звереныша.

– Рагнар? – прошептала я и протянула к нему руку, не в силах сдвинуться с места.

Все эти годы я усиленно давила в себе слезы и печаль, боясь, что окончательно расклеюсь и не смогу жить дальше, поэтому сейчас, когда моя мечта, наконец, сбылась, все те эмоции, которые я усиленно давила в себе, вырвались наружу разом, грозя потопить меня с головой.

– Мама?

Голос Астика звучал испуганно, и его пальцы с силой впились мне в бедро. Я опустила взгляд, заглядывая ему в глаза, и увидела там страх. Он совершенно не понимал, что происходит, и боялся того, что сейчас может произойти.

– Всё хорошо, сынок. Всё хорошо.

Я пыталась убедить, скорее, не его, а больше себя, хотя в глубине души ни капли не верила в то, что всё будет хорошо.

– Мама? – ехидно повторил за Астиком Нар, а я вдруг осознала, что его полное имя Рагнар. – Так ты мой родной брат, получается? Что, с мамкой рос? А меня сбагрили в монастырь? И что же со мной не так?

Несмотря на его браваду, от него ощутимо веяло обидой, которую ему не удалось скрыть, как бы он не пытался это сделать.

Я всю жизнь была нелюбимой дочкой в семье отца, поэтому частично понять его чувства могла. Вот только в отличие от него я хоть и была изгоем в собственном роду, но росла при этом в семье.

Мое сердце болело, но при этом я даже не могла к нему приблизиться.

Возникло чувство, что, если я сделаю хоть шаг к нему, он развернется и убежит куда глаза глядят, после чего я уже никогда его не найду. Так что я любовалась им молча и даже не могла ответить на его вопросы, которые волновали его всю жизнь и причиняли нестерпимую боль.

– К тебе там хорошо относились? – всё, что я смогла произнести, когда дар речи ко мне снова вернулся.

Несмотря на то, что Гор Амелит всё это время рычал и пытался обратить на себя внимание, мы даже не смотрели на него, словно про него забыв.

– Где там? В монастыре? Куда вы меня сдали с отцом?

– Я тебя туда не сдавала, – просипела я, хватаясь рукой за горло. – Я бы никогда…

– Меня там кормили, и то хлеб. Жив-здоров, как видишь.

Если раньше я думала, что Астик растет умным и взрослым не по годам, то теперь поняла, что Астик все-таки был больше ребенком, чем Рагнар, который явно пережил больше, чем любой взрослый на его месте.

– Если бы я могла, то давно бы тебя оттуда забрала, сынок.

– А ты меня так не называй. Тебе есть кого называть сыном.

Рагнар кивает на Астика и больше не смотрит на него с любопытством, наоборот, глядит так, будто это его соперник, который достиг всего того, чего хотел он сам. Я понимала подоплеку его чувств, и это приносило мне небывалую боль. Я всегда мечтала, чтобы мои дети при встрече обнялись и больше никогда не расставались, но всё произошло совершенно наоборот. Кажется, Рагнар ревновал к судьбе Астарота и не собирался принимать его в свою жизнь.

А я даже не представляла, каким образом смогу повлиять на это и как мне сблизиться с собственным сыном, которого вижу во второй раз в жизни.

– Не говори так, Нар. Мне о многом нужно тебе рассказать. Все эти годы я копила деньги, чтобы добраться до этого монастыря и забрать тебя оттуда.

Несмотря на мои слова, он смотрел на меня с недоверием, и я его за это не винила. У него не было причин мне доверять, и я понимала, что на это потребуется время. Даже столица строилась не за один год, так что я радовалась вообще тому, что теперь у меня есть время, чтобы вымолить у него прощение за то, что я не смогла его защитить.

– Мы с Астиком живем здесь неподалеку, в Академии, где я работаю, пойдем с нами, Нар.

Конечно, мне хотелось называть его полным именем Рагнар, но что-то подсказывало мне, что ему это не понравится. Раз он представился мне Наром, значит, хотел, чтобы я его именно так и называла. На большее пока у меня не было прав.

– У меня большая кровать, мы там вдвоем поместимся, – произнес вдруг Астик, который отмер и явно обрадовался появлению у него брата.

Мне не было нужды говорить им обоим, что они братья, так как глупыми они не были, несмотря на свой маленький возраст.

Я так увлеклась появлением в моей жизни Рагнара, которого и не надеялась увидеть в ближайшие годы, что совершенно забыла про лежащего на кушетке больного Гора. А вот он о нас не забыл, всё это время наблюдал и явно был недоволен моим появлением и игнорированием его вопросов.

– Мой сын никуда не пойдет. Я привез его с монастыря не для того, чтобы порадовать тебя, Айлин. Он мой сын и будет жить в моем поместье.

Воцарилась тишина.

Слова Гора повисли в воздухе напряжением, и никто не решался с ним заговорить.

– Он тебе ведь не нужен, Гор. У него нет драконьей ипостаси, как ты мечтал. Уверена, Офелия еще родит тебе долгожданного наследника, так что не держи возле себя Нара и отпусти его. Никто не будет любить его сильнее, чем я.

Мой голос звучал хрипло и надорванно, но я продолжала смотреть на Гора уверенно, чтобы он не почувствовал во мне слабости. Вот только если раньше я ощущала, как его дракон недовольно смотрел на меня из глубины его глаз, то сейчас этого не происходило. На меня будто глядел обычный человек без драконьих сил.

– Офелия? – вдруг ощерился Нар и весь напрягся, отступая от кушетки Гора на несколько шагов. – Она продала меня в таверну. Даже не торговалась. Я не вернусь в поместье. Не к ней.

Он насупился и явно не собирался подчиняться Гору. Тот к такому не привык и оскалился, вставая с кушетки и выпрямляясь во весь свой внушительный рост.

– Кто тебя спрашивал? Ты мой сын и будешь мне подчиняться. Мне нужно завтра же показать тебя Совету, чтобы удержать власть в своих руках.

– Так ты только поэтому забрал Нара с монастыря? Не потому что решил сделать его наследником?

Мою душу затопила горечь, и я корила себя, что снова поверила в собственные фантазии.

– Держи карман шире, папаша. Я пришел тебя проведать лишь из жалости. Думал, копыта тут откинешь. Ну всё, бывай, улица меня прокормит.

Нар резво побежал к выходу, и пока я крутилась и хватала на руки Астарота, его уже и след простыл.

Оставаться наедине с Гором я не собиралась, поэтому пошла быстрым шагом к выходу на поиски сына, но вот у Гора Амелита были на меня другие планы.

Не успела я и шагу сделать, как рука бывшего мужа схватила меня за шкирку, а после я услышала треск порванной ткани платья.

– А ты куда собралась?!