Глава 36

Мы сидели за длинным деревянным столом в зале поместья. Обстановка, казалось, оставалась прежней — те же старинные гобелены, те же свечи, горящие мягким светом, но всё неизбежно изменилось.

Офелия не спеша оказалась рядом с Гором, словно кукловод рядом с марионеткой. Ее тонкие пальцы касались его руки, и я не могла не заметить, что лицо Гора всё это время оставалось бесстрастным и безразличным. Даже не знай я всего, то сразу поняла бы, что дело тут нечисто, и Офелия балуется запрещенной в Империи магией.

Она продолжала вертеть в руках амулет, который доселе защищал Гора, и улыбалась, чувствуя свое превосходство.

Дети же стояли поодаль, и я молилась, чтобы убежали от эпицентра зла, но они, как назло, продолжали стоять в зале.

– Гор теперь снова принадлежит мне. Он будет делать всё, что я прикажу. Конечно, я как-то упустила тот факт, что на какое-то время он вышел из-под контроля, но ничего. Насладилась семейной идиллией? Пора и честь знать, – ухмыльнулась она.

Я молча смотрела на нее, пытаясь понять, что она пытается доказать. Офелия улыбалась, её глаза блестели холодным торжеством, а я стискивала челюсти, пока не понимая, что предпринять. Как достучаться до Гора и вытащить его из этого мрака темной магии.

– Гор! – крикнула я и вскочила с места, вглядываясь в пустоту его глаз. – Сопротивляйся, прошу тебя!

– Ты можешь сколько угодно пытаться вернуть его, но всё это бесполезно, – сказала Офелия и провела острым ногтем по щеке дракона. – Истинная пара? Пфф, глупости. Сказки для наивных. Он подчиняется мне, и твои попытки его освободить – жалкие. Между вам не было и не будет связи, которая была и есть у нас. Правда, милый?

Она села к Гору на колени, и ее руки обвились вокруг его шеи. Я видела, как ее лицо исказилось в самодовольной улыбке. А затем она вдруг провела языком по его щеке, не сводя при этом своего наглого взгляда с меня.

Вот же дрянь!

Мои челюсти сжались, но я всё еще пыталась контролировать свой гнев. Я должна была найти способ освободить Гора, иначе ни мне, ни детям пощады не будет. Офелия сживет нас со свету, не позволил убежать.

– Гор, – позвала я его снова тихо, но уверенно. – Ты сильнее, чем она думает. Вспомни, кто ты. Ты – дракон. Он ведь проснулся и начал крепчать недавно, так поборись с ней, прояви силу воли.

Я не сводила с него взгляда, пытаясь быть уверенной в успехе, но по правде говоря, я боялась. По-настоящему боялась, что так и останется навсегда. Чудес ведь не бывает.

Офелия вновь захохотала, и этот смех разрывал воздух, заставляя холод пробираться прямо в кости. Она наслаждалась моей слабостью и своей силой.

– Посмотри на нее, Гор, – прошипела Офелия, ее голос наполнился злобой. – Она думает, что может соревноваться со мной. Ты ведь не хочешь этого, правда? Мы ведь столько лет прекрасно были любовниками, парой. Разве ты променял бы меня даже в здравом уме на это ничтожество? Она ведь полукровка, грязная кровь, не стоит даже моего мизинца. Другое дело я. Красавица-виверна, за плечами – влиятельный род, который вскоре взойдет на престол.

Она заговаривалась, выдавая планы своей семьи, а я холодела, понимая, что вся ее семья просто безумна, если верит, что сможет победить бесчисленное множество драконьих родов. Они ведь все презирают виверн и никогда не позволят кому-то из этого рода властвовать над всей Империей. Либо она глупа, либо отец умело манипулировал ей.

– Отец? – впервые вдруг произнес это слово в отношении Гора Рагнар и сжал кулачки, с ненавистью глядя на Офелию, но к счастью, подойти к ней не решался. Обладал чувством самосохранения и понимал, чем это может обернуться.

– Папа? – повторил за ним Астарот, и я тоже повторила имя дракона, взывая к его естеству.

Гор, казалось, смотрел сквозь всех нас, его глаза были отстраненными, словно в них не осталось ничего живого. Но в какой-то момент я увидела, как что-то изменилось. В его взгляде появилось движение, словно искра осознания. Его руки начали напрягаться.

– Гор?

На этот раз голос Офелии дрогнул, когда она заметила это.

Гор резко поднял голову. Его взгляд, прежде пустой, теперь был полон осознания и ярости. Он медленно поднял руку и взял Офелию за горло. Ее глаза расширились от шока, и она попыталась что-то выкрикнуть и спрыгнуть с его колен, но слова застряли у нее в горле, а движения были бесполезны. Силы не равны.

– Ты слишком заигралась, Офелия, – его голос был низким, в нем слышался гнев, как раскаты далекого грома. – Ты и твой отец. Вы думали, что сможете управлять мной? Решили, что вы непобедимые боги? Вы наивны и глупы, и ты поплатишься за всё, что сотворила с моей жизнью, И я об этом позабочусь, дрянь!

Офелия, не веря происходящему, начала отчаянно бороться, ее руки взметнулись, чтобы освободиться от хватки Гора, а губы начали двигаться, шепча заклинание.

Но было уже поздно. Гор, освобожденный от ее чар, полностью пришел в себя. С яростью он отшвырнул ее от себя и встал, нависая над ее распластавшимся на полу телом. Ее лицо исказилось от боли от удара и страха, но она продолжала неверяще смотреть на взбрыкнувшего Гора.

– Любимый, ты что? – просипела она, хватаясь одной рукой за горло, а вторую протягивая к Гору. Голос ее звучал елейно и сладко, словно даже он был под заклинанием, чтобы сводить с ума мужчин.

Гор встряхнул головой, явно прогоняя наваждение, а затем хлопнул в ладоши, и внутрь вошел Самуил. Казалось, всё это время он стоял за дверью в ожидании, когда его позовут, а сейчас подошел к Офелии, безразлично глянул на нее и грубо схватил за плечо, вздергивая ее вверх.

– В подвал ее? – сухо спросил у Гора, и тот кивнул, уже не обращая внимания на крики Офелии и ее мольбы. А когда ее тащили на выход, и она проходила мимо меня, наши взгляды скрестились, и ее лицо исказилось от злобы.

– Это ты, дрянь, во всем виновата! Ты еще пожалеешь!

Ее увели, а ее крик и угроза всё еще стояли у меня в ушах. Мне бы забыть об этом, ведь она теперь под стражей и не будет просто так разгуливать по дому, но что-то не давало мне покоя. Материнское предчувствие заставляло с тревогой посматривать на детей, которые быстро отошли и вернулись за стол, весело обсуждая произошедшее.

В отличие от них, я так радужно настроена не была.

А когда только хотела присесть вслед за хмурым Гором, вдруг загрохотало, словно где-то произошел взрыв. Стекла затрещали, вокруг усиливался гул, и я откинула стул, неведомым для меня образом оказываясь около детей и заставляя их залезть под стол.

Барабанные перепонки едва не разорвало, но эта проблема, казалось, беспокоила только меня. Дети не прикрывали уши и лишь с тревогой во взглядах посматривали, на удивление, на Гора. Тот навис над нами под столом, пытался обхватить нас и заставить пригнуться ниже, а я вдруг осознала, что несмотря на мои попытки быть для детей опорой, защитником они воспринимали самца.

– Что это было? – спросила я, когда всё прекратилось.

Судя по мрачному взгляду Гора, он прекрасно знал ответ. Благо, не стал юлить.

– Война с Арьялой набирает обороты. Они начали штурм столицы.