Эпилог

– Пекарня дядюшки Соммита лучшая во всей столице! Ты как попробуешь его тыквенный пирог, так язык проглотишь!

Астарот продолжал воодушевленно расхваливать пекарню, в которую раньше мы часто ходили, как только у меня выдавался выходной, а Рагнар лишь снисходительно улыбался, привыкнув к эмоциональности своего брата.

– Посмотрим, – уклончиво ответил Нар, не отличающийся словоохотливостью.

Очередь в этот раз в пекарю была длинная, но никаких Офелий на горизонте не крутилось, так что мы отстояли ее, как положено.

– Эми! – закричал Астик, увидев свою подружку, с которой давно не виделся.

Она засияла и побежала к нам, кидаясь сыну на шею. Дети отошли чуть в сторону, пока я покупала нам пирог и чай, а затем заметила, что Рагнар более молчаливый, чем обычно. Улыбнулась, увидев его взгляд на внучку пекаря, но промолчала. Детская влюбленность сыновей, видимо, наступила раньше, чем я предполагала.

– Угощайся, – просипел Нар и протянул свой кусок пирога Эми, который та приняла с благодарностью. Мне даже показалось, что покраснела, но я выбросила эти глупости из головы. Они ведь дети.

Очередной день выдался солнечным и спокойным. Астик болтал без умолку, познакомил брата со всеми, кого знал, в то время как я договаривалась об аренде лавки. Еще работая в Академии в магозоозвернице мне пришла в голову одна идея. За три года, что я жила одна с Астаротом, из-за нехватки денег мне пришлось обратиться к знахарству и отварам из магических растений.

Вот только нам было запрещено трогать лепестки, которые Академия сама использовала для создания лекарств, но мы с Шани опытным путем обнаружили, что и стебли, и корни имели целебный эффект. Не такой сильный, зато более долгоиграющий. Так что мы с Шани решили открыть собственную лавку, чтобы продавать отвары и сборы обычным жителям, которым не по карману продукция от лекарей.

Спустя полгода наша лавка стала приносить прибыль и отбила, наконец, вложенные мной средства, которые мне дал отец. Я была ему за это благодарна, так как впервые почувствовала себя частью рода. Пусть он и не дал мне любви, но теперь стал мне поддержкой, которой мне так не хватало.

Шаг за шагом я встала твердо на ноги, так что была готова к встрече с Гором, чувствуя себя самостоятельной полноценной личностью. Вот только время шло, а от него шли только письма. Сыновьям. Он рассказывал им о проделанной работе, спрашивал об их делах, и ни слова обо мне. Сначала меня это уязвляло и обижало, а со временем я почувствовала к нему благодарность.

Он ведь дал мне свободу, которую я просила. Не давил, не пытался заставить меня принять его. Дал возможность самой понять, что мне нужно.

Обида со временем улеглась, так как на нее не было ни времени, ни сил. Моя жизнь била ключом, и я уже не хотела возвращаться к прошлой себе.

– Клиентов становится всё больше, Линни, неужели это успех? – восторженно произнесла в один из дней Шани, пока Урут качал их дочурку на руках и ждал нас на улице.

– А ты сомневалась? Когда-то мы сбежали от грымзы Офелии, избежали смерти, неужели не поднимем лавку?

Я подмигнула подруге и отпустила ее пораньше, решив заняться уборкой сама. А когда вышла, на улице уже потемнело. Благо, что дети оставались в поместье под присмотром людей Гора, которых он приставил нам для охраны. Меня обычно тоже сопровождал стражник, но в этот раз я его не увидела, отчего даже почувствовала себя голой. До того привыкла, что кто-то всегда меня прикрывает.

– Здравствуй, Айлин, – вдруг прозвучал сзади знакомый низкий голос. Тот самый, который я не слышала уже несколько месяцев.

Я медленно обернулась и увидела сзади Гора. Выглядел он неважно, словно преодолел несколько тысяч километров без сна и отдыха. Весь заросший, с уставшим взглядом. Вот только внутри меня вспыхнула радость. Сердце застучало быстрее, а ладони вспотели. Я поспешила провести ими по платью, чтобы хоть чем-то занять руки.

– Ты надолго? – всё, что я сумела выдавить из себя.

В глазах Гора блеснула досада, но он поспешил ее скрыть.

– Гонишь? – спросил как можно спокойнее, но я чувствовала, что его уязвил мой вопрос.

– Нет, – ответила я поспешно и покачала головой. – Просто ты не предупреждал, что приедешь. Тебя давно не было, я… Я отвыкла.

Я ни разу не соврала, сказала чистую правду. Вот и сейчас ощущала неловкость, ведь мы и правда давно не виделись, и я не знала, как себя вести. Будь эта встреча еще тогда, много месяцев назад, я бы вела себя настороженно и закрыто, а сейчас всё это осталось в прошлом.

– Уже стемнело. Охранника я отпустил, позволишь проводить тебя?

Он вел себя по-другому, как-то неуверенно, словно боялся, что я его прогоню. Возможно, это меня и подкупило.

– Идем. Это ведь центр, безопасно.

– Нигде не бывает безопасно. Всегда есть риск.

Я не стала спорить, так как зерно истины в его словах было.

– Я встречался сегодня с мальчишками. Они сказали, что ты открыла лавку вместе с подругой. Тебе нравится?

– Очень. Но ты ведь давно об этом знал, разве нет? Ни за что не поверю, что твои подчиненные не информировали тебя.

– Я хотел узнать это от тебя.

Он не отрицал, что всё знал, но его ответ мне понравился. Было в этом что-то личное, даже сказано было таким тоном, который не оставлял сомнений в том, что ему важно, чтобы я сама ему обо всем рассказала.

– Да. Это была давняя наша с Шани мечта. Ты, наверное, ее не помнишь, она была моей служанкой когда-то. Они с ее женихом помогли нам с Астиком сбежать в столицу. Поддерживали нас, и мы стали лучшими друзьями.

– Я рад, что у тебя были люди, которые стали твоей поддержкой.

– Ты чем занимался? Вступил в права главы Жаровня? – спросила я, так как все эти месяцы политикой не интересовалась.

– Да. Моя мать была женой Харуна Вернеля, но мне удалось убедить Совет, что она ничего не знала.

– А она…– Ты ведь и сама догадываешься. Она предала меня, но она моя мать. Я договорился о ссылке. Будет доживать свой век вдали от сородичей, под постоянной охраной.

– Удалось стабилизировать запад?

– Не сразу, на это потребовалось время и силы, но да. Я занял место своего отца и стал главой рода Амелитов, а запад отдал на управление своему дальнему родственнику. Дену. Он молод, но справится.

– Как тебя приняли в качестве главы рода?

Насколько я помнила, именно его дядя занял место его отца, когда тот умер, и наверняка у него были сторонники.

– Когда мне удалось доказать, что дядя убил отца, он потерял часть влияния, а мои вернувшиеся силы стали весомым аргументом занять законное место. Скажу честно, не без помощи твоего отца, конечно, так что я ему благодарен.

– Надолго ты в столице? Не подумай, что против, просто мне надо знать, чтобы не обнадеживать детей.

Я напряглась, подумав о том, не хочет ли Гор вообще забрать мальчишек к себе на родину, на земли рода, но это оказалось лишь моими опасениями.

– Навсегда.

В этот момент мы остановились у крыльца в поместье, и я подняла голову, чтобы посмотреть ему в глаза. Он выглядел предельно серьезно, и от него веяло таким спокойствием, что все мои тревоги моментально улеглись. За эти месяцы он словно повзрослел на добрый десяток лет, успокоился, стал более степенным, и мне даже самой не хотелось спорить с ним и идти наперекор, как раньше. Будто он обрел дзен, знал теперь, чего хочет, и это влияло и на меня.

– Мне предложили должность в Совете. Я решил не отказываться. Сама понимаешь, такая должность подразумевает постоянное нахождение в столице.

– Понятно.

Воцарилась недолгая тишина.

– Не прогонишь? – кивнул он на поместье.

– Это ведь твой дом.

Разомкнув губы, я ощутила, как пересох рот, но не сдвинулась с места. Кажется, что ноги перестали слушаться.

– А ты его хозяйка, – покачал Гор головой, и наши взгляды скрестились.

Перепутье. Вот где мы оказались.

Решение зависело только от меня.

– Наш повар обещал сегодня на ужин приготовить курицу в кляре. Надеюсь, ты любишь острое?

Я улыбнулась, чувствуя, как всё внутри трепещет.

Рано говорить о воссоединении. Мы ведь мало друг друга знаем. Но первый шаг сделан. Я дала ему второй шанс, а как он им воспользуется, уже зависит только от него.

***

Я вертела в руках украшения, которые когда-то остались у Офелии, и поняла, что не хочу их больше носить. Они были из другой жизни, и в новой им места не было.

Когда я подняла голову на Гора, который отдал мне мою старую шкатулку, он понял всё по моему взгляду.

– Я подарю тебе новые, Айлин. Лучше этого старья.

Я улыбнулась, услышав его обещание, и отдала шкатулку, больше не интересуясь ее судьбой.

С тех пор, как Гор вернулся в столицу, я много раз задумывалась о разводе, но отодвигала эти мысли каждый раз всё дальше и дальше. Хотела дать Гору и себе шанс, понять, получится ли у нас начать всё заново, а уже потом принимать решение. Ни к чему делать этого сгоряча.

Слова Рузанны крепко засели в моей голове, и я вдруг подумала, что раз они с отцом сумели выстроить крепкую счастливую семью, то чем мы хуже. У нас ведь общие дети, а с чужими мне, как Рузанне, мириться и не надо.

Гор жил с нами, так как не могла же я выгнать его с собственного дома. Правда, его спальню занимала я, так что ему пришлось занять гостевую, но он не возражал, что и подкупило меня. Я почувствовала себя той, от кого зависит будущее.

– Что насчет пикника? Завтра у меня выходной, Шани заверила меня, что справится в лавке сама, так что и ты свободна, – хитровато вдруг прищурился Гор в один из дней, когда я спустилась на завтрак.

– Пикник? Ну не знаю.

Дети повскакивали со своих мест и едва не прыгали на месте, состроив просящие лица. Они умели выпрашивать то, что им нужно, и я еще не научилась им отказывать. Так что пришлось сдаться под напором этих троих.

Взял с собой побольше еды и напитков, мы отправились в долину Семицветья недалеко от города, куда часто ездили драконы, чтобы размять крылья и отдохнуть семьей.

Об этом месте мы знали давно, но впервые поехали все вместе. Как семья.

За эти месяцы, как Гор обосновался в столице, мы вчетвером часто ходили на рауты и знакомились с местной знатью по настоянию Гора, так что многих мы уже знали. Даже детям было с кем поиграть.

Пообщавшись, мы с Гором уединились чуть поодаль, чтобы провести время семьей, и никто не решался нарушить наши невидимые баррикады. Так у драконов уж было принято.

– А мальчишки неплохо вписались в местное общество, – задумчиво произнес Гор, наблюдая за тем, как Гор и Астарот, будучи заводилами, играли в войнушки с другой ребятней.

– Другие к ним тянутся, и это чувствуется. Ты уладил вопрос с Советом насчет них? Мы ведь перестали скрывать, что у нас близнецы.

Я не хотела поначалу вообще показывать их местному бомонду, чтобы не плодить слухи, но ведь советники знали о них еще с того первого раза, когда Гор брал их с собой в Совет.

Тогда я была потерянной и не осознавала, что брать с собой двоих детей в администрацию – это большой риск, именно поэтому Гор и хотел захватить туда только одного сына. И лишь моя настойчивость убедила его переиграть планы, чтобы потом их снова не менять.

– Не переживай. К ним никто лезть не будет. У нас договоренности, что растить их будем до поры в столице, под боком у Совета, так что мы сумели прийти к определенным договоренностям. Влияние твоего отца оказалось не лишним.

– Надеюсь, что всё будет хорошо, – выдохнула я, но мои слова относились, скорее, не к власти, а к моим опасениям насчет их будущего.

Мы с Гором так часто проводим время, что она сразу понял ход моих мыслей, будто читал их.

– Они разные, но мы постараемся вырастить их справедливыми и мудрыми, чтобы ошибки прошлого никогда больше не повторялись. Научим их ценить друг друга, и никогда больше один брат не поднимет меч на другого.

В словах Гора была уверенность, которая передалась и мне. Я перевела взгляд на него и слегка улыбнулась, чувствуя, что в этом мире я больше не одна.

– Помнишь, мы как-то говорили о разводе?

Мой вопрос застал его врасплох и заставил напрячься.

– Как я уже сказал, если ты хочешь…

Он не договорил, но в этом не было нужды.

– Не хочу. Если мы разведемся, рано или поздно снова поженимся, и тогда придется снова делать торжество, а я не хотела бы привлекать к нам лишнее внимание. Ты согласен?

Кажется, когда я ответила отказом на развод, дальше он и не слушал. Расплылся в улыбке и еле сдерживался от того, чтобы прижать меня к себе.

Наши отношения вышли на романтический уровень, но до любовных им было далеко. Каждый из нас был осторожным и старался не торопить события. А уж ухаживания драконов вообще могли длиться годами. Вот только нам обоим было некуда спешить, ведь у нас под ногами было время всего мира.

Гор вдруг встал и хрустнул шейными позвонками. Отошел на приличное расстояние и пригнулся к земле. Я уже привыкла к его обороту, но в этот раз в нем было нечто особенное. Что-то такое витало в воздухе, что я не могла объяснить словами, так что просто молча наблюдала за его превращением.

Дети, увидев, что отец решил размять крылья, радостно побежали к нему, ожидая, что он возьмет их снова покататься, но на этот раз дракон покачал лобастой головой, отказывая им, и подошел ближе ко мне. Опустил крыло и посмотрел на меня вопросительным взглядом.

Гор предложил мне разделить с ним драконий полет.

– Я согласна, – выдохнула я, но это были не просто слова. И не просто совместный полет.

Дракон предлагает свое крыло только своей избраннице, которую выбрал не только по воле богов, но и по собственному велению сердца.

Конец.