Глава 53

Пожав плечами, почувствовав легкий укольчик ревности, я присела за стол.

— Соберись! — прошептала я себе. Два врача, которые уверяют меня, что с ребенком не все в порядке, это повод задуматься.

А вдруг я потом не смогу иметь детей? Встречу своего человека, а потом буду сидеть в кабинете доктора и выслушивать о том, что нельзя было избавляться от первого ребенка. Муж будет гладить меня по руке, кивать доктору, а потом…. Потом соберет вещи и скажет что-то вроде: «Аля, я хотел полноценную семью! И уйдет к какой-нибудь Марине!».

Ой, а вдруг Марина не может иметь детей. А Дамир просто хотел ребенка? Он не раз говорил мне о том, что хочет малыша. Мы сидели и вместе выбирали ему имя, смеялись над забавными именами, меряли отчество Дамирович…

Мне начинало казаться, что это произошло когда-то давно и даже не со мной, а с кем-то другим.

Несколько звонков напомнили мне о том, что я на работе, а беглый взгляд в календарь удивил меня мыслью, что скоро зарплата!

В приемную вошла Людмила. Я немного знала ее. Она была достаточно моложавой, подтянутой женщиной с внешностью какой-то усредненной. В ней не было ни яркой изюминки, ни чего-то цепляющего. Идеальный блонд, ухоженное лицо с отпечатком работы дорогого косметолога, нюдовый костюм. Казалось, она улыбается одновременно и с плаката, смотрит с обложки какого-то журнала и пьет утренний кофе в чужой соцсети на каком-нибудь зарубежном курорте.

— Просили передать, — произнесла я, вручая цветы.

Людмила изумленно вскинула идеально нарисованную бровь, осторожно взяла цветы и вазу. Я взяла трубку телефона, «аллекая» в нее готовясь записывать вопрос и номер телефона.

— Нет, его сейчас нет, — вежливо сообщила я звонившему. Мой взгляд провожал Людмилу, которая бочком выносила цветы. На столе сразу же стало просторно.

Алишер явился спустя три часа. Дорогой костюм притягивал взгляд так же, как и фирменные часы, стоимостью в несколько квартир.

Первое, что я увидела, так это поднятую бровь генерального. Он смотрел на место, где еще утром стояла ваза.

— А где цветы? — спросил он, на всякий случай заглядывая украдкой за мой стол.

— Я передала их Людмиле, как вы и сказали, — отчиталась я, доставая список звонивших и список встреч на завтра. Теперь я выписывала все в ноутбук, а потом распечатывала. В этот момент я напоминала себе зауча, который составляет расписание школьникам на неделю.

— Что? — изумился Алишер, глядя на меня.

— Я что-то не то сделала? — удивилась я, вспоминая наш разговор.

— Передать вот эту вот бумагу Людмиле. А цветы — тебе, — рассмеялся Алишер. Он смеялся так, что мне тоже невольно хотелось улыбнуться, забыв о своих бедах.

— А мне зачем цветы? — спросила я, глядя на директора.

— Ну как зачем? — спросил он. — Мне казалось, что тебе будет приятно. Так, сейчас Людмила заберет бумаги. А я закажу цветы отдельно тебе…

— Не надо, — буркнула я, поднимая на него глаза.

— Что стряслось? — ледяным голосом спросил Алишер. Он оперся рукой на мой стол. — Ну рассказывай. У тебя вид такой, словно тебя мучили два дня подряд. Или ты рассказываешь, или я звоню и узнаю.

— Звоните, узнавайте, — произнесла я, а голос предательски подпрыгнул.

— Одну минутку, — внезапно произнес Алишер, глядя на мои бумаги, а сам тем временем отвечая на вызов. Я не слышала, что ему там говорили. Он резко вошел в кабинет, прикрывая дверь.

— Ты еще не понял? — четко произнес Алишер в глубине кабинета. — Знаешь, это как в жизни. Кто-то потерял, а кто-то нашел.

Несколько секунд тишины, а я уже привыкла к таким невнятным разговорам.

— Ты мне угрожаешь? — внезапный голос Алишера заставил прислушаться. — Мне вот интересно, что ты собрался делать? Я тебе уже говорил. Кто- то потерял, а кто-то нашел. Ну, допустим… Но это недоказуемо! Впрочем, до свидания. У меня работа. В отличие от некоторых!

Я боялась принимать решение. Маленькая жизнь внутри меня радовала и пугала, смущала и волновала.

Я только-только обрела смысл жизни, как где-то застыли стальные инструменты. А будет ли ему больно? Он будет знать, что мама так с ним поступила… О, мне кажется, я никогда себя не прощу, а это будет сниться мне в кошмарах!

— Рассказывай, — голос Алишера был мягок, а я вошла в его кабинет. Теперь я не обращала внимания на костыли. Мне казалось, что я с ними родилась и с ними умру. Что я ни дня не жила без них, — настолько я уже к ним привыкла. И мысль о том, что скоро гипс снимут, меня начинала пугать.

Я сидела на диване, как вдруг почувствовала свои руки в чужих руках.

— Или ты говоришь мне все как есть. Или я звоню напрямую врачу, — произнес Алишер.

Я была возмущена тем, что все так бесцеремонно врываются в мою жизнь. Но при этом я осознавала, что боюсь делать выбор и принимать такие решения!