Глава 6

ДАША

Сдуру звоню Эрнесту и дрожащим голосом рассказываю о происходящем дома у мамы. Он просит не волноваться. Но как? Моя мама в опасности.

Спустя шестьдесят минут раздается звонок в мою дверь. Я бегу открывать. На часах три ночи.

Кручу один замок, второй и слишком шумно выдыхаю, видя маму. Она цела и невредима. Держит в руках большую кожаную сумку, на лице бледная тень.

– Заходи скорее!

Она проходит, а я заглядываю за ее спину, убеждаясь, что на площадке и лестнице никого нет.

– Ой, Дашенька…

Мама ставит сумку на пол, стягивает с шеи шарфик и прижимается к стене.

– Мамуль, тебе плохо? Погоди, я сейчас.

В шкафчике на кухне аптечка. Там корвалол, валериана, настойка пустырника. Смешиваю всё в одном стакане, чуть разбавляю водой и заставляю маму выпить до дна.

– Ох, что же Наташенька натворила. Ох, что натворила…

Снимаю с нее пальто, усаживаю на обтянутый красной кожей пуф и стаскиваю сапоги. Лекарственное амбре витает в воздухе. Опьяняет.

– Что сказала полиция?

Мама позволят мне отвести ее на диван. Идем короткими, медленными шажками.

– Ничего. У тех двоих с каменными лицами были документы при себе. Моя квартира принадлежит им.

– Как? По какому праву?

– А по такому, – мама кладет голову на маленькую круглую подушечку. – Наташа взяла в долг большие деньги у одного человека. Вроде как кредит. А отдавать и не собиралась. Когда к ней пришли в положенный срок, всучила им бумаги на квартиру.

– И что, вот так просто можно продать чужую квартиру?

– Даш, ну, что ты как ребенок? Конечно, можно. И ничего не докажешь.

– Ты что–то подписывала?

Прячет глаза. Отводит в сторону. Я накрываю ее плюшевым пледом и желаю спокойной ночи.

Мне же самой спокойствие только снится. Но сейчас я должна хоть немного поспать.

Утром скажу Эрнесту спасибо и узнаю детали сегодняшнего происшествия.

Как бы я его не ненавидела, он поступил по–мужски.

Я всегда за крепкой, высоченной стеной.

Была.

Антошка подает голосок. Выключаю везде свет и направляюсь к сыну.

***

Солнце стучится в окна и заливает янтарным оловом всю комнату. Я потягиваюсь, обхватываю руками подушку над головой и внезапно прихожу в себя. Сколько время, с кем сынок?

Соскакиваю, накидываю длинный шелковый халат и спешу в детскую.

– Мамочка, мы здесь!

Бабушка Таня и Антошка стряпают оладушки. С облегчением отпускаю хромированную ручку двери детской спальни и иду к ним.

– Ты чего взъерошенная? – спрашивает мама, а Антошка весь в муке, но светится от счастья.

– Давно так долго не спала.

Беру один зажаристый оладушек и целиком съедаю.

– Я решила, тебе нужно отдохнуть. Мы же уже самостоятельные и можем о себе позаботиться, да, Антошка?

– Дя! – шлепает ладошкой по своему пластиковому столику, и мука вздымается под потолок.

– Эрнест не появлялся?

Я опускаю глаза вниз.

– Может, Наташа и тут постаралась в своей манере? Почему ты ему не веришь. Любишь ведь.

– Потому что своими глазами их видела.

– Давай ей позвоним, как раз и про вчерашний случай всё выясним.

– Мам!

Останавливать бесполезно. Всегда одно и то же.

Ташка совершает глупости, мама сначала жутко злится, а потом будто всем всё причудилось. Интересный поворот.

И моя сестра снова белая и пушистая. Подумаешь, оступилась немного.

Отбила у меня парня, с которым я дружила в одиннадцатом классе, хотя на два года старше и уже легко могла найти кого–то в универе.

Получила деньги с продажи бабушкиного домика в деревне и купила на них путевку в Эмираты.

Благодаря мне переехала в мегаполис и переспала с моим мужем.

Глупости же!

Мелочи жизни!

– Натусик, привет.

Мама уже с ней на связи. Меня тошнит от одного ее голоса.

Антошка насыпает горку из муки и громко вскрикивает, привлекая мое внимание. Я распахиваю глаза и вытягиваю рот буквой «о». Сынуля улыбается, и мое сердечко наполняется бесконечной любовью.

– Ты че у Дашки? – Ташка, где–то в дороге. Шум грейдера и стук колес трамвая сквозит фоном.

– Да. Вчера кое–что случилось? Ты в курсе?

– Мам, не мямли, говори нормально.

– Меня практически выселили из квартиры. Наша двушка продана.

– Ого, – лопает пузырь жвачки. – Охренеть.

Я не выдерживаю, отбираю у мамы телефон. Ташка подмигивает мне.

– Приветик, систер. Как делишки?

– Ты оставила маму без жилья. Понимаешь это?

– Ой, не утрируй. Выкупите. Делов–то. У тебя муж богатый. На всех хватит деньжат. И не только их.

– Замолчи и послушай, – даю Антошке бутылочку с водой, в которую он усердно тычет пальчиком. Скоро пойдем завтракать на мою кровать. – Разберись с квартирой или…

– Или что? Мамка не пропадет, а мне нужна была поддержка. Вот я и выкрутилась.

– Ты о ком–нибудь думаешь, кроме себя?

– Об Эрнесте. Сейчас скину тебе кое–что, закачаешься! Эр секс–машина!

– Радуйся, что я сейчас не рядом и…

Звонок обрывается.

Мама колупает ноготками мраморную столешницу. С треском кладу на нее мамин телефон. В этот самый момент на мой приходит сообщение.

– Присмотри за Антошкой. Я быстро.

Сынок провожает меня звонкими криками.

В спальне отключаю телефон от зарядки и захожу в мессенджер. Пересланное голосовое. От Эрнеста Ташке.

«Детка, хочу тебя. Когда мы уже увидимся? Приезжай ко мне»

Эр живет в квартире, которую приобрел еще до встречи со мной. Уютное гнездышко для двух одиноких любовников!

Глушу звук в телефоне. Полностью. Слезы на подходе.

Тихим, невнятным бормотанием не даю им пролиться…мысль благодарить его за вчерашний поступок, улетучивается безвозвратно….

ЭРНЕСТ

Экран телефона мигает по краям. Специально переворачиваю его лицом вниз, перед важным совещанием от которого зависит будущий многомиллионный проект. Да и Регина скоро нагрянет. Я должен подбить концы здесь и пройтись по острым углам моего бизнеса–отдушины.

– Спасибо всем, жду первичные отчеты к выходным.

Подчиненные по очереди покидают мой кабинет. Задерживается только юрист. Константин Николаевич. У меня к нему много вопросов.

– Не взглянешь кто тебе написывает с утра? – намек ловлю налету.

Костя отличный специалист. Ведет частную практику в крошечной конторке на пару с родным братом. У меня же является правой рукой. Да и левой тоже.

– Потом. Присядь.

Садится, складывает ногу на ногу. Я расправляю плечи, находясь в кресле по центру длинного стола, и внимательно смотрю на него.

– Что с опекой?

– Дельце действительно заведено. Моторчик запущен. Но не думаю, что тебе с женой что–то угрожает. Если не произойдет нечто из рук вон выходящее. Держу руку на пульсе.

– Ясно. С тещей моей прояснилось?

– Чистая сделка. Она подписала все сама. Видимо, Наталья подсунула ей, а та не глядя, чиркнула закорючку. Частое явление. Не подкопаешься.

– Черт!

Одно хуже другого. Перестаю верить в хорошие новости.

– Я постараюсь найти лазейки, но вряд ли. Бизнес "черных" кредитов процветает и будет процветать. Еще повезло, что мужики оказались понятливые и разрешили ей собраться в течение недели.

Задумчиво киваю.

– А теперь глянь телефончик. Я пошел.

Костик уходит. В коридоре встречается с моей секретаршей Ниной и долго ей плетет свои сказки.

В моих же планах накупить игрушек сыну, Даше ее любимые духи приобрести в магазинчике на Обнинской. Может будет проще уговорить ее, выехать за город на денек, подышать сосновым воздухом. Хотя не уверен.

Подает на развод, даже не задумываясь.

Мне уже и уведомление пришло.

Не отпущу.

Дам поиграться и заберу всю. Напомню о нашем прошлом и зажгу будущее.

– Посмотрим, – переворачиваю телефон, листаю блокировку с экрана и прослушиваю голосовое с незнакомого номера. – Твою мать!

Стена мишень. Корпус черной модели с «яблочком» разбивается вдребезги, куски летят во все стороны.

Маленькая моя девочка тоже слышала это.

Моя любимая, ранимая малышка…

Вылетаю из кабинета и уже точно знаю, где завершу этот день.