Глава 33

Встретить ту самую женщину у порога квартиры Тимура было неожиданно. Неожиданно гадко и противно. И не потому, что я была уверена, что она здесь, потому что… А потому что перед глазами я видела их вдвоем и ее отвратительный стон, ее слова. Почему я решила, что такое можно забыть? Почему решила, что это может быть просто?

Видимо, я ностальгировала от усталости этой постоянной попытки забыть и настроиться на новую жизнь, которая пока что казалась ужасно странной без него.

Первая мысль бежать. Даже воздух рядом с ней казался грязным и мерзким, но как далеко я убегу в этот раз?

– У нас прямо собрание тут подружек Тимурчика. Тебя тоже позвал?

– Нет, меня никто не звал. И я не подружка, я мать его детей и бывшая жена. Нам всегда будет что обсудить.

– Одного ребенка, если быть точнее, – мерзко поправила.

– Двух, – метнула в нее взглядом, встав боком, чтобы не видеть ее перед собой.

– Ах да, ты, видимо, живешь по принципу «не та мать, что родила, а та, что вырастила». Слушай, а ты и правда хороша. Соня была настоящей стервой и обыкновенной шлюшкой.

– Мне это не интересно.

– Да брось. Неужели неинтересно узнать, что небожительница Соня зажигала то с один, то с другим, пока Доронин пахал на большой дом.

– Как же сильно замарались вы, копаясь в чужих урнах. Разгребая грязное белье и ради чего? Чтобы через года хоть кому-то рассказать и показать свою душонку?

– А ты так и будешь со мной на вы?

– Я с вами не знакома, и вы явно старше меня. Банальное уважение к возрасту, а не человеку.

– От тебя прям прет интеллигентщиной. Аж противно.

– Некоторым противно быть рядом с такими, как вы, но по другим причинам.

Стою, а сама думаю: «Зачем? Ради чего?»

– Воу воу, сразила. А Тим в курсе, что ты можешь так? Хотя восхищался он тобой не зря. Понимаю теперь его фразы типа: «Она самая лучшая на свете женщина» и так далее. А самое интересное было знаешь, что? – перешла на шепот. – Что дало знак, что он мудак, который наконец-то завершит начатое еще при Соне? Что когда он говорил о тебе, я поправляла рубашку на груди, внезапно задравшуюся юбку, а он хищно смотрел. Сглатывал слюну и продолжал вещать о том, что у него прекрасная семья.

– Какая вы мерзкая.

Развернулась и, подойдя к лифту, нажала на кнопку вызова.

– Но знаешь, если тебя это успокоит, будь на твоем месте другая, он все равно бы оказался в том номере со мной. У нас было незаконченное дельце, – стою и молчу, не реагируя на слова. – Даже не спросишь какое?

– Мне это не интересно.

– Интересно, еще как интересно. Он почти залез в мои трусы, но позвонила его «любимая» Сонечка и начала рожать твою малышку Лилю. Потом похороны, ребенок, было не до этого, сама понимаешь. И вот встретились при таких удачных обстоятельствах.

Не знаю, что я чувствовала в тот момент. Тошноту, жалость к девушке давно умершей, злость на Тимура, или на ту, что стояла позади меня.

Одного я хотела быть дальше отсюда.

– А ты что уже уходишь? Давай вместе дождемся малыша, – сказала и отвратительно засмеялась.

– Знаете, привыкая жить на коленях, в грязи не рассчитывайте, что все по первому зову решат, что эта жизнь для них. А если такие и находятся, то лишь потому, что они не против, а не потому, что дело в вас. Залезть в трусы к чужому мужчине легко и много ума не надо. Главное – суметь себя в этом найти и понять, что в итоге останется от себя. А если там внутри все стерто, то вы мертвы в первую очередь для себя самой. Вы сорокалетняя женщина, без мужа, детей и друзей. Наверняка вы говорите другим, если хотя бы есть кто-то интересующийся вашими делами искренне, что вам так больше нравится, но это не так. Вы были бы рады все изменить, но грязное нутро не очистить уже. Вы всегда будете искать, куда бы нагадить. Таким, как вы запрещено иметь любимых людей рядом, потому что вы настолько токсичная, что другим с трудом удается сдержать рвотный позыв. Но когда-нибудь, вы остановитесь и посмотрите в зеркало, а там не увидите никого и ничего. Пустота. Потому что вам нечем было заполнить ее. И никому не будет вас жаль.

Ее глаза блестели, хотя мимика была непроницаемой, и она делала вид, что ей плевать на мои слова. Но я и не пыталась достучаться до ее сердца или хотя бы мозгов. Я просто выразила свое сожаление.

Лифт прибыл и оповестил звонком, а когда тот открылся, из него вышел Тимур.

– А вот и герой нашего слаженного романа пожаловал, – первой пришла в себя женщина, потому что ровно три секунды длилась наша перепалка глазами. Всех троих.

– Привет, Кира, – попытался прикоснуться к моему плечу, но я отступила в сторону. – А ты что здесь делаешь?

– У нас есть одно серьезное дело, не забыл? – уже совершенно другим тоном произнесла.

– Подожди меня секунду, пожалуйста, – прошел мимо меня и, открыв дверь, завел туда резко Миру. – Будь тут, – закрыл на ключ и вернулся ко мне.

Жест был странным, но судить о происходящем не очень-то хотелось.

– Прости. Я сейчас, – вытащил телефон и стал кому-то звонить.

Отошла в сторону и начала рассматривать стоящий в углу цветок.

– Да она здесь. В моей квартире… Хорошо.

Положил телефон обратно в карман и подошел ближе.

– Как…

– Что происходит?

– Те проблемы, которые случились тридцать первого, обернулись немного большими, чем предполагалось раньше. Мира по указанию своего босса залезла в мой компьютер, когда была у меня на работе и нажала кое-какие галочки в страховом документе, что привело сейчас к большой потере денег моего начальника.

– Ясно, – все что я могла сказать.

– Она сказала, что за границей, но была, видимо, недалеко, раз приехала как только я ей сказал про тюрьму.

– Ее посадят?

– Да, скорее всего, ненадолго. Ее босса возможно тоже. Потому что речь о мошенничестве в особо крупном размере.

– А ты?

– А я просто уволюсь по «собственному» желанию, – грустно улыбнулся, отводя взгляд.

– Ты собирался изменить Соне с ней?

– А… – он аж запнулся.

– По сути, измена была вопросом времени.

– Кира, с Соней все было иначе. Я был на эмоциях, мы поссорились, и она сказала, что, собиралась уйти от меня, призналась что у нее другой мужчина.

– Ну а мы? Мы с тобой не ссорились, Тим. Мне казалось, что у нас все было хорошо. Хотя последнее время оба уставали на работе. У меня было много мероприятий и прочего, у тебя… у тебя тоже, – посмотрела на него и поняла, что все было не так. Уставала только я на работе, а он… – Что не так было?

– Я зациклился и постоянно думал о том, что ты можешь забеременеть. Когда мы обсуждали тему рождения ребенка, я решил, что ты… Ты хочешь меня покинуть. Что… Я испугался. Я видел, что ты обижена на меня, но не мог признаться в этом. Поэтому просто отрезал своим ответом этот вопрос.

Воспоминания о тех днях, когда я плакала наедине с собой и не могла найти слов, переубедить его, ужалили острой иглой. Я так мечтала о малыше.

– А на чем ты зациклился?

– Я думал, что контрацептивы ненадежны, а ты можешь нарочно не принять таблетку. Контролировал себя, не мог отвлечься в процессе. Все стало однообразно крутиться в голове и напрягать. В итоге наша близость просто была чем-то, пресным для меня. Не ты сама, а именно процесс.

Я смотрела на него и смотрела. Не знаю, может, и плакала, но, казалось, была не живой.

– Два года? Ты два года занимался сексом как кукла на шарнирах, но при этом делал вид, что получаешь удовольствие? Боже… – отвернулась от Тимура, чтобы не видеть глаз, и его самого. Потому что никогда в жизни бы не заметила этого в нем. Этой пресности, этой отстраненности. Но почему я не заметила изменений? Как он мог быть таким… таким… настоящим? – А с ней был фейерверк эмоций, значит? С ней не нужно было бояться?

– Кира, прости, умоляю. Но если и отвечать теперь на твои вопросы, то отвечать правду. Я хочу, чтобы ты знала, что я раскаиваюсь за мою трусость в этом вопросе. Но сейчас, если ты ко мне вер…

– Нет, Тимур. Нет. Одна правда за другой сваливается на меня. И каждый раз в самую душу. Я уже просто боюсь того, что может быть в следующий раз. Твой страх, он реален да, я понимаю его. Но эта правда… Слишком. Хватит.

– Кира, прошу, – взял за руки и встал ближе, а мне в нос ударил запах сладких духов.

Отпрянула подальше, но вопросы задавать не стала. Не хочу больше ничего знать.

Все.

– На секунду я решила, что смогу попробовать не вспоминать о том, что случилось, но сегодня убедилась в том, что это нереально. Я могу простить. Мне кажется, уже простила, потому что вижу, что ты правда раскаиваешься и искренен в этом. Но забыть Тимур. Этого я сделать не смогу.

– Кира, давай поговорим в другой раз, когда ты…

– Хватит. Это все большая ошибка.

Лифт снова прозвонил и из него вышел начальник Тимура с инспектором полиции.

– Кира Владиславовна, здравствуйте. Рад видеть.

– Здравствуйте, – опустила голову, потому что была заплаканная и вошла в лифт, спускаясь на первый этаж.

Посильней запахнула свое пальто и побрела к машине. Села в нее и ненадолго зависла на треке по радио.

Завела двигатель и поехала куда глаза глядят.

В итоге дорога привела меня к спортивному клубу Ромы.

Даже не заметила, как тут очутилась. Собралась уже обратно сдавать, как он позвонил.

– Это тебя я сейчас наблюдаю в машине из окна своего кабинета или нет?

– Здравствуй. Да, наверное.

– Все в порядке?

– Да, все хорошо, – улыбнулась, будто он мог видеть меня.

– А по голосу не скажешь.

Услышала хлопок двери, крик толпы ребят.

– Ну-ка встали все в стойку и стоим, пока не вернусь, – услышала его строгий голос, обращенный к ним и в трубке сразу наступила тишина как по щелчку.

– Ого, как они тебя боятся.

– Уважают правила зала, Кира. Меня не стоит бояться.

Дверь с моей стороны открылась, и он возник передо мной в одной олимпийке.

– С ума сошел. Заболеешь, – вскрикнула, убирая телефон.

– Пошли, – взял за руку и повел внутрь.

Помог раздеться и открыл передо мной дверь зала.

Мальчишки стояли, видимо, как и оставил их Рома.

– Ну-ка, покажите красоту этой прекрасной девушке, – улыбнулась и села на стул в углу, куда привел мужчина, а сам он оказался в центре уже в футболке и спортивных шортах.

***

Мой жестокий герой и мой нежный предатель…

Не ходи по пятам и уйди навсегда.

Я готова забыть и сказать: «С меня хватит».

Только ты отпусти. Не держись за меня.

(с)Лила Каттен