Глава 3

«Сделаешь аборт…» – страшные слова, которые никак не ожидаешь услышать от любимого человека, эхом раздаются в голове. Сердце в груди стучит так быстро, что, кажется, вот-вот оно выпрыгнет из груди! Я едва ли не теряю сознание… Я просто не верю, что всё это происходит со мной. Нет, этого просто не может быть. Это всё сон, кошмарный сон, навязанный разыгравшейся фантазией. Сейчас у меня такое чувство, что передо мной не мой Виктор, нет! Это просто не может быть он… Мой мужчина – другой. Мой Виктор всегда был добрым, чутким, заботливым и таким родным… А этот человек – злой, чёрствый, чужой и жестокий… Это не мой мужчина… С губ моего любимого человека никогда бы не сорвалось жестокое слово «аборт». – Не надо реветь. Собирайся! Закончим с этим недоразумением поскорее, – рявкает в мою сторону и выходит с кухни, оставив меня наедине со своими мыслями. Слёзы градом начинают бить из моих глаз. По телу пробегает нервная дрожь. Меня бросает то в жар, то в холод. – Аборт… – с ужасом произношу страшное, оставляющее на сердце глубокие рубцы, словно острый кинжал, слово. «Я сплю с твоим мужчиной! У нас будет ребёнок! Он любит меня, а с тобой он из жалости! Сегодня Виктор узнает, что ты скрываешь от него беременность. Не жди, что он будет рад такому сюрпризу. Он отправит тебя на аборт и бросит! Вот увидишь!» – записка всплывает перед глазами. – Правда… Каждое слово проклятой записки оказалось правдой, – от боли хочется кричать во всё горло, но нет никаких сил… – Я сплю с твоим мужчиной! У нас будет ребёнок! Он любит меня, а с тобой он из жалости… – произношу одними лишь губами так, словно выношу сама себе приговор. Он мне изменял. Виктору не нужна ни я, ни мой ребёнок… Без задней мысли он отправляет меня на аборт, а после вышвырнет на улицу, как какую-то надоевшую игрушку… Немного позже Частная клиника – Что скажете? – взволнованным голосом спрашивает Виктор и буравит взглядом экран аппарата УЗИ. – Ну что тут сказать. Всё довольно-таки очевидно. Мои поздравления, папаша, девушка беременна! – радостно произносит доктор. Только вот Виктор не торопится радоваться. Выражение его лица, напротив, становится чернее тучи, а бровь лишь сильнее хмурятся. Чувствую, как одинокая слеза, обжигая холодом, скатывается с моей щеки. С силой прикусив язык, не позволяю себе издавать ни единого звука. – Что-то не так? – доктор вытягивает бровь в вопросительном жесте и осуждающе качает головой из стороны в сторону. – Не ваше дело, что так, а что нет! Я не за этим вам бешеные бабки плачу! Срок какой? – с нескрываемым раздражением в голосе произносит Виктор. От такого напора доктор немного теряется. Видимо, первый раз наблюдает подобную реакцию новоиспеченного отца… – Четыре, может быть, пять недель, – пожимает плечами доктор и смотрит на меня сочувствующим взглядом. – С этим ещё можно что-то сделать? – сухо спрашивает Виктор, даже не взглянув в мою сторону. – Что-то сделать с беременностью? – доктор смущается и грустными глазами смотрит на мой плоский живот. – С тобой! Евгений Маркович, – читает имя доктора с бейджика, – ты начинаешь либо соображать, либо искать новую работу! Одного моего слова будет достаточно, чтобы ты вылетел со свистом! – побагровев, рычит мужчина. Доктор, явно не ожидав такого напора, пасует и испуганно делает шаг назад. – Само собой, на таком раннем сроке ещё не поздно прервать беременность, – страшные слова касаются моего слуха. Прервать беременность… Мечтала о большой семье. Представляла Виктора в роли отца. Неужели все мои мечты вмиг оборвутся? Неужели одна таблетка поставит крест на моей мечте, не дав ей осуществиться? – Увы, такие решения вправе принимать только мать ребёнка. Мы с вами можем только молча принять или осудить её выбор! – набравшись мужества, возражает доктор. – Понятно! Оставь нас! Немедленно! – басит Виктор, вложив в свой голос приказной тон. – Как угодно, – неловко кивнув в мою сторону, доктор разворачивается и уходит, оставляя меня наедине с тираном. С тираном, которого я любила до потери пульса. С тираном, которого ещё сегодня утром считала самым лучшим мужчиной на свете… Ошибалась. Виктор оказался изменщиком, предателем, мерзавцем и, самое ужасное, моральным уродом, отказавшимся от собственного ребёнка. – Какого чёрта, Елизавета! – едва ли не переходя на крик, рявкает на меня мужчина. – Ты же понимаешь, что ребёнка я не приму и выход из ситуации только один?! – Воспитывать в одиночку? – хлюпая носом, произношу в ответ. Виктор смотрит на меня, как на сумасшедшую, и, многозначительно покачав головой из стороны в сторону, тихо, но по-обыкновению грозно, произносит: – Аборт, дорогая моя, аборт! – поджав губы, смотрит на мой плоский живот и добавляет: – Хозяин клиники – мой давнишний товарищ. И мы сегодня же прервём твою беременность!