10
Ранним утром я провожаю Ксю. Иду на короткую прогулку с Тирой, возвращаюсь и ложусь спать. Телефон ставлю на беззвучный, чтобы никто не тревожил.
Просыпаюсь после обеда и чувствую себя великолепно. За окном светит солнце, тело расслаблено, рядом лежит Тира и дарит свое тепло. Никакой работы, Юленьки и Демида в моей голове. Настоящее счастье!
Но длиться оно недолго. Беру телефон и иду на кухню, попутно проверяя сообщения. Почти все от неизвестных номеров, кроме одного. На этот раз до меня пытался дозвониться бывший начальник.
Прежде чем перезвонить, захожу в банковское приложение. Деньги от Демида так и лежат и на счете. Отправлять их обратно бессмысленно. Муж пришлет их снова. Поэтому просто проверяю пришел ли расчет с работы. Оказывается, что нет.
Я набираю номер Дмитрия Ивановича.
— Здравствуй, Маша, у нас катастрофа. Помоги, — пыхтит он в трубку.
— В плане?
Бывший начальник начинает пересказывать. К ним утром пришел клиент с просьбой устроить сделку с продажей юрлица. Много сложностей и подводных камней.
Но… Я просто слушаю и параллельно вожу указательным пальцем по фарфоровой кружке.
— Это все замечательно, Дмитрий Иванович, но чем конкретно я могу помочь?
— Выходи, а? Маш, ну, помоги нам. Разок. Оплачу.
— Две недели назад вы приказали мне написать заявления об увольнении по собственному желанию.
В трубке слышен тяжелый вздох.
— Маш, давай не будем сейчас об этом. Мы без тебя никак не справимся. Выйдешь разово, а я тебе заплачу.
Я одновременно испытываю две ярких эмоции. Гордость, что бывшее начальство не может без меня справиться. И презрение, что вообще продолжаю слушать это.
— Дмитрий Иванович, у вас есть Юлия Алексеевна. Прекрасный сотрудник, компетентный, молодой, целеустремленный, — повторяю ему его же слова, сказанные мне в момент извещения об увольнении.
— Маша, не начинай. Ты же сама знаешь…
— Знаю, Дмитрий Иванович. Знаю. Я жду расчет. Вы должны были перечислить мне его в пятницу. Будьте добры, переведите мои деньги. Всего хорошего.
Кладу трубку. Чувствую себя законченной стервой. Если не хуже, потому что никогда не позволяла себе так разговаривать с людьми. Меня аж трясет, но как иначе?
Я не могу вернуться.
Эта мысль горит в голове, как неоновая вывеска. Не могу вернуться…
Мой взгляд расфокусируется. Смотрю в никуда, отпиваю чай и понимаю, что попала в одну и ту же ситуацию дважды. Сначала работа, потом Демид.
Я не могу вернуться и все тут.
Расчет приходит в течение часа. Все до копеечки. Первым делом я перевожу деньги Оксане за гостиницу, еду и госпошлину, которую пришлось заплатить за развод. Потом беру листок и начинаю вычислять на какую сумму могу взять квартиру в аренду и прочие мелкие расходы в виде салон, косметики и прочего.
Следующие дни трачу на бытовые проблемы и поиск работы. Для начала беру второй номер, но прежний все равно оставляю. Если сменю окончательно, то придется сообщить маме новый, а я этого не хочу. Она сразу же передаст номер Демиду.
Да и большая часть знакомых знает старый номер. Сообщать каждому о смене — лишняя трата времени.
К новому номеру прикрепляю все приложения. Банк тоже посещаю, перевожу деньги мужу, блокирую поступления от него и меняю номер.
Еще иду на почту и отправляю Демиду обручальное кольцо. Как бы странно это не звучало, но я так привыкла к нему, что ни разу не подумала его снять.
Надо было бросить ему в лицо!
Но я поступаю, как мне кажется, куда интереснее. Покупаю в канцтоварах открытку с надписью: «Поздравляю», дописываю «Теперь ты свободен» и кладу кольцо. Все это запаковываю и отправляю по почте.
В процессе чувствую себя гением. Надо же как красиво получилось! Но уже дома начинаю стыдиться своего поступка.
Так нельзя! Я веду себя ужасно.
Но дело сделано и уже ничего не воротишь.
На почту приходит уведомление о принятии заявления о разводе. Сообщается дата посещения ЗАГСа. Примерно через месяц мы должны явиться с Демидом вдвоем. Нам дадут еще тридцать дней на примирение и только потом развод.
И это при условии, что Демид будет согласен. Если нет, нас отправят в суд. Как же долго это все будет длиться…
Как долго мне еще с ним встречаться.
Ловлю себя на ужасной мысли, что уволиться намного проще, чем развестись.
К концу недели я испытываю странное ощущение в груди. Непонятную плотность и тяжесть, но сбрасываю все на стресс и скорый приход месячных.
Поиски работы пока ничего не приносят. Но зато объявление о поиске работника на мое место странным образом греет душу. С одной стороны, радоваться чужому горю неправильно. С другой… а поделом. Сами захотели оставить Юленьку, сами себе яму вырыли.
Зарплата у вакансии меньше, чем была у меня, так что бывшему начальнику за жадность еще расплачиваться и расплачиваться.
В пятницу иду на долгую прогулку с Тирой. Я люблю эту маленькую непоседу всей душой. Малышка почти все время проводит со мной. Дарит тепло, уют и радость. С ней я вдруг обнаруживаю себя счастливой.
После похода в парк решаю побаловать себя кофе. Захожу в местную кофейню, беру карамельный латте и круассан. Внутри сидеть нет желания. На улице еще тепло, так что выбираюсь на террасу. Пью, ем, Тира спокойно сидит у моих ног. Она настоящая умничка.
Вдруг на дороге резко останавливается машина. Большой черный внедорожник. Меня охватывает волнение.
Нет, ну нет! Пожалуйста! Только не он.
Но это он собственной персоной.
Демид идет ко мне со словами:
— Наконец я нашел место, где ты обитаешь.