Глава 13

Глава 13

Глава 13

Евгений.

Я закрыл дверь и медленно выдохнул.

Кабинет, ещё минуту назад казавшийся моим убежищем, теперь напоминал клетку с диким зверем. Алина стояла посреди комнаты, поигрывая ремешком сумочки, смотрела на меня так, будто это я виноват во всех её бедах. А может и был виноват. В том, что позволил ей когда-то приблизиться. В том, что не оборвал эту связь раз и навсегда ещё полгода назад.

Я подошёл к столу, опустился в кресло и поднял на неё ледяной взгляд.

– Что тебе нужно, Алина?

Голос прозвучал ровно. Внутри же всё клокотало: от злости, досады, острой, режущей мысли, что Ульяна сейчас сидит в приёмной и думает бог знает что.

Алина, не дожидаясь приглашения, подошла ближе. Её каблуки простучали по паркету, как выстрелы. Она опустилась на край моего стола, закинула ногу на ногу, отчего подол алого платья предательски задрался, и потянулась ко мне. Её пальцы с идеальным маникюром уже были в нескольких сантиметрах от моего лица.

Я перехватил её запястье.

– Не трогай меня.

Она замерла. В её тёмных глазах вспыхнула обида, смешанная с яростью.

– Ты ведёшь себя ужасно, Женя, – произнесла она капризно, вырывая руку. – Я приехала после долгого отпуска, соскучилась, а ты...

– Я работаю, – перебил я. – И ты мешаешь.

Алина театрально вздохнула и поправила волосы.

– Вот так ты встречаешь свою невесту? – она надула губы. – Я полгода была на курорте, восстанавливала нервы после нашего последнего разговора, а ты за это время нашёл себе какую-то... девку. Секретаршу!

Слово «девка» резануло слух, как битое стекло. Ульяна не заслужила этого. И уж точно не заслужила, чтобы её обсуждали в таком тоне.

– Алина, – недовольно сощурился, – ты сама себе придумала, что я твой жених. Может, хватит уже устраивать сцены? Ты мешаешь людям работать.

Она фыркнула и спрыгнула со стола. Её глаза сузились, превратившись в две тёмные щёлочки.

– Мама настаивает на свадьбе, – сказала она, словно это всё объясняло. – И я пришла сказать тебе, что мы должны наконец назначить дату. Хватит играть в холостяка.

Я медленно поднялся. Внутри всё леденело. Я знал эту песню. Её семья, её мать, их общие дела, старые договорённости. Алина цеплялась за меня, как за спасательный круг, но не из любви, а из страха потерять статус. И чем дольше я это терпел, тем больше она распускалась.

– Тогда тебе нужно найти другого мужчину, – произнёс я жёстко, глядя ей прямо в глаза.

Она побледнела, но не двинулась с места. Её грудь вздымалась, алые губы сжались в тонкую линию.

– Что? – прошептала она.

– Ты слышала, – я обогнул стол и направился к двери. – Всё кончено, Алина. Я тебе не жених, не муж, не спонсор. И если ты сейчас же не покинешь мой кабинет, я вызову охрану.

Она не пошевелилась. Просто стояла, как статуя, смотрела на меня с ненавистью.

Я взялся за ручку двери.

– Алина, – произнёс я с расстановкой, – на выход.

Она фыркнула. Резко, по-кошачьи, и, вздёрнув подбородок, двинулась к двери. Её каблуки снова застучали по паркету, но теперь в этом звуке слышалась не уверенность, а плохо сдерживаемая ярость.

Я открыл дверь.

И сразу увидел Ульяну.

Она сидела за своим столом, склонившись над документами, и делала вид, что работает. Но я заметил, как дёрнулась её рука, как она слишком быстро отвернулась, пряча взгляд. Она всё слышала. Или, по крайней мере, пыталась не слышать.

Алина замерла на пороге. Её взгляд метнулся от меня к Ульяне. И в этот момент я увидел в её глазах нечто такое, от чего захотелось тут же захлопнуть дверь.

Месть. Мелкая, бабская, ядовитая месть.

– Алина, – предостерегающе начал я.

Но было поздно.

Она резко подалась вперёд, вцепилась пальцами в мой галстук и, притянув меня к себе, впилась губами в мою щёку. Это был не поцелуй – это была атака. Горячее, влажное пятно алой помады осталось на моей скуле, возле самого угла рта.

Я отшатнулся, но Алина уже отступила, торжествующе глядя на Ульяну.

– Прости, милочка, – пропела она с фальшивой улыбкой. – Женя у нас такой... страстный. Иногда забывается.

С трудом подавил желание вытереть щёку рукавом. Вместо этого сжал кулаки и посмотрел на Ульяну.

Она сидела неподвижно. Её лицо было бледным, но взгляд холодным, как сталь. Секретарша не плакала, не кричала. Просто смотрела на меня, и в этом взгляде я прочитал всё, что она о нас думала.

И от этого стало по-настоящему страшно.

– Ульяна, – начал я, но голос дрогнул.

Она поднялась со стула. Медленно, грациозно, будто собирала себя по кусочкам.

– Не нужно, – сказала она тихо, от этого тихого голоса у меня внутри всё оборвалось. – У вас, кажется, ещё дела.

Алина ухмыльнулась и, послав мне воздушный поцелуй, выплыла из приёмной, цокая каблуками.

Я остался стоять с открытой дверью, с пятном помады на лице и с чётким ощущением, что только что собственными руками разрушил то, что ещё даже не успело начаться.

Чёртова Алина.