Глава 6. Гордыня и тщеславие

Забавно как иногда одно событие тянет за собой цепочку других и, в конце концов, можно найти точку, когда все пошло не так. Вроде как считается, что, если что-то пошло не так, вернись в момент, когда все шло как надо и начни с начала. Но если бы это было так просто.

Я прекрасно помню момент, до которого все шло нормально и даже мысленно могу вернуться в точку, с которой началась катастрофа. Я слишком рьяно взялся приводить себя в форму и на становой тяге в спортзале рванул спину. Тогда я впервые сам для себя опроверг утверждение — здоровье за деньги не купишь. Купишь, еще как купишь.

Попал бы я в заботливые волшебные руки мануального терапевта, чьи услуги стоили примерно, как годовой бюджет какого-нибудь небольшого государства, если бы по-прежнему корпел над наукой и жил в той «хатке с пауками» из которой так непросто было выбраться?

О мануальном терапевте Линде в кругах, где я теперь вращался, ходили легенды. В основном, исключительно, как о специалисте, но и о ней как о женщине многие говорили с придыханием. Я все диву давался, что там за женщина такая. Попасть к ней, конечно, со стороны было невозможно и, что удивительно даже рекомендация тех, кто числился ее пациентами, не всегда срабатывала.

Я уже привык к тому, что с моим нынешним положением любые двери для меня открыты и, когда мне сообщили, что Линда попробует найти для меня время, это разозлило, но пробудило какой-то странный азарт. Меня будто щелкнули по носу, чтобы не зазнавался, чтобы вернулся туда, откуда выполз на яркий свет успеха. И мне теперь было просто необходимо не только поправить спину, но и увидеть, что там за дива такая.

Я пытался забросить через человека, который рекомендовал мне Линду, а Линде меня — информацию, что готов закинуть ей такую сумму, чтобы весь ее график стал одним сплошным окном для меня, но, к удивлению, это не сработало. Мне передали, что сама Линда пациентами не занимается и дело не в деньгах. Как я понял, у нее своя клиника, где предлагаются услуги как традиционной медицины, так нетрадиционной. Я почувствовал себя глупо. Еще ни разу не встретившись с этой женщиной, даже не зная, что она представляет из себя на самом деле, я был заинтригован.

Я стал гуглить эту барышню и почувствовал себя еще глупее чем прежде. Оказалось, что Линда — настоящая звезда. Миллионы подписчиков в социальных сетях. Своя клиника и не одна. Она совершенно не скрывала, что все, что у нее имеется — это от ее благодарных клиентов. Она проводила какие-то обучающие курсы для женщин, где учила их, как правильно устроиться в жизни. На два года младше меня — двадцатипятилетняя Линда, блистательная дива и герой многих светских хроник, за которой буквально охотились многие мужчины с такими банковскими счетами, что я только диву давался.

Но она была одинока. По крайней мере, я так понял. И это только прибавляло ей балов. И, как я понял, приумножало ее состояние. Эта женщина находилась на недостижимом уровне для простых смертных, и ей давно уже дарили не только машины и цацки, но и полностью упакованные бизнесы. Как, например, сеть ее клиник. Как сама она писала — подарок одного из благодарных клиентов, которого она не только поставила на ноги, но и вправила ему мозги, да так, что он втрое увеличил свое состояние за полтора года.

И вот я, со своей попыткой купить время этой женщины.

К хорошему быстро привыкаешь. И я уже привык к тому, что человеческое время можно запросто купить. Вопрос только в цене. Можно купить вообще все время человека. Так уж он этот человек устроен. Конечно, с Линдой это не сработало, и я послушно ждал своей очереди. Что только раззадоривало мой интерес, особенно после того, как я узнал, что Линда согласилась принять меня лично. Что тут скажешь, моя самооценка скаканула вверх. Что не мало меня удивило. И, как я сейчас это понимаю, легло в стопочку причин, почему я в конце концов поступил так как поступил.

И вот этот день настал. Когда я увидел Линду, во мне проснулось что-то совершенно животное. Не знаю, какой женской силой она обладала, но ею тут же захотелось обладать. Не любить и уж тем более не жить с нею, нет, она не из того разряда, исключительно обладать.

Может, от того, что, как мне казалось, смотрит она на меня с чуть большим интересом, чем просто на клиента. Может, от того, что я вдруг почувствовал, что среди многих я могу для нее оказаться первым в длинной очереди ее почитателей и охотников, мечтающих заполучить такой трофей.

Но дело не только во внешности, которая будто была создана для того, чтобы губить мужчин, как сгубила Трою прекрасная Елена, сведя с ума Париса. Не только в том, что обладать Линдой, иметь такую любовницу было бы куда статуснее, чем какую-нибудь смазливую певичку или модель. Здесь было что-то другое. Если бы меня попросили охарактеризовать Линду двумя словам, все что могло бы прийти в голову — идеальная самка.

Мне говорили, что Линда холодна. Но я этого не заметил. Она как-то сразу была расположена ко мне, я чувствовал, что стоит мне только сделать усилие и она будет моей. И в какой-то момент, мне стало казаться, что она ждет от меня такого усилия. Это льстило. Таким хотелось хвастаться. Это было похоже на то, как в долгой гонке одерживаешь победу. И такой приз не хочется скрывать.

Первый секс у нас случился спустя пару месяцев после первой встречи, и тогда я даже не осознал, что произошло. Я совсем не думал, что натворил, я совсем не думал о Лизе. Я даже изменой это не считал и продолжал пребывать в иллюзии, что это просто игра, как спорт, в котором важно только одержать первое место. Воспринимал это как атрибут моего нового положения и моей новой жизни. Это несерьезно — это только игра, успокаивал я себя.

Доигрался. Доигрался до того, что привел ее в свой дом, на день рождения жены. Сейчас, когда прокручиваю этот момент в голове, ничего другого сказать о себе, кроме как — дебил, я не могу.

Я пытался разобраться, что меня дернуло привести ее в дом. И причина вырисовывалась простая и очевидная. Мне хотелось, чтобы все видели, как легко мне далась Линда. Твою же мать, я настолько погряз в гордыне и тщеславии, что хотел похвастаться ею словно очередной купленной дорогой игрушкой.

И многие это заметили. Но заметили они не только это. Даже скорее не это, а то, в какое положение я ставлю свою жену. Даже в этом мире, где такое в порядке вещей — это было чересчур. А мне нравилось.

Нравилось, что я нарушаю все возможные табу и словно в подтверждение этого, я потащил Линду в переговорку. Проблема только в том, что я ни хрена толком не помню и не могу с уверенностью сказать, что это я ее туда потащил. Больше было похоже на то, что туда потащила меня Линда.

Но какое это имело значение, если я, как баран, с радостью попёрся за ней?

Но, что я делаю сейчас? Вместо того, чтобы хотя бы попытаться уладить отношения с Лизой, я еду на встречу с Линдой.