Глава 8. Не спеши с выводами

Когда он вошел в кафе, где я его ждала, у меня подпрыгнуло сердце, а по спине разбежались мурашки. Непривычное ощущение. На какой-то момент я даже немного поплыла и забыла зачем хотела встретиться. Залюбовалась.

Но я быстро взяла себя в руки. Нужно, прежде всего, выяснить каковы мои позиции и только потом пускать слюни на это сильное, но пока еще дикое животное, которое ведет себя так, будто лев, которого долго держали в клетке и только теперь выпустили в вольную саванну.

Он садится за стол напротив меня, но не смотрит в глаза, оглядывается, будто опасается, что нас могут увидеть вместе. Очень плохой знак.

— Привет, Линда, о чем хотела поговорить? — спрашивает он слишком уж отстраненно.

— Привет, Влад, и я рада тебя видеть.

Делает вид, что пропускает мимо ушей мой сарказм. В глазах безразличие. На меня так нельзя смотреть! Но он смотрит — холодно.

— Так что? — он откидывается на спинку стула и скрещивает руки на груди.

— Хотела узнать как ты.

— Переживаешь?

— Ну, насколько я помню, ты мне платишь, чтобы я не только твоей сорванной спиной занималась, но и за то, что привожу тебя в равновесие, веду к успеху и богатству забыл?

Помимо мануальной терапии, которая дает мне доступ к телу моих котов, я провожу с ними практики равновесия, которые дают мне доступ к их сознанию, ну и деньгам. Я долго этому училась и пару лет провела в Индии, чтобы обучиться. Смесь йоги и некоторых буддийских практик. Они такое любят.

— Привела в равновесие, ага, — бросает он с горькой усмешкой.

Он что, жалеет, что был со мной?

— Так! Стоп! Ты меня в чем-то винишь?

Влад молчит всем видом показывая, что напрямую обвинить меня в произошедшем он не может, но мысленно он уже именно так и сделал. Что ж, предсказуемая защита. Виноват кто угодно только не я, и вообще я не понимаю, как в тебе мой член оказался.

— Нет, не виню, я жалею, — отвечает, Влад, наконец.

— И, о чем же ты жалеешь, Влад? Уж не о том ли, что между нами было?

— А что между нами было, Линда? Секс — это не то, что между нами было, это то, что между нами случилось, вот об этом я и жалею.

Его слова царапают сердце. Никто и никогда еще не жалел о близости со мной. Его слова как ушат холодной воды.

— Давай я тебе проясню кое-что, ты жалеешь не о близости со мной, ты жалеешь о том, что спалился перед женой. Называй вещи своими именами.

Не отвечает. Вижу, что злится, и понимаю, что злится от того, что я права. Нужно подкинуть ему размышлений.

— Давай скажи как на духу, если бы эта твоя… как её?

— Не смей о ней говорить в таком тоне, — вспылил Влад.

Черт, мне это не нравится. Неужели я так промахнулась? В любовь я не верю, и, видимо, в этом моя ошибка. Чем же он к ней так привязан?

— Просто ты о ней и не вспоминал, пока был со мной. Извини, во мне не выработалось почтения к невидимой и ненужной тебе жене.

Влад поднялся с места. Кулаки его сжимались. Я и сама тяжело дышала. Потеряла контроль — потеряла власть. Зачем я его злю? Видимо, лишь бы вытянуть из него эмоций, хоть каких-то, только ярких. Поэтому я продолжаю:

— Злишься. Только у меня один вопрос: если бы твоя Лиза не застала тебя со мной, ты бы тоже жалел?

Я знаю, что нечего ему будет ответить на это. Но мне не нравится, как складывается этот разговор и к чему он ведет. Влад тяжело дышит. Он раскален до предела.

— Послушай, Влад, я все понимаю на самом деле. Твоя жена была с тобой всю дорогу, ты ей многим обязан, тебе стыдно, что ты так попался. Но давай начистоту, если бы она была тебе важна, тебя не на чем было бы ловить. Ты хотел меня, ты хотел быть со мной. Жена давно тебе наскучила. Просто ты — хороший парень, ты не можешь в этом себе признаться. Но может, уже стоит быть откровенным с собой. Со мной, с этой женой, в конце концов. Чувство вины — плохой советчик. Давай-ка ты не будешь плодить лишние сущности. Поедем ко мне, проведу сеанс, чтобы хоть немного привести тебя в равновесие. Что скажешь?

Влад выглядел растерянным. Попала в яблочко. Уф, вернула себе контроль, и у меня есть шанс вернуть Влада себе. Он задумался. А потом замотал головой.

— Нет. Нет. Нет. Ты не права. Ты ничего не знаешь. Нет, Линда, никаких больше сеансов. Я облажался. По-крупному. Наверное, я виноват перед тобой. Не знаю. Прости. Но мне нужно думать о том, как вернуть жену. Не до «равновесия» мне сейчас, я ничего не понимаю, не понимаю, как это все случилось. Я не хотел тебя. Я никого не хотел никогда. Мне кроме Лизы никто никогда был не нужен.

— Хотел! — выкрикнула я на нервах.

— Это всегда было словно в каком-то угаре, вечно ничего не помню потом, похоть была, но откуда, зачем, я не такой и не был таким, — бормотал он уже словно для самого себя, и каждое его слово резало меня ножом. Потом он выпрямился и посмотрел мне прямо в глаза. Жестко. Решительно. — И, знаешь, я понимаю, что мы с тобой договоров не заключали, но я скажу, чтобы не было кривотолков. Ты уволена.

А вот это неожиданно. Я была уверена, что Влад уже как следует заглотил крючок, а он вот так просто с него пытается соскочить. Где-то я просчиталась и, кажется, догадываюсь где именно.

Его жена. Он слишком ее любит. Надо было с этого начинать. Вот же, блин. Вижу это по его глазам сейчас. Точнее по тому холоду в них, когда он смотрит на меня. Я не привыкла, чтобы от меня отказывались и не очень соображаю, что именно сказать сейчас. Но еще больше меня тревожит разгорающаяся во мне ревность. Чуждое мне, как я всегда считала чувство. Я привыкла, что это из-за меня жены ревнуют своих мужей, но, чтобы я ревновала к женам? Это было попросту невозможно. Неужто и меня настигла любовь. От Влада что ли заразилась этой болячкой.

— Я думаю ты все понимаешь, я сделал ошибку и теперь нужно ее исправить, а твое присутствие точно не поспособствует тому, чтобы Лиза меня простила. Уж извини.

У меня такое ощущение, что меня бросают. Я слушала и не слышала. Все мои планы на семейную жизнь, полную покоя, верности — рухнули. Все шло так гладко ведь, когда произошел раскол? По моим прикидкам, Лиза должна была увидеть нас, подать на развод и… Дальше я утешаю мужа, который становится моим. А Влад — хороший мужик, он был бы верным, это я уж точно знаю. Ничего не понимаю, как все сломалось.

В голове что-то перевернулось, и ситуация выглядит для меня сейчас так, будто это не я пыталась сделать так, чтобы он ушел от нее ко мне, а так, словно это она уводит его от меня. Будто он всегда мне принадлежал.

Я пытаюсь усилием воли оставить рассудок холодным, но ни черта не выходит и, если сейчас кому-то и нужна практика равновесия, так только мне самой.

Пауза затягивается. Он что-то пытается рассмотреть в моих глазах, и я не знаю, что сказать.

— Ладно, Линда, я думаю, ты все понимаешь и не будешь держать на меня зла.

Он ждет от меня каких-то слов — я вижу, но я будто в ступоре. Я никогда не была в такой ситуации и никогда не просчитывала, что именно нужно делать, как себя вести.

— Да, конечно, Влад. Я все понимаю. Удачи с женой, — я поднимаюсь из-за стола.

— Постой, — он тоже встает и берет меня за руку.

Я выдергиваю руку. И это не осмысленный жест, чтобы что-то показать или получить какой-то результат, это искренняя злость из-за все сильней разгорающейся во мне ревности. У меня такое чувство, что появись сейчас здесь эта его мышь — Лиза, прибила бы ее точно.

— Что-то еще? — пытаюсь я улыбнуться и понимаю, что получается оскал.

Он медлит, словно хочет что-то сказать, но не может себе этого позволить. А вот это уже хороший знак. «Что, Владик, не просто тебе от меня отвернуться, да?» — злорадствую я мысленно.

— Нет, прости, ничего.

В его глазах жалость. Ко мне. Он меня жалеет! Плохо. Очень плохо.

Я выхожу на улицу. Делаю глубокий вдох, но воздуха все равно не хватает. В голове все в кучу. Все пошло не так, как должно было пойти. Все летит в тартарары. И вместо того, чтобы спокойно все взвесить, оставить эту ситуацию и продолжить жить как жила, я кручу в голове одну и ту же мысль: «Ну, уж нет, Владик, не спеши с выводами, так просто все не закончится. Это я тебе гарантирую».