Хорошо, что ты у меня есть

В следующие недели мне некогда было ревновать и злиться. Ещё в день бракосочетания я уговорила Кирилла забрать его отца из больницы, дать ему возможность умереть не в одиночестве, а рядом с родными людьми. Он сомневался, но всё же согласился. Надо было подготовить комнату, привезти необходимую мебель для лежачего больного, закупить медикаменты по списку. Кирилл нашёл по рекомендациям сиделку с большим опытом. Думаю, что я и сама справилась бы. Но он настоял. Единственное, попросил меня не искать работу, пока отец с нами. Сказал, что так ему будет спокойнее. Я согласилась Нина старалась избегать меня. Не грубила, но я видела, как ей неприятно моё общество. Тем более, Стас… Он буквально поселился в доме. И открыто преследовал меня. Специально подкарауливал то тут, то там. Не стесняясь Нины, заговаривал со мной о какой-то ерунде. Приглашал попить с ними кофе, прогуляться. Я неизменно твёрдо посылала его. Но, казалось, это его не обижает. И он продолжал свои попытки, не обращая внимания ни на что. Я молчала, ни слова не говорила об этом Кириллу. Чтобы не расстраивать, не напрягать. С появлением в нашем доме отца, ему стало труднее. Он видел каждый день страдания близкого человека, это было очень тяжело для него. Когда Кирилл познакомил нас, свёкор сначала отнёсся ко мне настороженно. Чтобы не чувствовать себя одинокой, пока Кирилл занят, я проводила много времени в его комнате, когда он приходил в себя. И свёкор через пару недель оттаял. Мы разговаривали. Он рассказывал мне о покойной жене, о том, как скучает по ней все годы после её смерти. Я расспрашивала, каким был в детстве Кирилл. И эти воспоминания грели мне душу, я будто узнавала мужа с самого начала. Я уговорила Кирилла достать старые альбомы с фотографиями. Мы разглядывали их, по-доброму смеялись над маленьким Кириллом, который уже тогда был харизматичным мальчиком со строгим, серьёзным взглядом и решительным характером. Я представляла, какими будут наши с ним дети. Только бы сын был похож на него… Таким же красивым и мужественным с раннего детства. Мальчиком, который не плачет из-за разбитой коленки и смело спасает соседскую кошку с дерева, хотя сам никогда туда раньше не забирался. Иногда мы со свёкром смотрели комедии и ролики из Тик-тока, пили чай. Его мучили боли, но лекарства, хоть и ненадолго, помогали. Когда было совсем трудно, я сидела рядом и, держа за руку, читала ему стихи Бродского, которые он любил. Из-под его прикрытых век катились слёзы. Он стеснялся их, но справиться с чувствами не мог. – Не знал, что умирать так больно, – однажды поделился он со мной. В груди защемило. – Я очень хочу помочь, но не знаю как, – я гладила сжатую спазмом кисть свёкра, изо всех сил стараясь не заплакать. С трудом улыбнувшись, он ответил: – Ты у нас и так молодец. В один из таких нелёгких вечеров к нам вошёл Кирилл, он вернулся пораньше. Свёкор попросил их оставить. Они поговорили о чём-то недолго. Потом сиделка сделала укол, свёкор уснул. Мы с Кириллом вышли во двор. Он смотрел в небо и молчал. Я видела, что ему больно, но не знала, как это исправить. Чувствовала себя бессильной. Просто взяла его за руку, стараясь хотя бы так поддержать в трудную минуту. – Хорошо, что ты у меня есть,– наконец произнёс Кирилл и обнял меня за плечи. – А ты у меня,– ответила я. Хотела добавить, что он стал для меня важнее всех в мире. Что люблю его. Люблю за то, какой он есть. За то, как он пахнет, как у него блестят глаза, когда он смотрит на меня. За его руки, которые так нежно гладят моё лицо. За пальцы, которые осторожно проводят по моей шее. За улыбку, которая появляется на его лице, когда я прикасаюсь к нему. Кирилл каждый день наполнял меня нежностью и страстью, которую я так долго искала, и я была готова на всё ради него. Мои чувства к нему были так глубоки, что я боялась даже думать, что мы когда-то расстанемся. И на полном серьёзе удивлялась, как наша семейная жизнь отличается от тех отношений, что у меня были со Стасом. Словно прошлое было репетиций чего-то большего. Всё это мне хотелось сказать, но я не решилась, промолчала. В глазах Кирилла отражался свет фонарей. Лицо казалось спокойным и сосредоточенным. Я не могла понять, о чём он думает. Что-то явно не так. Мы стояли обнявшись. Мне было тепло и уютно. Так всегда было в его объятиях. Я чувствовала себя защищённой. Если бы я только знала, что завтра всё изменится…