Глава 34

Тишина в ванной становится физически ощутимой. Давящей, как тяжелая плита опускается на плечи. Мира смотрит на меня, и я видела в ее глазах тот же леденящий ужас, что сковывал меня. Ужас, смешанный с невероятным чувством надежды и тихого щемящего счастья. Этот невероятный коктейль разрывает меня внутри. Если я беременна, я уже знаю, что этому ребенку быть…несмотря ни на что…несмотря ни на что… — Мам... – Мира повторяет тише, и ее голос дрожит. – Ты... ты не думаешь, что… ты тоже ждешь ребенка? Я оторваюсь от косяка, делаю шаг вперед, мимо нее, в коридор. Мне нужно было пространство. Воздуха не хватает. Распахиваю окна и жадно дышу. — Не знаю, Мира, – выдавливаю я через силу, стараясь звучать спокойнее, чем чувствовала. Сердце колотилось где-то в горле. – Наверное, просто... что-то не то съела. Или нервы. Усталость. Работы много. Все навалилось. Я прохожу дальше в глубь кухню. Запах овсянки и тостов, еще недавно такой аппетитный, теперь вызывает новый приступ тошноты. Я резко разворачиваюсь вновь к окну. Холодный воздух щиплет кожу в комнату, смешавшись с ароматами завтрака, и становится чуть легче дышать. — Но ты же никогда не жаловалась на желудок, – Мира не отставала, следом за мной. Она стоит в дверях кухни, обхватив себя руками, будто замерзла. Ее взгляд был пристальным, изучающим. – А с утра... мам, это было именно как... как у меня в первые недели. Ты же сама говорила, что тоже мучилась токсикозом, когда была беременна мной. Я отворачиваюсь к раковине, наливаю стакан воды. Руки дрожат так, что вода расплескивается. Все делаю на автомате, подбирая в голове нужные слова. — Мира, пожалуйста, – сказала я, после глотка холодной воды. Она обволакивает горло, но помогая подавить новый рвотный позыв. – Не накручивай. И не накручивай меня. Я... я разберусь. Съезжу к врачу, если что. Вот запишусь прямо сейчас — К гинекологу? — К гастроэнтерологу. Я чувствую ее взгляд на спине. Знающий. Не верящий. Господи, кого я обманываю? Она умная девочка. Моя девочка. Она понимает, что я паникую. Что мне нужно время. Пространство, чтобы осмыслить эту... эту невозможную мысль. Беременность почти в сорок лет… Разница с первым ребенком в девятнадцать лет. Нет мужа или даже постоянного партнера. Быть матерью одиночкой? Я смогу? Да. Я смогу. — Ладно, – Мира сдается, но голос ее продолжает звучать напряженно, без былой легкости, которую мы наконец сумели восстановить в отношениях. – Но завтрак... тебе все же не стоит есть. Я приготовлю себе что-нибудь легкое. Может, чай с сухариками? — Да, пожалуйста, – киваю я, все еще стоя у раковины и глядя в окно на серые московские крыши. Холодный воздух обдувает лицо. "Гастроэнтеролог". Да, конечно. Отличное прикрытие. Супер придумала. Маскировка сотый уровень Внутри все кричат о другом. О том самом. О том, что никакой гастроэнтеролог не нужен. Нужен тест. Простой, дурацкий, пластиковый тест из аптеки. Можно самый дешевый. И лучше сразу купить три штуки. несмотря на то, что я уже почти сто процентов уверена в положительном результате, не думаю, что могу поверить собственным глазам увидев две полоски. Весь день проходит, как в тумане. Я пытаюсь заняться работой в мастерской, но пальцы не слушаются. Я путаю заказы, роняю ножницы, не могу сосредоточиться на простейшем букете. Мои девочки цветочные феи, мягко отстраняют меня от работы, замечая мое напряжение. Я бездумно сижу над монитором компьютера, сверяя сметы и документы от бухгалтерии. И сдаюсь, когда понимаю, что ничего не понимаю! Пропускаю обед. Потому что кусок в горло не лезет и когда мы заходим с Мирой в кафе, недалеко от мастерской, беру лишь холодное кофе на кокосовом молоке. Дочь смотрит на меня слишком часто, но я игнорирую ее украдкие взгляды – тревожные, вопросительные. В кафе Мира уплетает за обе щеки теплый салат с говядиной, потом крем-суп с шампиньонами, а на десерт берет медовик. Довольно закатывает глаза, облизывая ложку. Улыбаюсь. Это какое-то сумасшествие, если мы родим в один год… Про нас снимут какую-нибудь передачу, где ведущим будет Андрей Малахов. К вечеру я не выдерживаю. Нужно узнать точно. Одно дело – подозревать. Другое – знать наверняка. И тогда можно... что? Паниковать по-настоящему? Плакать? Кричать от счастья на всю Вселенную? И благодарить Бога за предоставленную возможность? Хочу позвонить Наташке, обсудить…но я все еще нахожусь в каком-то коматозном состоянии, что понятие не имею что ей скажу. — Мира, я схожу в магазин. Хочу купить кефир, – говорю я, стараясь звучать буднично, когда мы подъезжаем на такси к квартире. – И... кофе у нас почти закончился. Мира читает что-то о беременности на планшете. Сворачивает окна и поднимает на меня глаза. — Хорошо, мам. Купишь мне апельсины? — Без проблем. Мы обе сделали вид, что поверили в мою откровенную ложь. Мира выходит из машины и медленно идет к подъезду. Я жду, когда она введет код и скроется за дверью и вновь завожу мотор. Ближайшая Аптека находится через два квартала. Я шла бегу от машины до стеклянных дверей, кутаясь в теплый шарф от пронизывающего ветра. “Главное не простыть в самом начале беременности”. Я уже так свыкаюсь с мыслью о ребенке внутри меня, что боюсь не пережить разочарования увидев пустой тест. Ноги сами несут меня к нужной витрине. Тесты. Целый стенд. Разные. Дорогие, дешевые, электронные, с полосками. Я стою перед ними, ощущая, как горит лицо, как холодеют пальцы. Вокруг почти нет людей, фармацевт тихо переговаривается с коллегой. Мир словно замер вместе со мной. Беру два теста. Самых обычных. И один электронный – "для точности". И зубную пасту. Не знаю зачем. Для прикрытия? Рука дрожит, когда расплачиваюсь на кассе. Молодая девушка бросает беглый взгляд на мои покупки, но лицо ее остается безучастным. Ей все равно. А для меня... этот маленький пакетик, куда упаковывают тесты, кажется тяжелее свинца. Обратно еду медленно. "Что я скажу Мире? Что я скажу СТИВЕНУ?" Я вообще понятие не имею, как он относится к детям. Алекс не его биологический сын. Есть ли у него другие дети? Он говорил, что однолюб и очень тяжело переживал потерю своей жены. А тут я…красивая мимолетная интрижка и такие последствия. Я слишком долго была разочарована в мужчинах, но Стивен, показал мне каким может быть настоящий мужчина. Его имя вспыхивает в сознании ярко и болезненно. Он где-то там, в Лондоне, погруженный в свои дела, в свой мир безумный богатый аристократический мир. Он не думает обо мне. Забыл? Все возможно… Вероятно даже нашел мне замену в образе красивой молодой девицы. Я реалистка. И… вот уже плачу, размазывая по лицу слезы. Гормоны? Фиг знает… Стивен даже не представляет, что я сейчас переживаю. А я... я несу в сумке возможную бомбу, способную разнести вдребезги все наши аккуратные, взрослые решения о "невозможности расстояния" и "неверии в сказки". Дома Мира сидит на диване, подложив под ноги небольшую подушку. Увидев меня, спрашивает: — Все купила? — Да. Разбери покупки, пожалуйста, – отвечаю я, стараясь не смотреть ей в глаза, загружаю пакеты на кухонный стол и иду прямиком в свою спальню. – Устала. Лягу сегодня пораньше — Хорошо, – отзывается она. Я чувствую ее взгляд на своей спине, пока открываю дверь. – Мам? — Что? – замираю, держась за ручку. — Все будет хорошо. Спокойно ночи. Киваю не поворачиваясь. Боюсь, снова разреветься. Что ж такое- то? Я плотно закрываю дверь и сажусь на кровать. Вытаскиваю из сумочки пакет и две розовые коробки тестов. Руки ледяные. Не слушаются. Дрожат. Инструкции. Нужно утренняя моча. Самый точный результат. Значит, ждать до утра. Целую ночь. За ночь ведь ничего не случится? Я смогу потерпеть? Потому что если сделаю тест сейчас, буду сомневаться в результатах. Беру в руки телефон и записываюсь через приложение к своему гинекологу на прием. На всякий случай. Я прячу тесты в самый дальний угол тумбочки, под стопку журналов и книг о ландшафтном дизайне, как преступник прячет улики. Ложусь, уставившись в потолок. Мысли метаются, как беспокойные мухи. Мне почти сорок. Бизнес. Мира и ее малыш. Стивен... Одна ночь. Всего одна безумная, страстная ночь. "Мы же были осторожны? Нет? Мы же... Боже, я даже не помню толком! Я ничего не помню, кроме него… было так хорошо, так сладко…разве так бывает, чтобы вот так с одного раза забеременеть?" В жизни бывает и не такое…. Вдруг, как удар тока, зазвонит мой телефон. Лежал там же, на тумбочке, рядом с заветными, спрятанным пакетом с тестами. Я вздрагиваю, сердце бешено заколотилось. СТИВЕН. Имя горит в полумраке комнаты. Он звонит. Сейчас. Ровно в тот момент, когда я лежу здесь, с мыслью о нем и о возможном... последствии. Размышляю о нас…о малыше. Я замираю и смотрю на вибрирующий телефон. Звонок настойчивый. Как его руки тогда утром, не желавшие меня отпускать. Взять? Не взять? Что я скажу? Как я смогу говорить с ним сейчас, когда внутри меня может бушевать такая тайна? Когда мой голос наверняка выдаст панику? Да я паникую и туплю. Потому что мне нужно быть уверенной… В себя, в беременности, в нем…в самом Стивене. Телефон звонит и звонит. Настойчиво. Как будто он чувствует хаос моих мыслей через тысячи километров. Я протягиваю дрожащую руку. Касаюсь экрана. Наблюдаю за своими действиями, будто со стороны, как в замедленной съемке. Вдох. Выдох. Я ужасно по нему соскучилась. По его голосу, власти прикосновений, по его речи на другом языке, по его поцелуям. По нему всему. Целиком и полностью. А он…он чувствует, тоже что-то подобное? Медлю и... подношу телефон к уху.