Глава 12. Гордей

Меня резко толкает Кате вдогонку. Никогда не верил в предчувствия… Да и не то чтобы дофига восприимчив к подобным явлениям – но тут аж не до мыслей, мозги в кучку, только действия, действия, действия! И пульс в ушах. Погружаться в накрывающий ужас нет времени – я должен её догнать. Не пешком, значит? Вижу её за рулём. Резкий поворот… Блять! Меня колошматит не хуже машины, в которой сейчас моя Катя. Не живу в эти секунды, сам не соображаю, что делаю. Действую чисто на инстинктах. Уберечь, спасти. Наизнанку вывернуться, да хоть местами с ней поменяться – неважно, насколько это нереально! Прихожу в себя только в больнице. И то, кажется, лишь на третий день, в течение которого мы тут с Катей пребываем. Она – в реанимации, я – в состоянии отключки. Сижу в коридорах в основном. Когда вижу человека в белом халате, тут же подскакиваю к нему. Вот и сейчас… – Как она? Тут уже никакому врачу не нужно объяснять, о ком я. Обо мне наслышаны. Первое время даже выдворяли, потом поняли, что бесполезно. Да и в целом я ведь не мешаю – стараюсь не отвлекать от дел, это видят. – Операция прошла успешно, – рассказывает он. У Кати была сильная травма головы…  Как раз из тех, что запросто провоцируют гематому, как у меня. Надеюсь, моя была вместо неё, для того, чтобы любимая обошлась без этого. Не то чтобы я верю в подобное… Но сейчас готов цепляться за любые долбанные знаки. – Но в результате аварии и операции пострадали некоторые функции мозга. Мы постарались не затронуть самые важные… Но в общем, Катя пока не помнит последние десять лет. Думает, ей девятнадцать. Охренеть. Застываю, осмысливая. Главное – жива! И здорова… Надо только ещё немного полежать под капельницами и под наблюдением. Говорят, примерно через неделю выписка. А через четыре дня возвращается Феликс… Который по документам женат на некой Кристине. Не на Кате. А здесь, в России, она использует свой настоящий паспорт. В больницу легла по нему. Потому «мужу» ещё не звонили. О его существовании даже не знают. Думают, я жених. Не отрицал. – Память восстановится? – спрашиваю с напряжением. Катя не помнит ни его, ни меня… Совсем. И подруг некоторых тоже. – Шансы есть, и довольно большие. Молодой организм, здоровый, восстанавливается быстро. Не буду давать прогнозов… Но всё возможно. Можно пробовать напоминать о чём-то, но не сразу. Пока ей лучше обойтись без потрясений. ****** Первый вечер после работы, когда я не в больнице у Кати. Сегодня у меня другие задачи. Решение уже принято – я буду завоёвывать её заново, постепенно вплетая в наше новое знакомство моменты из прошлого. Буду повторять некоторые романтические значимые события, свидания. Не сразу – сначала всё по-другому, ведь врач сказал никаких потрясений. А пока… Мне нужно, чтобы никто не мешал. Да, Катя не помнит Феликса и даже подруг, которые могли бы ей о нём рассказать, но ведь того же отца-то да. И ладно бы он, но так называемый муж и подруги наверняка выйдут на связь. Подруг постараюсь убедить романтическими порывами – как ни странно, почти удалось сделать это, даже когда Катя исчезла. По крайней мере, видел, что мне верят и в какой-то степени сочувствуют. С отцом будет проще, я интуитивно вижу, что он на моей стороне. И я всегда ему нравился. Но и для подруг Кати, и для её родителя главным аргументом будет другое. То, что Феликс отступит сам, купившись на деньги. Фактически продаст её мне. Да, план именно такой. Мне абсолютно похуй на моральную сторону – готов хоть конченным мудаком себя признать, но отступать от Кати я не собираюсь и готов на любые методы. Феликс мне не конкурент при условии, что она не помнит меня с Виолеттой, но его мельтешение перед глазами Кати с попытками убедить в её замужестве будут охренеть какими лишними. Понимаю, что он может быть и не из продажных, но на этот случай готов применить давление. Возможности у меня есть. Добывал себе их пять лет, а сейчас так вообще Феликс во многом зависит от меня. Как знал, что понадобится этот козырь. Звоню по видеосвязи – как босс имею право, да и мы созваниваемся время от времени так. Вот и сейчас Феликс без задних мыслей принимает звонок и сходу начинает рассказывать об успехах, которых добился. Глаза горят. Кажется, он вполне себе карьерист. Начинаю с похвалы и перспектив, которые откроются, если работать в том же темпе. Хотя могут и при отсутствии какого-либо темпа, если Феликс окажется сговорчивым. Кстати об этом… – Если честно, я звоню не ради работы, – с нажимом начинаю, глядя ему в глаза и не сводя взгляда. – У меня к тебе предложение. От того, какой выбор ты сделаешь, зависит твоя судьба. Либо ты будешь купаться в деньгах всю свою жизнь, либо ты крупно попадёшь на те же деньги и будешь вынужден вертеться в самых разных проблемах. Конечно, Феликс тут же напрягается и смотрит озадаченно, настороженно. В какой-то степени даже жаль с ним так поступать. Вроде бы неплохой парень. Но пусть осчастливит любую другую. Он молчит, ни слова выдавить не может. Чувствует, что я о Кате. Ну и не медлю – обрисовываю ему ситуацию, пережидаю эмоции, снова давлю и напоминаю, что не шучу. Феликс не сдаётся, говорит, что я долбанный псих и всё в таком духе. Наплевать. Он у меня на крючке, вариантов особо нет. Ведь не шучу насчёт проблем. Если пойдёт в сторону Кати – обеспечу их, чтобы осознал серьёзность ситуации и скрылся. В этом случае, конечно, сразу решу все его появившиеся трудности и компенсирую какими угодно благами. Феликс пока на взводе, винит меня в аварии, в которую попала Катя. Пусть так. Жёстче повторяю ультиматум, обрисовывая его будущее более детально и в том, и в другом случае, и отрубаю связь. Пусть обдумает. Пока всё равно не способен принять информацию. Ему придётся набраться хладнокровия. Я вот уже это сделал. Потому никаких препятствий мне не будет.