Эпилог

Кирилл.

Глажу феечку по почти лысой головке. Она лежит у меня на груди, такая маленькая, что я не могу поверить, что эта кроха вырастет в настоящего большого человека. Она хрупкая, словно сделана из тонкого стекла. А ещё она сладко пахнет молоком, и это запах самой жизни.

Зарываюсь носом в тонкие волосики, втягиваю воздух.

Для меня это всё чудо на максималках.

Влада Кирилловна расфокусированно смотрит в окно. Там Демон тычется носом в стекло и машет лапой, пытаясь поймать птичек.

Настя говорит, что новорождённые очень плохо видят, поэтому я комментирую для феи младшей:

– Подпрыгнул. Ты видела? Вот, балбес! Охотник, тоже мне. Варежки свои бесполезные спрячь, не позорься.

Демон презрительно зыркает на меня зеленым глазом.

С этим чудищем у нас негласная конкуренция за внимание женщин. Настю Демон сразу полюбил, и таскается за ней по пятам целыми днями. А к Владе первые три дня он настороженно принюхивался. Я переживал, что начнёт ревновать – котище, всё-таки, с характером. Но Демон, как истинный джентельмен, маленькую фею не обижает. Лишь ложится на её ножки, когда она спит, и приходит потереться мокрой усатой щекой о маленькие пальчики.

Настя говорит, он так метит человека, присваивая его себе, и вверяя себя ему.

И мне, отчего-то, это чертовски приятно.

Потому что мы все тут присвоенные и вверившие себя в чужие руки.

Мы не идеальная семья с лабрадором, как на баннерах строительных кампаний.

Мы чокнутая семейка, состоящая из двух самых волшебных фей, одного глупого Джинна и совершенно отбитого, но доброго Демона.

Кот шагает по подоконнику назад, задевает лапой цветочный горшок, подскакивает. Газует на месте, опрокидывая цветок на пол. Вцепляется в тонкий тюль когтями и медленно съезжает вниз, разрывая ткань на тонкие полосы. Смотрит ошалело на меня и дыбит шкуру на холке.

– Ой влетит тебе сейчас от мамы! – Ехидно потираю ладони.

Влада при слове «мама» чмокает пухлыми губками.

Слышу топот босых ног.

– Демон, паразит! Последний цветок убил мне! Господи, недоразумение ты лохматое! – Ругается полушёпотом Настя, стоя в дверях.

Она стала ещё красивей, чем была. Расцвела, разрумянилась. В глазах больше нет грусти, и вся она такая женщина-весна, что кажется, будто рядом с ней даже айсберг растает в секунду.

– Может, продадим его?

– Придётся доплатить, чтоб забрали. – Вздыхает Настя, присаживается рядом с нами на ковёр. – Как наша феечка?

– Не спит. – Рисую пальцем завитки на крошечной макушке.

– Потому, что хочет к мамочке.

– Нет, ей и с папочкой хорошо. – Обнимаю осторожно дочь.

Дочь…

У меня до сих пор мурашки, когда думаю о том, что стал папой.

Настя забуривается на диван, втираясь между мной и спинкой. Ложится ко мне на грудь, смотрит на феечку поплывшим взглядом. Её тоже до сих пор плавит от мысли, что мы стали родителями. Мы как два безумца целыми днями вздыхаем и восхищаемся нашим общим творением.

Влада Кирилловна кряхтит и тянется, как червячок, к маме. Она ещё даже не умеет держать головку, и свои намерения обозначает неловкими взмахами пухлых ручек и неразборчивым агуканьем.

У мамы в обалденной троечке целый запас вкусного молока, и Влада хорошо это знает.

Всякий раз удивляюсь аппетиту этого маленького человечка.

– Давайте, Влада Кирилловна, пора обедать.

Настя забирает дочку. Лежим втроём в обнимку на диване, и я кайфую от того, как круто повернулась моя жизнь.

– Кир…

– Мм?

– А расскажи нам сказку? Про принцессу.

– Я только про фею знаю. – Прочищаю горло. – В некотором царстве, в некотором государстве жила была одинокая фея. И так несчастна она была в своём одиночестве, что решила разыскать Джинна и загадать ему заветное желание. Тот с радостью согласился помочь, потому что и сам к тому моменту очень заскучал от жизни.

– Он тоже был одинок. – Поправляет Настя.

– Не сбивай полёт фантазии! – Щёлкаю пальцем по носу. – И вот Джинн посадил в животике феи маленькую волшебную семечку, а через несколько месяцев из этой семечки появилась ещё одна феечка. Крошечная, с носиком-пуговкой и смешными пухлыми пальчиками. Джинн сам не поверил, что смог такое чудо сотворить, разомлел, и…

– И напросился к фее на ПМЖ.

– Скорее, наоборот, ну да ладно. И стали они жить одной дружной семьёй.

– Долго и счастливо… – Зевает Настя.

– А потом Джинн посадил ещё одну семечку, и появился феёнок.

– Мм… Ни за что… – Мычит сонно Настя.

– Да-да, это сказка такая. Феёнок тоже будет. Ну, не прямо сейчас. Через годик. Да, Насть?

Уже сопит. Ресницы мелко подрагивают.

И Влада тоже тихо сопит, не выпуская изо рта розовый сосок.

Целую своих феечек в тёплые щёчки.

К нам приходит Демон. Растягивается пушистой колбасой на меня и Настю, лапой касается пяточки Влады.

Урчит уютно.

Тоже закрываю глаза.

Не, ну лабрадор точно был бы лишний. Мы и без него классная семья.

Проект «Добровы».

И это лучший проект в моей жизни.