Глава 56

— Не ожидал увидеть вас здесь, князь, — явно сбитый с толку, говорит Уоллес. — И вы теперь носитель золотого металла?

Ему явно больших усилий стоит скрыть свое потрясение, но надо отдать ему должное, он очень быстро спохватывается.

— Да, теперь я золотой, как и вы. Есть какие-то возражения на этот счет?

— Без разрешения императора это…

— Каждый имеет право на переход, — обрывает его Айвен.

— Вы можете лишиться титула, если суд сочтет…

— Мне плевать на ваш суд. Я выиграю любое дело в любом суде. Есть древний закон, против которого не пойдет ни один суд. Так что вам нужно от моей… Подруги… — спрашивает Айвен, делая шаг вперед, не сводя угрожающего взгляда с Уоллеса, который от неожиданности пятится назад.

— Императорский приказ, найти и доставить ее на допрос, личное распоряжение… — Уоллес лепечет как ребенок, съеживаясь под возвышающимся над ним на полголовы Айвеном.

— Император слишком много себе позволяет. Если он чего-то желает, потрудитесь предъявить бумаги, иначе я сочту, что ваш визит это оскорбление достойной девушки.

— Я не понимаю, — говорит Уоллес, перебарывая свой страх перед давлеющим над ним Айвеном, — вы с ней, когда ваша жена едва не умерла… Потрудитесь объяснить, что это значит. Вся секретная служба уже два дня разыскивает вас, а вы здесь… Это в некотором роде наводит на некоторые мысли, которые я бы не назвал приятными.

— Вы что имеете ввиду? — Айвен берет Дигнама за лацканы мундира, — что вы там говорили про мою жену? И на что вы намекаете? Она погибла, я сам видел это. Всякий, кто утверждает обратное - наглый лжец!

— Да поймите же вы, князь, ваша жена пережила покушение, она места себе не находит, пытаясь понять, где вы. Сейчас она во дворце императора под его личной опекой и он изъявил желание контролировать это дело лично. Вы хоть понимаете, что это для вас значит? — голос Уоллеса становится твердым и он наконец, словно бы приходит в себя и с силой отдирает руки Айвена от своего мундира. — Следите за руками, князь, иначе…

— Что значит пережила покушение? — встреваю в разговор я, чувствуя, словно меня окатили ведром ледяной воды. В животе что-то сжимается в тугой узел, а сердце начинает яростно биться в висках. Я забываю обо всем, кроме этих слов Дигнама и почти кричу ему в лицо.

— Чудовищный разлом, она едва не угодила в него… — Говорит Дигнам, — разве вы не слышали об этом? Вся империя уже несколько дней сходит с ума от этого известия.

— Ты врешь! Мерзкий уродливый сосунок! — кричу я, толкая Дигнама в грудь.

— Вы сошли с ума, мисс Гарден? — Я чувствую, как он с невероятной скоростью нагнетает в себе силу и кожа его покрывается золотой чешуей. В ответ на это я только усмехаюсь и перехожу в промежуточную форму.

— Немедленно прекратите! — приказным тоном говорит он, и голос его теперь звучит куда более грозно, чем в обличии человека. — Я при исполнении распоряжения императора. Я приказываю вам перейти в человеческую форму и проследовать со мной. Иначе мне придется применить силу.

— Пошел ты в пекло, мелкая тварь! — кричу я, совершенно обезумев от ярости. — Маленький лгун, скажи, что ты врешь! Она не может быть жива!

— Признаться, сначала я не поверил в ее историю о том, что вы как-то причастны к этому, но теперь, когда я вижу здесь князя… Сдается мне, что ее слова вполне могут оказаться правдой. Да и вы, кажется, не вполне в своем уме…

Шутки кончились. Он достает магический аркан, созданный для того, чтобы обезвреживать носителей драконьей магии и у меня в голове начинает мутиться. Я падаю на четвереньки, ощущая мощное воздействие артефакта, который вытягивает на себя почти всю мою силу, но мне хватает последних остатков воли, чтобы крикнуть Айвену.

— Убери его, убери!

Но Айвен словно не слышит. Он продолжает стоять на месте и хмуриться, а потом хватается за голову. Я чувствую, как моя анима изо всех сил пытается удержать его волю в своих когтях, но сопротивление его просто чудовищно. Стоило ему услышать про Джейн, как он словно сорвался с цепи и начал брыкаться, словно необъезженный жеребец.

Я чувствую, как в глазах постепенно темнеет и Дигнам валит меня на землю, так что лицо мое касается грязной земли. Он обвивает аркан вокруг моей шеи и затягивает его цепь так, чтобы она обвивала мои руки.

— Князь, вас я пока ни в чем не обвиняю, но советую вам проследовать со мной. Сейчас я отправляюсь к вашему отцу чтобы доставить ваших детей в имперский дворец, так что я не возражаю, если мы отправимся вместе, дети наверняка соскучились и будут рады видеть вас., так же, как и ваша жена. Уверен ваши объяснения расставят все по местам в этой истории. Мне бы не хотелось применять силу и к вам. Князь? Вы слышите меня? Князь?

В бессильной злобе я посылаю последнюю оставшуюся у меня частицу энергии аниме, которая из последних сил удерживает волю моего Айвена. Она жива. Проклятая Джейн жива и она, похоже, каким-то образом успела снюхаться с сопляком-императором. Проклятье… А я то уж думала, что все мои трудности позади, что теперь все наладится и я наконец получу заслуженную награду. За что мне все это?

— Умри, но заставь его служить мне! — кричу я аниме, словно безумная, и на этот раз, похоже, моя сила пробивается сквозь аркан.

Спустя пару мгновений я слышу утробный драконий рык и как будто что-то очень тяжелое падает на землю..

Поворачиваюсь и вижу, как Айвен обрушивает яростные удары на голову Дигнама. Лицо красавчика Уолли, спустя несколько секунд превращается в нечто изувеченное и неузнаваемое. Он лежит на земле, слабо прикрываясь руками, а яростный золотой Айвен снова и снова впечатывает его голову в землю, пока Уолли не перестает дергаться.

Айвен переводит безумные глаза с поверженного Дигнама на меня и подойдя, резким движением срывает с меня аркан, оставляя кроваво-золотые следы на моей коже.

— Да как он посмел пальцем тебя тронуть? — рычит Айвен, глядя мне в глаза. Он гладит меня по волосам и целует, не обращая внимания на то, что все мое лицо перепачкано землей.

— С тобой все хорошо?

— Уже лучше, — говорю я, чувствуя, как золото вновь обретает силу внутри меня. — Чего не скажешь про красавчика Уолли.

Подхожу к поверженному золотому дракону, который едва дышит, он пытается что-то сказать, шевеля окровавленными губами. Жалкий недоносок, а еще имперский гвардеец… Чего стоит император, если у него такие жалкие слуги?

— Что? — я нагибаюсь ближе, чтобы услышать, что он бормочет своим разбитым ртом.

— Император это так не оставит, — говорит он. — вас будут судить…Вы заплатите…

— Победителей не судят, глупый Уолли, — говорю я с улыбкой.. — Ты уже прочувствовал на себе силу Айвена. Как думаешь, твой сосунок Николас справиться с этой мощью?

В ответ я слышу лишь неразборчивое мычание.

Беру аркан и обвиваю им шею Дигнама, так чтобы он не мог даже шелохнуться. Конечно, без своей силы, скорее всего он не сможет залечить свой проломленный череп. Он может сдохнуть. Ну да и черт с ним.

Легкий укол жалости к несчастному красавчику тут же сменяется бурей возмущения от воспоминания о том, как он повалил меня на землю, словно какую-то простолюдинку.

Сдохнет, значит сдохнет.

Что он говорил там про детишек этой твари Джейн? Неужели мне улыбнулась удача и они сейчас под опекой этого жалкого старикашки Альфреда?

— Айвен, милый, не хочешь ли познакомить меня со своим отцом и детишками? — говорю я, отрывая взгляд от подыхающего Уоллеса.