Глава 70

— Прости, Джейн, я скоро, — говорит он смущенно. Я лишь киваю головой в ответ. Суинберн выходит из комнаты и тихо прикрывает за собой дверь. Дрова, потрескивающие в камине, придают этой комнате такой уют, что на мгновение мне кажется, будто я снова оказалась дома. Тяжелые бархатные шторы, висящие на окнах, едва заметно подергиваются от ветерка, проникающего в комнату. Я слышу шаги Суинберна в другой комнате и голос Родрика, который тут же выводит меня из странного задумчивого оцепенения.

— Мне нужно переговорить с вами по поводу Джейн Райт. Вам же наверняка известно, что она бесследно исчезла несколько дней назад. Мы сбились с ног, пытаясь ее найти, но все тщетно. Вы должны знать, где она. Если так, то вам следует сообщить.

— Простите, советник, но я…

— Я все понимаю. Поверьте мне, вам ничто не угрожает, как и ей. Найти ее - это прямой приказ императора. Он не находит себе места, беспокоится о ее судьбе, и это так некстати, особенно теперь, когда впереди такие испытания.

— О чем вы? Какие испытания?

— А вы что же, ничего не слышали?

Я уже не в силах сидеть на месте и ждать. Я встаю с кресла и выхожу в коридор. Родрик смотрит на меня, остановившись на полуслове. Его лицо кажется ужасно измотанным, а костюм мятым и пыльным, будто дракон не снимал его несколько дней.

Он делает несколько быстрых шагов ко мне и заглядывает мне в глаза. Я даже отшатываюсь на мгновение, чувствуя себя странно от его резкости.

— Черт побери, леди, где вас носило? Как вы могли оставить дворец в такой момент, когда ваша безопасность так важна? Неужели вы не понимаете, как ценна ваша жизнь?

Он держит меня за плечо и надавливает чуть сильнее, чем нужно.

— Не хотите ли вы сломать мне какую-нибудь кость? — спрашиваю я, не отводя глаз от золотистых его зрачков. — Вы устали, я понимаю. Вы искали меня и не нашли, но вот я здесь, перед вами, и я не ваша собственность, чтобы терпеть, как меня отчитывают.

Он меняется в лице, кажется, полностью теряется. Очевидно, он не ожидал такого моего ответа, и теперь его решительное лицо, привыкшее к другим эмоциям, выглядит немного смешно.

— Хорошо, ваша правда, — спохватывается Родрик и отпускает меня, осторожно разглаживая ткань на моем плече. — Но я все равно хотел бы услышать разъяснения.

— А я должна вам отчитываться? Не достаточно ли того, что меня так охраняли, что я чувствовала себя под стражей?

— Это для вашей безопасности. Если вы платиновая, Джейн, разве вы не понимаете, что в этом случае ваша жизнь совершенно бесценна!

— Для кого она бесценна?

— Для империи, — уверенно отвечает он. — И для императора лично. Вы не представляете, насколько это важно.

Я делаю шаг навстречу к Родрику и говорю ему в лицо.

— Замечательно. Будь я кем угодно, хоть медной, хоть серебряной, хоть золотой. Хоть платиновой, — на первом месте для меня будут мои дети и их безопасность, а уже потом все остальное. Я надеюсь, что император это понимает.

— Нужно было хотя бы объяснить, куда вы направляетесь, чтобы десятки драконов не искали вас повсюду.

— Если я не дала знать, куда отправляюсь, значит, на то были причины. Понимаете ли вы это?

Его глаза прищуриваются, он явно пришел в себя от того, что так неожиданно нашел то, что искал, и теперь изучает меня с таким вниманием, словно я редкий вымирающий вид.

— Что вы так на меня смотрите?

— Я сразу вас не разглядел, — говорит Родрик, — не ожидал от вас такой непоколебимости. Честно говоря, был уверен, что вы покорно принимаете все, что отпускает вам судьба.

— На основе чего вы сделали такие выводы, советник?

— На основе того, что моя служба узнала о вас.

— Так вы следили?

Он закатывает глаза.

— Не следили, а собирали информацию. Такая информация есть на каждого дракона в империи, и в этом нет ничего особенного.

Он входит в комнату и машинально наливает себе в стакан выпить. Его руки едва заметно трясутся.

— Простите, — говорит он устало, — я на ногах уже четвертый день, и почти все это время в форме дракона. Это очень выматывает, думаю, вы понимаете. Я облетел почти все провинции за эти дни. Удивляюсь, как вам удалось укрыться так эффективно, что никто не смог найти вас здесь. Ведьа тут же были мои люди, они должны были вас почувствовать.

— А это не так? Вы были где-то еще?

— Она спасала своих детей, — вмешивается в разговор Суинберн. — Садитесь, советник. — Он показывает советнику жестом, куда ему сесть, и тот благодарно опускается в кресло. — Я прикажу принести вам еды.

— Благодарю вас, благородный дракон, — говорит Родрик без тени иронии. Я замечаю, что его отличает какая-то странная непривычная черта. Он относится к Суинберну, как к равному, что совершенно удивительно на фоне других золотых драконов, к заносчивости и высокомерию которых я уже привыкла. Советник, несмотря на свое высокое положение и чин, вел себя совсем не так, как делали другие золотые, и признаться честно, это немало меня к нему расположило.

— Спасали детей? — Родрик снова переводит взгляд на меня и вопросительно поднимает бровь. — Мне бы хотелось узнать подробнее.

Я рассказываю ему все с самого начала, как в мою комнату влетели вороны и как заставили меня отправиться к вулкану. Рассказываю о том, что там произошло, не торопясь, но и не затягивая.

Когда я заканчиваю, Родрик удивленно качает головой.

— Если хотя бы десятая часть из этого правда, вы самая удивительная драконица из всех, кого я знаю.

— Видимо, вы не знакомы с Сильвией Гарден, — говорю я с горечью. — Вот она действительно обладательница огромных талантов.

— Как же не быть знакомым? Конечно знаком. Она сейчас в замке, гоняет имперскую гвардию по своим поручениям и купается в своих пятнадцати минутах славы. Редкостная змея, если хотите знать мое мнение.

— Она в замке? Что она там делает? И она не арестована?

От неожиданности я чуть не выкрикиваю эти слова, спохватываясь в последний момент.

В комнате повисает страшная тишина. Теперь потрескивание дерева в камине не кажется уютным. Теперь кажется, что это потрескивание предвещает недобрые события.

— Император принял смертный вызов, — глухо говорит Родрик.

— Смертный вызов? — спрашиваю я чуть ли не шепотом.

— Айвен Райт, или… Я даже не знаю, как его называть теперь. Вызвал императора на поединок, который состоится совсем скоро.

— Нельзя этого допустить, — говорю я, чувствуя, как все внутри меня холодеет.

— Вызов произнесен при свидетелях. — Родрик морщится, когда гоорит это. — Император слышал его и принял. Ничего нельзя остановить. Скоро один из них будет мертв.

— Нет, нет, — я закрываю глаза руками. — Мы должны что-то сделать…