Глава 31

Выглядываю из ванны, Антоша всё ещё сладко сопит, Ирину Николаевну тоже не слышно за дверью, значит, могу спокойно привести себя в порядок.

Я получила столько комплиментов, что решила выложить первую фотографию. У меня в фотоплёнке ничего подходящего не нашлось, только фото в зеркало, но они скорее как отчёт.

Кручу себе мягкие волны, затем делаю макияж без макияжа и сейчас запрягу няню меня фотографировать.

Хотя и у Антоши хорошо получается, я с его ракурса сразу высокая и длинноногая.

Переодеваюсь четыре раза и каждый раз иду на балкон посмотреть, как мой образ смотрится на фоне вида, чтобы было контрастно, но гармонично.

Наконец я довольна получившимся визуалом. Как раз и Ирина Николаевна выходит.

Показываю ей, что Антоша спит, и зову на балкон.

— Ирочка Николаевна, выручайте, мне надо сделать красивые фотографии!

— Ой, Леночка, я же и не умею толком, ты это… говори, направляй, что делать-то надо.

Спустя двадцать минут мне всё не нравится. Я вроде и стою рабочей стороной, и позы расслабленные и естественные, а всё выглядит словно альбом моей мамы на «Одноклассниках».

— Так, Ирина Николаевна, вы стоите здесь, — даю чёткие указания, — телефон вообще никуда не отводите, и записываете меня на видео. А я потом сделаю скриншоты и выберу удачные кадры.

— Что сделаешь?

— Из видеокадров сохраню фото, — терпеливо объясняю.

Идея с видео оказалась чрезвычайно удачной, отпускаю няню собираться. Она, наверное, чуть не описалась, пока меня фотографировала, я ей даже умыться не дала…

Неудобно, но могла бы и сказать.

Протягиваю ноги на шезлонге, невольно вспоминаю нашу с Олегом ночь и отбираю кадры.

Я такая соблазнительная на видео. Мне кажется, он во мне какие-то чакры нижние раскрыл. Смотрю на себя и сама себя хочу.

Отправляю фото сначала ему.

Присылает в ответ фото со своим бугорком под одеялом.

«Ты куда сбежала? Иди сюда».

«У меня фотосессия. Твои читательницы меня атакуют. Буду играться в блогера».

С одной стороны, это правда как игра. А с другой стороны, я почувствовала какую-то свою нужность и так зажглась. Аж ещё один смысл в жизни появился.

Мой личный. Моя реализация. Стас с его алиментами — это хорошо. Арсений с его поддержкой — очень хорошо, но в глубине души и самой хочется чего-то достигнуть.

А вдруг выгорит?

«Как опытный блогер приглашаю тебя к себе на личную консультацию».

Закусываю губу и прикидываю, успею ли я «проконсультироваться» до завтрака. Бельё мигом становится влажным. Что он творит…

И пока я думаю, слышу, как Антоша проснулся и меня зовёт из номера.

«Заманчиво, но Тоха проснулся. Встретимся за завтраком. Через минут двадцать спустимся».

Загружаю фотографию. Что ставить в подпись, не знаю, потом разберусь.

Пока одеваю и умываю ребёнка, телефон постоянно позвякивает. Меня даже раздражать это начинает, и я выключаю звук.

Когда я спускаюсь в ресторан и в нос бьёт запах выпечки, кофе и чего-то ещё, что отчётливо выдаёт отельный завтрак, рот наполняется слюной.

Я такая голодная, готова целиком ягнёнка заточить.

Смотрю, что Олега нигде нет, прошу у бармена капучино и залпом выпиваю с гигантским малиновым макаронсом.

Вот придёт, и буду есть яйца с сырами, но в этом удовольствии я себе отказать не могу.

Как только официант уносит у меня пустую тарелку и чашку, появляется Олег. Как я ловко…

Наклоняется, в нос сразу бьёт аромат его геля для душа с ветивером, ванилью и лимоном, обнимает сзади и целует в щёку так чувственно, что я готова пожертвовать завтраком ради его наставлений.

— Красавица, а ты чего не ешь?

— Тебя жду, — кокетничаю.

— Ну, пойдём, — протягивает мне руку.

Я отдаю свой завтрак в полное ведение профессионала, а сама снимаю в сторис то, что он кладёт.

И снимаю красиво, чтобы читательницы заценили красивые руки с выпуклыми венами, дорогие часы, загар и аристократичные пальцы своего гуру.

Он вообще им ничего не показывает, а я, не нарушая его анонимности, даю им его частичку.

Результат не заставил себя ждать. Реакции сыплются одна за другой. Подписчики прибавляются каждую минуту.

У меня их уже полторы тысячи, помимо моих двухсот реально знакомых.

Хвастаюсь Олегу, и он меня подбадривает.

Так как у нас до вылета не так много времени, мы договариваемся просто погулять у моря.

— А ты плавать не пойдёшь?

— Я уже. Кое-кто меня бросил, так что я сбросил напряжение в бассейне.

В этот момент Ирина Николаевна стыдливо опускает глаза и поджимает губы.

Ой, смешная. Ну не поесть рапанов же мы летели…

После завтрака сразу идём гулять. Олег снимает мне рилс, в которых я ничего не понимаю, и грузит.

Носится по пляжу с Антошей на руках и украдкой меня целует.

По пути в аэропорт я уже визуализирую новое путешествие.

Так здорово взять и сменить картинку, пусть и всего на два дня. Зато впечатлений сколько, а главное, насколько быстрее проходит сближение.

Антоша устал на пляже и вырубился в машине, и я всю дорогу шепчу Олегу благодарности.

Прилетаем уже поздно. Я не напрягаю ни Олега, ни Ирину Николаевну и заказываю нам с сыном отдельное такси.

Няню отправляю домой и даю два выходных.

— Красавица, когда сможешь уделить мне время? — Спрашивает на прощание Олег, сажая меня в такси.

— Только в среду, всё время буду с Антошей.

— Хорошо. Я что-нибудь нам в среду придумаю интересное.

Целует так, чтобы я только о нём все эти дни и думала, и отпускает.

Антоша снова сразу вырубается, и я всю дорогу общаюсь со своими новыми «подружками» подписчицами.

Никогда не думала, что буду получать такое удовольствие от общения с незнакомыми людьми.

Дорога проходит незаметно, оборачиваюсь, понимаю, что мы проехали весь МКАД практически и скоро будем съезжать на шоссе.

Снова утыкаюсь в телефон, пересматриваю видео и фото, погружаюсь в уже дорогие мне воспоминания и улыбаюсь.

Высвечивается звонок. Наша поселковая охрана. Странно.

— Алло!

— Здравствуйте! Это Андрей с КПП вас беспокоит.

— Вы записаны, да. А я как раз хотела пропуск заказать.

— Ааа, так пропустить эту девушку?

— Какую девушку? Я про своё такси, в котором еду.

— А, это вы отдельно оставьте заявку. Да, тут приехала девушка, говорит, к вам, требует впустить.

Что за девушка? Не понимаю. Лиза моя что ли?

— Андрей, а поконкретнее? Она что-то сказала?

— Ну, это самое… Какая-то она взвинченная, скандальная. Только фамилию вашу твердит. Ну, она это… Рыжая и беременная. Оттого и нервная, вот.

Рыжая и беременная… Интересно.

— Пропустите. И да, «Мерседес» три восемь шесть сразу выпишите для меня.

— Принял!

— Хорошего вечера!

— И вам!

Звоню Лиле и прошу, чтобы она через двадцать минут с Ренатом подошла к моему дому. Я совершенно не понимаю, что Исхаковой понадобилось.

Что-то мне подсказывает, что Стасу звонить не надо.

Я настолько взвинчена, что звоню маме. Не разговаривала с ней два дня. Хотя бы её новости послушаю, отвлекусь и скоротаю время.

Прощаюсь, как только въезжаем в посёлок.

У моего забора стоит Катя, прислонившись к воротам. Она с двумя жёлтыми чемоданами XL.

Что за цирк?

Прошу водителя затащить мне чемоданы в дом, приглашаю за собой Катю и несу на руках спящего сына.

— Подожди в гостиной, я его уложу.

Я с ней не здороваюсь, не интересуюсь, зачем она припёрлась с чемоданами, я просто делаю свои дела.

Быстро раздеваю ребёнка, натягиваю пижаму и спускаюсь к любовнице.

Понимаю, что у меня эмоций ноль, любопытство распирает, да, но я абсолютно спокойна.

Полагаю, это тоже заслуга Олега. И как мужчины, и как нутрициолога.

— Выпьешь что-нибудь? — Спрашиваю, заходя на кухню.

— Нет, у меня своя вода, спасибо, — поднимает бутылку и показывает.

— Тогда рассказывай.

— Я привезла тебе вещи твоего муженька. Забери его обратно и пусть больше вообще ко мне не приближается. Знать его не хочу.

Я отворачиваюсь, чтобы скрыть ухмылку.

Стасик, Стасик…

Никому оказался не нужен.

— А что так?

Кате, видимо, нужна поддержка. Реально. Я это чувствую на каком-то особом уровне. Она приехала не ради этого спектакля с чемоданами, она приехала к единственной женщине, которая её может понять.

Она поднимает на меня глаза и рассказывает, а потом и показывает в красках о случившемся.

Катя подала Стасу ужин, а сама пила чай. Подошла и выбросила чайный пакетик в раковину.

Я ухмыляюсь, Стас на это уже жаловался. Видимо, всё, не вытерпел.

Становится жутко интересно, что же он вытворил.

— И что? — Спрашиваю, чтобы подогнать её. Видно, как ей тяжело даётся рассказ и она нервничает. Понимаю, всё переживает заново.

— И он яростно вскакивает, хватает этот пакетик и кидает мне в лицо! Орёт, что я тварь. А затем садится как ни в чём не бывало за стол и продолжает ужинать.

Катя говорит это всё совершенно бесцветным голосом. Мне, с одной стороны, смешно. Пакетик чайный в лицо. С другой понимаю, насколько это, наверное, унизительно и дико, когда ты не слушатель.

— Да, Кать. Стас очень сложный. Я такого, благо, с ним не переживала. Но он не тот, кем себя выставляет на людях.

Никогда не думала, что я буду на своей кухне успокаивать любовницу мужа, а потом и вовсе просплетничаю с ней пол ночи.