Глава 32

Уже два часа ночи, а Катя всё выговаривается и выговаривается.

Олег звонил, скинула и быстро описала ему ситуацию, ржёт надо мной и схему бадов ей предлагает для спокойствия.

А ещё его очень заинтересовала её натальная карта. Удивительный он, конечно, препарирует людей и изучает их паттерны. Я на всё смотрю с совсем обывательской точки зрения, а у него сразу и гормоны, и гены, и звёзды в ряд выстраиваются и объясняют, что да почему.

— Я думала, женю на себе Шведова, и вообще проблемы в жизни закончатся, — всхлипывает Катя, растянувшись на диване.

— Надо было тебе сразу Арсения соблазнять, он, кстати, классный, но со своими приколами тоже, — смеюсь над ней.

Просто дура дурой. За все эти часы я полностью пересмотрела к ней отношение.

До всей этой ситуации я же считала её нереально крутой. Даже в пример своей младшей сестре ставила. Думала, что, пока я всем жертвовала ради Стаса и дома сидела, она реализовывалась и строила карьеру.

Обеспеченная, независимая, молодая. Да я ей даже немного завидовала в глубине души.

А она дура. Просто беспринципная. Никакого ума я не вижу у неё. Да, она ответственная и исполнительная, чёткая, на этом всё.

Может, я, конечно, её обесцениваю и незаслуженно, но мне стало намного легче. И опять убеждаюсь, что мне надо начинать заниматься собой и своей реализацией.

Ещё больше вдохновения и уверенности ощутила от разговора с ней.

— Да-а? — На полном серьёзе спрашивает, манерно растягивая слова.

— Да, — недружелюбно бросаю, — Кать, я спать хочу. У меня очень насыщенные дни были, понимаю, что тебе тяжело, но как бы…

Замолкаю, продолжать не хочу, жду, когда она сообразит, что пора и честь знать.

— Лен, мне некуда идти. В моей квартире Стас, можно я здесь переночую? Я утром уеду, обещаю.

Эта наглая морда смотрит на меня невинными глазами и поглаживает живот. Сама невинность…

— Спальня на первом этаже. В комоде чистое бельё, если не брезгуешь, можешь не менять. Там Стас один раз спал.

— Стас здесь спал? — С удивлением спрашивает.

— Да. Лучше тебе не знать, что он мне предлагал в ту ночь, — интригую, — хотя нет… Лучше знать, потом спасибо ещё скажешь. Он предложил выбить для тебя должность в Дубае, а Лизу твою нам оставить.

Разворачиваюсь и поднимаюсь на второй этаж, оставляя её с горькой правдой о моём муже.

Тошно от него настолько, что аж слюна становится неприятного вкуса. Что за реакции организма такие?

Зато, когда я поднимаюсь на второй этаж, от Олега прилетает сообщение, и негатив мигом сменяется приятным волнением.

Просыпаюсь от вибрации телефона.

— Да?

— Мася! Масенька! У меня жопа!

Мои глаза закрыты, я всё ещё не хочу просыпаться, но даже в таком состоянии они закатываются от голоса мужа и его сюсюканий.

— Что у тебя, Стас?

Неужели он мне будет сейчас жаловаться на Катю?

— Катя вчера психанула и сбежала. Знаешь, я с одной стороны рад, но она же беременна, дома её нет, я волнуюсь.

— Катя психанула? — Глухо смеюсь и ёрничаю.

— На ровном месте вообще. Сама виновата. Долгая история…

— Стас, я эту долгую историю вчера слушала до половины третьего ночи. Она спит в гостевой. Приезжай, забирай её и свои вещи, которые она мне обратно привезла.

— А, она у нас, — говорит так, будто это что-то само собой разумеющееся, — ну так что? Скажи, она ебанутая? Задолбала уже со своими пакетиками!

Нет, ну он непрошибаемый. Мы могли с ним так поржать над друзьями и знакомыми, конечно.

И я даже любила его чувство юмора, пропитанное сарказмом, но тут…

— Стас, ебанутый тут только ты. Наглухо!

— Мась, — обиженно тянет муж.

Уверена, обида не на оскорбление, а на то, что не сплетничаю с ним о его же любовнице.

— Стас, давай, приезжай и забирай свою Исхакову. И будь хорошим мужем, купи своей жене капучино в «Кофемании». А, и возьми в «Мираторге» мне стейков и фарша. И карпаччо возьми. И если молочный ягнёнок будет, тоже возьми.

— Да, масенька, всё сделаю. Целую тебя, — голосом побитой овечки блеет по ту сторону телефона.

Откидываюсь на подушку с желанием ещё поспать, но абсурдность ситуации, в которой я живу, не даёт.

Прикрыв глаза ровно на минуту, открываю их и с боевым настроем вылезаю из кровати.

Нахожу красивый комбинезон для йоги, беру коврик и иду в свободную комнату растягиваться.

Заодно и сторис своим новым подружкам-подписчицам запишу.

Включаю курс, который подарила себе сама на восьмое марта, и тянусь под наставления приятной девушки с экрана.

На заминке вижу в зеркале отражение с улицы, Стас подъехал. Уложился в полтора часа, красавчик.

Резко встаю, чтобы быстро переодеться, а потом кидаю на себя взгляд в зеркало и понимаю, что нет…

Буду мозолить ему глаза. Тем более у комбеза такая плотная ткань, что я сама себе кажусь фитоняшкой.

Фотографируюсь в зеркало и отправляю Олегу. Надо похвастаться, что я натощак занималась.

Дожидаюсь, когда Стас сам откроет дверь, и только потом спускаюсь.

— Привет! Ты меня отвлёк от йоги, — выхожу в холл с очень деловым видом.

Стас замирает с букетом цветов и пакетами из супермаркета и смотрит на меня с обожанием.

— Масечка, какая ты у меня пуси-мусечка!

После строгого Олега меня от манеры общения Стаса коробит. А раньше нравилось…

— Нравлюсь? — Задаю вопрос в лоб, копируя стиль своего любовника, и выпячиваю грудь с молнией вперёд.

— Мась…у меня слов нет. Я так соскучился по тебе. Катя ещё спит? Может, наверх поднимемся?

Смотрит на меня, как голодный пёс.

— Ты идиот, Шведов? — Забираю букет из его рук, разворачиваюсь, прохожу на кухню.

Только потом до меня доходит, что, может, он его Кате привёз… Да плевать, новый купит.

— Ну, Мась, — плетётся с пакетами у меня за спиной.

— Стас, отвянь. Иди буди свою чайную разбойницу и вали.

— Мась, ты чего такая грубая стала?

— Хищницей стала, — демонстрирую ему паски с мясом и улыбаюсь.

— Меня так к тебе тянет, — шепчет на ухо, вдавливая в стену у холодильника.

Раздражённо вздыхаю и слышу, как щёлкает дверь гостевой.

Стас тоже слышит и сразу отшатывается. А есть плюсы в нахождении Исхаковой здесь.

Продолжаю раскладывать продукты, саму же распирает посмотреть на предстоящий спектакль.

Если она сейчас вышла, может, она и наш разговор слышала в прихожей? Хорошо бы…

Нравится мне моя игра. С Катей в хороших отношениях, со Стасом в хороших. Его провоцирую, её подначиваю. Что-то из этого да выйдет.

— Зачем ты его пустила? — С наездом заходит Катя на кухню.

Нет, ну нормально?

— Он сам вошёл, это пока его дом, — стараюсь ответить непосредственно, хотя за хамство и хочется ей настучать по тыкве.

— Масенька, нам надо поговорить!

— О чём, Стас? — Спрашиваю и осекаюсь, понимаю, что это он к Кате обращается. Она тоже масенька?

Швыряю тряпку, которой протирала столешницу, и быстро покидаю кухню.

Почему-то этот факт меня выбивает из колеи.

— Я в душ, закройте за собой дверь, — кричу с лестницы, еле контролируя голос.

Чёрт! Чёрт! Чёрт! Забегаю в кабину, включаю горячую воду, сдираю с себя тесный комбинезон, который прилип к телу, и вбегаю под обжигающие капли.

Даю волю слезам. Сколько бы я ни храбрилась, мне больно.

В моём доме, на моей кухне он называет масей другую…

Сколько я буду в такую продвинутую бывшую жену играть? Ещё и приняла эту змеюгу. Это явно оргазмы меня мозгов лишили. Такой доброй и пофигистичной стала.

Нечего её жалеть!

С намерением выгнать их к чёртовой матери вылезаю из душа, быстро переодеваюсь и спускаюсь вниз.

Никого. Но вещи стоят. Обувь стоит.

Подхожу к двери на террасу и вижу их. Ссорятся, как итальянская семья. Машут руками, орут, аж слюнями брызгаются. Уф.

Возвращаюсь на кухню за своим кофе, подхожу к окну, из которого меня не видно, и наблюдаю за этим немым театром.

Хватает её за запястья, она замахивается. Ну точно, Олег был прав. Со мной душка, потому что теперь там всё получает…

Телефон загорается от уведомления. Лиля присылает фото. Смеюсь.

Она смотрит тот же спектакль, что и я, но только со своего балкона.

Я их с Ренатом вчера выпроводила, когда они пришли меня проведать. И теперь Лиля в шоке, что Катя всё ещё здесь.

Я готовлю себе завтрак, уже спускается Антоша, и я кормлю его, а страсти на террасе всё не стихают.

Хорошо, у нас окна хорошие и ничего не слышно, ребёнок даже не подозревает, какой цирк там происходит.

Когда Антоша заканчивает завтрак, наконец отворяется дверь с улицы, и они возвращаются.

Стас довольный бежит к сыну, расспрашивает его о поездке, что-то рассказывает и весь растворяется в нём.

Смотрю на Катю, довольная и спокойная.

— Ты не нальёшь мне воды? — спрашивает у меня вкрадчиво.

— Пожалуйста, — подаю стакан и молчу. Думаю, как её потактичнее выгнать.

— Спасибо. А мы со Стасом летим на Мальдивы скоро. В One and Only?

Ах ты урод…

— Стас, — расплываюсь в улыбке, — это ты решил вместо меня взять Катю теперь?

— Мась…Лен, — осекает меня муж.

Цирк. И это после того, что я ей рассказала, как он хотел её ребёнка лишить. Терпила…