Глава 41

— Давай! Поехали! Взгляд в асфальт и затем на меня. Смотри. Томно! Да! Пошла! — Командует мной видеограф-рилсмейкер Гриша.

Теперь дважды в неделю мы с ним встречаемся и снимаем видео по пять-шесть часов в день для моих соцсетей.

На этой неделе мы уже третий раз работаем, потому что в Испании я планирую отдыхать, хоть и буду снимать практически свой каждый шаг.

Кто-то думает, что это работа мечты – фотографируйся весь день и рекламируй всякую ерунду, но нет, это настоящий труд. Это множество подводных камней и настолько энергозатратно, что по воскресеньям, когда я отдаю Антошу Стасу, я просто лежу с закрытыми шторами и ничего не делаю. Даже от Олега в этот день отдыхаю.

После съёмок, как всегда, иду с Гришей поесть и отсмотреть материал.

— Как ты так много ешь и такая стройная? — Смотрит со скепсисом на мой заказ видеограф.

— Это мой первый приём пищи за сорок восемь часов. Я закрываю голодное окно. Раз в неделю сорок восемь часов, в остальные дни восемнадцать часов. Всё просто, — объясняю то, что он уже раз десять должен был послушать на видео, пока монтировал.

С удовольствием накидываюсь на омлет с сыром, салат с авокадо и спаржей и стейк. Потом поеду на бокс.

Уже месяц занимаюсь три раза в неделю, и хочется ещё больше. Я ненавижу беговую дорожку, ходить двадцать тысяч шагов сейчас жарко, а вечером я хочу побыть с сыном, а вот бокс — прекрасное кардио. И со стрессом прекрасно позволяет бороться. Самая лучшая разрядка для меня.

Выбесил Стас — еду на тренировку. Привередливый клиент взял рекламу — на тренировку. Катя чудит — на тренировку.

А потом сутки приподнятое настроение, энергия бьёт ключом, и жизнь прекрасна.

После бокса мчусь скорее домой. Состояние обалденное. Уже несколько недель пребываю в состоянии абсолютного счастья. Мой тренер меня хвалит. Олег любит и не давит.

Мои подписчицы дают мне столько любви и поддержки, буквально в ней меня купают, что я сама хочу отдавать еще больше.

Ну а первые успехи, первые собственные деньги дают чувство опоры и силы. Понимаю, что это только начало и что я справляюсь. Еще немного, и я буду полностью в состоянии обеспечить своего ребёнка, хоть этого от меня и не требуется.

За три месяца я стала другой. Думала, что развод — это конец, а оказался, как ни банально, началом. Началом новой меня. Улучшенной меня.

На шоссе даже притапливаю. И няню пора отпустить уже, и курьер должен приехать с купальниками. До Марбельи чуть больше недели, я практически собралась, остались совсем мелкие дела.

У ворот стоит «Панамера» Стаса. Очередной внеплановый визит. Заезжаю на территорию и вижу, что они с Антошей в патио что-то жарят.

— Мамочка! — Несётся ко мне со всех ног сынок и чуть не сбивает, — папа приехал! Мы жарим маршмеллоу!

Мы обговаривали со Стасом, что ограничим ребёнка в сладостях. Тем более вечером. Сахар слишком его возбуждает. Но портить сыну досуг с отцом не хочу и ничего не возражаю.

Антоша берёт меня за руку и важно ведёт к своему отцу.

— Мася! Моя самая красивая!

Закатываю глаза. Он угомонится?

— Стас, четыре недели, и я не твоя официально!

— Ты всегда будешь моей бэби-мамой, — улыбается, — переворачивая шпажки с зефиром и печеньем.

Ой, нашёлся бык-осеменитель.

— Ещё скажи первой бэби-мамой.

— Именно и единственно любимой.

Благо, я после бокса и просто тихо угараю над его идиотизмом.

— Ты отпустил Ирину Николаевну? Где она?

— Да. Вызвал ей такси.

— Ладно, жарьте тут, я пойду продукты разберу и ужин себе приготовлю. Ты голоден?

— Да, мась. Я так скучаю по твоей еде.

Ничего не отвечаю и ухожу в дом. Я практически привыкла к его поведению. Мне порой действительно кажется, что Стас хотел настоящий гарем, чтобы все его любили, холили-лелеяли, в рот заглядывали и дружили ещё между собой, но так, чтобы он соперничество всё равно чувствовал и поощрял по очереди.

Приезжает курьер, я как сумасшедшая ношусь по дому и примеряю вещи из заказа. На всё про всё у меня пятнадцать минут.

Стас с Антошей возвращаются раньше, и будущий бывший муж не устаёт делать мне комплименты.

Всё равно приятно. Пусть смотрит, как я поработала над собой.

— Мась, я тебе сейчас денежку на все купальники скину!

— Стас, да не надо! Спасибо! Я уже себе точно могу позволить купальники покупать сама.

— Мась, ну сделай папочке приятно, — смотрит так умоляюще, что вариантов не оставляет. Кто я такая, чтобы ему отказывать?

Вместе готовим ужин, я делюсь с ним своими успехами, и он вроде даже рад и горд за меня.

В голову закрадывается мысль, что постепенно всё уляжется и мы сможем цивилизованно общаться семьями, растить вместе ребёнка и найти баланс.

Как бы Антоше не нравилась компания Олега с Никитосом, с папой он просто готов лопнуть от счастья. И ради него нам надо научиться жить дружно.

Надеюсь, и Катя к этому придёт и сможет с моим ребёнком найти общий язык. Это очень важно.

Пока я убираю кухню, Стас идёт укладывать Антошу спать.

— Чай будешь? — Спрашиваю, когда Стас спускается вниз.

— Давай. Наша традиция с тобой, да?

— Да, — завариваю чай без лишних сантиментов. Все наши традиции и ритуалы он всё-таки пустил коту под хвост.

— Я соскучился, мась! Ты скучаешь по мне? Жалеешь?

— Стас, прекрати! Бесполезный разговор. У тебя ребёнок вот-вот родится. К чему это теперь всё? Живём дальше.

— Нам же хорошо было, — вздыхает, крутя чашку в руках.

— А теперь ещё лучше, по раздельности.

— Ты меня ранишь, Лена, своими словами.

— Стас? — Рявкаю на него, — а ты меня не ранил?

— Ранил, мась, ранил. Ладно, не бурчи, я тебе наличные привез на Испанию. Точно машину не надо арендовать?

— Точно. Спасибо тебе! Ты к нам прилетишь?

— Не знаю, мась. Думал с вами туда полететь, чтобы всё тебе организовать, помочь.

— Да, можно, мне не помешает твоя помощь, — честно признаюсь.

Я не знаю никого более организованного и заботливого, чем Стас. Что есть, того не отнять. Думаю, Олег не будет против. В конце концов это мой комфорт.

— Ну и дела есть в Марьелье. Катя хочет полететь туда, как родит или через месяц, и первое время пожить там.

— Неплохая идея, — отвечаю, будто мне это параллельно или даже интересно. Благо родит она в августе. Ну что за манера со мной обсуждать планы своей любовницы. Даже бокс не помогает, и хочется ему стакан об голову разбить.

— Да! Здорово! Я знал, что ты не будешь против!

— А я тут причём? Каким образом меня это касается? — Непонимающе спрашиваю.

Я надеюсь, он сейчас не выдаст ничего из оперы: «А я пока с вами в Москве поживу».

— Как причём? Она будет жить в наших апартаментах. Думал, тебя надо поставить в известность.

У меня аж воздух от возмущения будто выкачивают из грудной клетки. Стою и как рыба, выброшенная на берег дышу, а сказать ничего не могу.

— В наших? — Выдавливаю из себя.

— Да. Как раз место и для няни есть. Можешь Ирину Николаевну и не отправлять в Москву. Я с ней уже договорился, будет и Лизочка растить. Зачем она тебе осенью, Антон в сад уже пойдёт.

Сажусь на стул и пытаюсь переварить услышанное. Он решил поселить свою любовницу с бастардом в моих апартаментах, да еще и няню у меня украл? Да, может, она мне и действительно не нужна будет с сентября, но сам факт. Он просто мне сообщил это как данность. Не обсудил, не спросил.

Делаю дыхательную практику и пытаюсь успокоиться, пока он на меня смотрит как на дуру.

Как чувствовала, что он не просто так приехал.

Стас такой Стас. А Ирина Николаевна? Ну хоть бы написала мне. Ну как так можно?

— Стас, какого чёрта ты решил поселить свою Катьку в моей квартире? Мне и Антоше её подарил Арсений! А не тебе и твоим бэби-мамам. Понимаешь разницу?

— Ты не охерела от наглости? Это мой брат в первую очередь, и он подарил её нашему ребёнку, а ты зажралась уже. Тебе всё досталось. и всё мало, мало. А я с голой задницей от тебя ушёл.

Ни слова не сказал.

— С голой задницей? Это ты так квартиру в Сколково и двадцать пять лямов за дом называешь?

— Да я смотрю, ты счастлива и в ус не дуешь! — Начинает истерично смеяться. — Всё при тебе! Выскочила замуж, тебя упаковали с ног до головы, а потом вовремя соскочила, всё прибрав к рукам, и прыгнула на очередной питательный хуй. Зря я на это всё согласился. Я и подумать не мог, какая ты меркантильная, Лена!

— Что, прости? Ты сейчас из себя жертву строишь? То есть ты завёл любовницу, а соскочила я?

— Да ты и рада, что я её завёл! Ты единственная в выигрыше в этой ситуации. Абсолютно бесполезная тёлка, которая из себя нихуя не представляет. Родила ребёнка, сбагрила на няню и крутит жопой в видосиках! Блогер, блядь!

Понимаю, что Стас просто бесится, потому что действительно я не страдаю. Сейчас меньше от него завишу. Выгляжу лучше, чем когда либо, да ещё и самореализовалась.

— Так ты поэтому мне изменил и параллельную семью завёл, Стас? Потому что я бесполезная тёлка? Может, прекратишь ездить тогда ко мне? По ночам звонить? Сумки дарить?

— Не прекращу, Лена! Не прекращу!

Стас подрывается ко мне, бросается в колени, начинает как сумасшедший целовать мне ноги, я даже отреагировать не успеваю, как он разводит их и начинает зацеловывать внутреннюю поверхность бедра.

— Стас! — Резко встаю. Я его не боюсь. Я теперь сильная. — Уходи немедленно!

— Масенька! — Выпрямляется и бросается за мной.

— Стас! Умоляю! Уезжай домой! И передай своей шлюхе, чтобы искала себе апартаменты в Испании сама! И на моё пусть рот не разевает! Достаточно, что она тебя увела! Спасибо! Хватит!

— А! Так ты ей благодарна? Так и знал! Сука! Слила меня! — Лупит по стене и картинно садится в кресло, будто я ему сердце только что разбила.

— Да, слила! И это самое правильное, что я сделала в жизни! Проваливай давай! Сын спит! Нечего тебе здесь делать! — смотрю на него с вызовом. Псих! Совсем с головой не в порядке.

— Надо было всё у тебя отжать, неблагодарная корыстная сука!

— Да! Я такая! Вали! Отжимай!

— Я еще подам на раздел имущества! Еще время есть! — Стас подрывается с кресла и направляется на выход.

— Подавай! Я Арсению расскажу, как ты его наебал с домом!

— Да он тебя даже слушать не будет! Ты, блядь, кто для него? Никто!

— Да! Да! Никто! Поэтому он BMW мне подарил! — Выпаливаю и понимаю, как подставила себя, его. Вот это облажалась!

— Что? — Стас начинает хохотать, как одержимый бесом. — Тачку тебе подарил? За сколько? За полтос? И ты решила, что имеешь ценность для него?

— Да! Имею!

Я это говорю ему назло и сама понимаю, как это глупо. А с другой стороны, плевать. Пусть знает.

— Ой, дура! Ты что решила, что ему твоя пизда нужна? Никому ты нахуй не сдалась! И своему трейдеру ссаному не сдалась. Арс просто страхуется, пока мы не разведёмся. Тачка и апарты с домом — это меньше полумиллиона. А активов на десятки. Ой, тупая!

— Вот и вали к своей острой!

Хлопаю дверью так, что чуть пальцы ему не отсекаю. От его грязных и обидных слов всю трясёт от злости и ненависти! Разрывает от рыданий.