11

11

– Кто? – обернулась сестра. – О ком ты?

Но я уже не могла договорить. Меня затрясло от страха. И неважно, что я была не одна, но страх не спрашивает, когда приходить.

Мужчина на крыльце напомнил того самого убийцу, которого подослала мне Вероничка.

Слишком запомнился этот пронзительный взгляд и тонкие губы, виднеющиеся из-под темного капюшона.

Так быстро, как только могла, я припустила к ближайшей машине такси.

Мужчина пошел за нами. И это не оставило ни малейших сомнений.

Мы запрыгнули в первое попавшееся авто. Даша назвала адрес, и мы выехали с парковки.

С тревожно бьющимся сердцем я следила, как фигура незнакомца скрывается за поворотом.

И как теперь жить, зная, что меня караулит этот головорез? Вероничка серьезно взялась за дело, она меня в покое не оставит.

И как теперь быть?

Я невольно закрыла глаза, тяжело дыша. По позвоночнику холодом полз страх.

Хотелось плакать, звать на помощь, и оказаться за тридевять земель отсюда.

Пока мы ехали на другой конец города в квартиру сестры, я рассказала ей в подробностях всё, что случилось.

И про неудавшийся день рождения, и про пьяного Влада, который признался в измене, и про Вероничку, и про нападение.

Даша сидела, глядя на меня широко открытыми глазами, будто не веря, что я пересказываю ей события из жизни, а не какой-то остросюжетный сериал.

– А еще, кажется, я видела этого мужчину, который пырнул меня ножом, на крыльце больницы.

Сестра нервно сглотнула.

– Так, – прошептала она хриплым голосом, – сначала к следователю. Пойдем вместе, мало ли. Я бы посоветовала тебе сменить внешность на всякий случай. Может, волосы перекрасить… и не показываться из дома, Сонь. Это какая-то дикая жесть. И после всего, говоришь, он хочет вернуть тебя домой?

Я кивнула. Самой не верилось.

– Если это любовь, – покачала головой сестра, – то какая-то странная. Я бы даже сказала, больная.

В этом я не могла с ней не согласиться.

– Все будет хорошо, – заверила Даша, – главное теперь не открывать ему дверь.

Очень постараюсь… Хотя Влад вроде как и не в курсе, где живет сестра. Знает только район и о наличии кошек. А сам ни разу у нее не был.

Так стоит ли переживать?

Только я прекрасно понимала, что стоит. Если насчет прежнего Влада я бы не стала даже беспокоиться, что насчет этого предателя не была уверена уже ни в чем.

Через сорок минут мы были на месте.

Даша жила в новой панельке на седьмом этаже. Довольно тихий спальный район, но со всем необходимым в округе. У подъезда дежурили местные бабушки, делясь сплетнями.

На наше приветствие они ответили нестройным хором, впившись ястребиными взглядами в мой больничный халат и одноразовые тапочки.

А вот это уже нехорошо… если муж вдруг какими-то правдами и неправдами выяснит адрес Дашкиного дома, для него не составит труда узнать и квартиру.

Всего то нужно будет поинтересоваться у бабулек.

Хотя в чем вообще сложность? Стоит всего лишь позвонить нашей маме. Та, добрая душа, тут же выдаст тайну.

Если только мне позвонить ей первой… но тогда придется объяснять, почему я не хочу, чтобы Влад знал, где я нахожусь. А у мамы сердце слабое, ей нельзя нервничать.

Поэтому я не стану посвящать ее в наши конфликты. Да только Влад не станет ее жалеть. Если уж меня не пожалел, то ее тем более.

Мы поднялись на этаж и вошли в квартиру.

Я была у сестры пару раз от силы, но помнила, насколько тут уютно. Дашка всегда отличалась любовью к чистоте и обустройству жилища.

А ее питомцы только добавляли уюта. Три черно-белые кошки, подобранные пару лет назад еще котятами где-то во дворе, тут же направились ко мне и принялись меня настороженно обнюхивать.

Я присела на корточки и погладила шерстяных домоседов. Пушистые осторожничали недолго. Спустя минуту вспомнили меня и заурчали, принялись тереться о ноги.

Дашка улыбнулась.

– Чувствуют хороших людей.

Мой новый телефон был на беззвучном режиме, и потому я не слышала входящих звонков. Решив написать сообщение следователю, заглянула в гаджет и напряглась.

Несколько десятков от Влада. Кто бы сомневался. Не удивлюсь, если скоро он появится на пороге. Только дверь ему никто не откроет.

Сообщение следователю писать было некуда, потому что телефон, который он оставил, оказался стационарным.

Сестра пригласила на кухню пить чай. Она располагалась тут же – в студии не было комнат, только зоны.

– Постараюсь гостить недолго, – улыбнулась я сконфуженно, принимая из рук сестры чашку с горячим чаем.

– Да ладно тебе, – отмахнулась та, – в тесноте да не в обиде. Не чужие люди всё-таки. К тому же давно не виделись. Поделись проблемами, и на душе полегчает.

И правда. Только теперь я могла понять, как это все-таки драгоценно – иметь по-настоящему близкого человека.

– И всё же.

Злоупотреблять гостеприимством не стану. Заберу у Влада свои вещи, рабочий ноутбук, и сниму другое жилье. Может даже в одном доме с сестрой.

К близким людям лучше быть поближе. Особенно в трудные времена. А они у меня сейчас труднее некуда… Нужно многое осознать. Собраться с мыслями и начать новую жизнь, не пуская в нее Влада и все, что с ним связано.

Стоило мне только включить звук на телефоне, как он тут же завибрировал звонком.

Я удивленно увидела на экране входящий от свекрови. А этой что от меня понадобилось? Наверняка звонит по просьбе сына.

Ну или это он сам.

Поговорить? Или не нужно?

Даша развеяла сомнения, предложив:

– Да пошли ты ее уже один раз, второй не позвонит.

Хм… а почему бы и нет.

Я приняла вызов.

– Соня, ты где? – прозвучал из динамика знакомый женский голос.

– Я у сестры, что вы хотели?

– У сестры? – протянула свекровь издевательски. – Это у Дашки?

– Да, у нее.

– Помню, помню. Та самая красавица, которая как ненормальная клеилась к Владу на вашей свадьбе, когда ты бахнула шампанского и ничего уже не соображала. Ну и как она поживает?