- 38 Рамиль -

С момента, как Амина пришла в себя, время летит с какой-то космической скоростью. Дни сменяют друг друга, пока я готовлю все к выписке жены. Дети, к сожалению, пока остаются под присмотром врачей. Цена, которую приходится заплатить за то, что они появились так рано.

Но плевать. Главное, что они живы, и судя по прогнозам специалистов, парни крепкие и отлично справляются, стабильно прибавляя в весе.

После того как Амина согласилась на мою сделку, больше мы к этому вопросу не возвращались. Однако она пусть и ненавязчиво, но все же соблюдает дистанцию.

Зверь внутри меня бесится от этого. Жаждет загнать ее в угол и наконец-то присвоить, убедить, что все куда проще, что теперь все будет иначе.

Но мне приходится сдерживать подобные порывы. И скоро у меня реально будут мозоли на руках от того, сколько я дрочу на собственную жену, которая теперь даже поцеловать себя не позволяет.

Это настоящая проверка выдержки и самоконтроля. Но я терплю, конечно же. Рано или поздно она оттает - я сделаю все для этого.

Сегодня освобождаюсь пораньше и, естественно, приезжаю сразу к жене, чтобы забрать ее, наконец, домой. Амина пока еще не в курсе, что уже вечером мы вернемся в нашу квартиру.

Вот только едва я вхожу в палату, как мгновенно замираю, охренев от того, что вижу. Умом понимаю - это просто тупое совпадение. Амина еще не успела одеться после того, как сцедила молоко нашим малышам, но инстинкты…

Ее обнаженная грудь вызывает охеренное желание подойти и прикоснуться. Ошметки здравого смысла еще как-то мелькают в голове, но я уже понимаю - это пиздец.

Я так соскучился по ней….

Внутри расходятся разряды, бахающие вначале в груди, а затем разлетаются по всему телу.

Амина замирает и смотрит на меня широко распахнутыми глазами, но в то же время я чувствую в ней некое предвкушение. Еще робкое, едва заметное. И это только подстегивает азарт. Все же, как бы она ни храбрилась, связь между нами не исчезла.

Я, конечно, продолбался знатно, неверно расставив в свое время приоритеты, но чувства Амины все еще с ней.

Медленно закрываю дверь, при этом смотрю на нее, не отрывая взгляда. И лишь когда подхожу достаточно близко, жена приходит в себя и судорожно пытается прикрыться, но уже слишком поздно. Я все увидел, и контроль мой…

Он свалил на хер, помахав ручкой.

Единственное, что меня еще хоть немного сдерживает - нежелание как-то напугать любимую женщину.

- Рамиль, ты…

Не даю ей закончить - накрываю ее губы своими и кайфую. Наконец-то она в моих руках. Нежная, податливая. Моя.

Моя-моя-моя…

Стоит прикоснуться к нежной коже, как остатки здравого смысла вспыхивают и превращаются в пепел.

Я до одури хочу ее. Хочу заласкать, залюбить, занежить.

И лишь когда Амина упирается ладонями мне в грудь, я с огромным трудом притормаживаю.

- Ты обещал, - шепчет, а сама смотрит так, что в этот момент я готов ей звезду с неба достать, лишь бы она улыбнулась, позволила больше.

- Прости, я… Соскучился.

Жена нервно улыбается, судорожно поправляет одежду и краснеет. Меня буквально рвет на куски от желания продолжить, но приходится тормозить и напоминать себе о том, что я дал слово.

- Ты сегодня рано, - бормочет Амина, так и не глядя на меня. Вижу, как ее смущение набирает обороты. И мне это пиздец как заходит.

Какая же она…

Моя моя.

- Освободился пораньше. Ты не рада?

- Я… - она осекается, ведь наши взгляды снова цепляют друг друга. - Если бы знала, заранее подготовилась.

- Я совершенно не в обиде, - хрипло выдаю, а у самого перед взглядом та самая картина, что я застал, едва вошел в палату.

Она не отвечает, лишь посильнее запахивает халат. Неловкость, которая возникает между нами, лишь сильнее убеждает меня в том, что все возможно. Гораздо хуже было бы равнодушие.

- Я собиралась к детям. Ты пойдешь?

- Конечно.

Наши совместные походы в детское отделение - отдельный вид кайфа. Рядом с малышами Амина всегда приспускает свою оборону, и я могу позволить себе куда больше. Пусть она и бросает возмущенные взгляды, когда я обнимаю ее, беру за руку, но не сопротивляется. А скоро наши мальчишки доберутся до рубежа, когда смогут поехать домой.

- Они так подросли, - замечает Амина, глядя на старшего. Имена мы так и не выбрали. Я не хочу давить на жену, а она почему-то не торопится с этим.

- Естественно. Им же еще многое надо догнать.

- Я подумала насчет имен, - говорит она. - Как тебе Даян и Наиль?

Тот факт, что она советуется со мной, приятно греет.

- Вполне, - киваю, разглядывая первенца. Он, как и его брат, боец! Уже вот-вот покинет эту стеклянную коробку, и мы, наконец, сможем взять его на руки.

- И все? - неожиданно спрашивает Амина. А я озадаченно смотрю на нее. - Просто вполне? Это вообще-то имена наших детей.

Ее возмущение вызывает у меня улыбку, и я не сдерживаюсь - наклоняюсь и оставляю короткий поцелуй у нее на лбу.

- Я ведь сказал, что приму любой твой выбор. Фамилия - за мной.

Жена едва заметно хмурится. Я не очень понимаю, к чему такая реакция. Лучше было бы, если бы я принял решение сам?

- Если тебе все равно, как их будут звать, так и скажи.

Загадочная женская логика, блядь. Вздыхаю и разворачиваю жену к себе.

- Мне непросто дается все это… Компромиссное. Меня воспитали так, что мужчина все решает сам, а жена - всего лишь следует за ним.

- Ох, ну, конечно, вам же все можно! - возмущается Амина. Даже, кажется, ногой притопывает от эмоций.

- Я уже понял, что тебя не устраивает такое, - примиряющим тоном возражаю ей. - И я учусь действовать иначе. Ты просила свободы, но теперь тебя не устраивает, что я уважаю твое мнение.

- Уважение и безразличие - разные вещи!

Я отлично понимаю, как и что сделать в бизнесе, чтобы заработать больше денег. Но вот эти выверты женской логики для меня черный ящик какой-то!

- Хорошо, тогда просто объясни, чего ты от меня хочешь?

Однако в ответ Амина почему-то молчит, смотрит так, будто ждет чего-то. А затем резко отворачивается.

- Вероятно, ребенку Айзы ты бы выбирал имя с большим интересом.

Чего?!

Дергаю ее на себя. Пожалуй, даже слишком резко - Амина ойкает.

- Какого еще ребенка?! - едва ли не рычу. - У меня дети только от тебя!

- Не знаю, она сказала, что ты признаешь ее сына наследником, если у меня будет дочь.

Мне бы притормозить в этот момент, но раздражение достигает отметки максимум. Я, конечно, сам виноват в ее недоверии, но думаю я совсем не об этом, а о том, чтобы выбить из ее головы эту всю дурь.

Вынуждаю ее посмотреть мне в глазах и буквально вгрызаюсь в ее губы. Жена сдавленно стонет, поначалу даже вроде сопротивляется, но в итоге… В итоге она отвечает на поцелуй, а я, словно одержимый, прижимаю ее к себе, не позволяю даже вдохнуть как следует.

- Рамиль…

У нее расфокусированный взгляд. Потерянная, ошалевшая, такая желанная.

- У меня с ней ничего больше не было. Ни разу. И детей у нас с ней нет, и быть не может. Ясно? Все, что она своим грязным языком наболтала, полная чушь.

- Да, но…

- Просто забудь! - требую я. - Она - в прошлом, и уже давно.

- Как знать, - почему-то все упрямится жена. - Если ты однажды уже…

Снова целую ее, пытаясь переубедить.

- Никогда. Ни с кем. Только ты, - чеканю, когда все-таки отпускаю. - Запомни это.

Амина тяжело дышит, но все же кивает, пусть и неуверенно.

- И насчет имен - мне они нравятся. Все, что я пытаюсь делать - не давить на тебя. Ты сказала, что не хочешь ощущать зависимость от меня. И я пиздец как стараюсь, Амина, хотя каждый гребаный день меня раздирают черти просто взвалить тебя на плечо и утащить домой, чтобы снова присвоить и сделать своей. Понимаешь?

С каждым моим словом в глазах любимой все больше отражаются искренние удивление и шок.

- Кхм-кхм, - тактично покашливает медсестра. - Тут, в общем... Вы не могли бы…

Жена моя краснеет, тут же кивает, и мы покидаем детское отделение.

- Тебе лучше поехать домой, - неожиданно заявляет она, пока возвращаемся к ней в палату.

- Тебе тоже, - улыбаюсь, наслаждаясь ее недоумением. - Тебя сегодня выписывают.

- Но… Подожди, мне сказали - еще пару дней, - испуганно говорит Амина.

- Ты не хочешь домой?

- А дети? Я надеялась начать кормить сама.

- Ты сможешь приезжать к ним каждый день, - заверяю ее. - Неужели тебе не хочется уже вернуться в комфортные условия?

- Мне и здесь вполне нормально, - продолжает упрямиться жена.

- А может, ты просто боишься?

- Чего это? - гордо задирает подборок, но я успеваю заметить промелькнувшее смятение.

- Например, что ты и не так уж равнодушна ко мне, как пытаешься показать, - многозначительно усмехаюсь.

- Не дождешься! Я уже сказала, что не стану тебе женой.

- Как скажешь, Амина. Тебе помочь собрать вещи?

Она все еще упрямится, пытается казаться сильной и самостоятельной, а меня топят нежность и желание заласкать ее, прижать к себе, укрыть от всего мира и… любить.

Как же хочется ее любить.

- Я справлюсь сама.

Я не настаиваю. Учусь же уважать ее желания. Жду в коридоре, а у самого настойчиво звонит мобильный. Третий раз уже Аслан наяривает. Почему, я и так знаю. Но слушать его совершенно не хочется.

Однако тесть не сдается и набирает меня в четвертый раз.

- Сейчас не самый удачный момент, - заявляю сразу, как только принимаю звонок.

- Да мне плевать! - рявкает Шакиров. - Или ты отзываешь своих псов, или пожалеешь.

- Решение принято, - чеканю и сбрасываю звонок. Чего-то такого я и ожидал. Но к черту. Я уже расставил приоритеты.

Не выдерживаю и захожу в палату, ожидая увидеть Амину уже одетой. Вот только она почему-то сидит на постели - бледная, растерянная. Со слезами на глазах.

- Амина… - срывается с моих губ. Но едва я делаю к ней шаг, как она выставляет перед собой руку, словно отгораживаясь.

- Уходи, Рамиль. Просто уходи…