Глава 56. ОНА

— О чем ты? — хмурится Герман, доедая свой омлет, который пришлось готовить заново, потому что первая порция успела совсем остыть.

— Я говорю, что Света пыталась тебя «приворожить», — развожу руками, сама знаю, что звучит, как бред. — Тетя Вера разбирается в травах. Она нашла эту отраву по всей кухне. Отсюда скорее всего и твоя слепота, и может даже тяга к спиртному.

Герман откладывает вилку:

— Если подумать, — он трет переносицу, — Валера сказал, что на МРТ ничего не видно. Поэтому предложил сразу вскрывать голову и разбираться на месте…

— Именно. И я почему-то уверена, что они там ничего не обнаружат даже при трепанации, — хочу убрать тарелку Германа, но он ловит мое запястье и притягивает меня к себе на колени. — Герман, мы же не договорили!

— Вот так мне больше нравится с тобой разговаривать, — он проходится кончиком носа по моей шее.

— Не понимаю, как ты можешь думать о сексе, когда я говорю, что эта сука травила тебя?

— Не понимаю, как я вообще рядом с тобой умудряюсь думать еще о чем-то кроме секса?

— Так все! — вскакиваю с его колен.

Глядит на меня, как обиженный медведь. Протягивает руку навстречу.

— Ладно, — поддаюсь, и возвращаюсь в его объятия. Потому что сама хочу: — Но мы будем говорить по делу!

— Как прикажешь, — он целует мои пальцы: — Значит ты считаешь, что это Света меня травила? Но как бы она получила доступ к кухне? Она никогда не приходила в дом…

Замолкает, очевидно заметив мой скептический взгляд.

— Что? — смотрит на меня непонимающе.

— Если это сейчас попытка сделать вид, будто ты не приглашал в наш дом своих шлюх, то не выйдет. Я собственными глазами видела ее в кухне. Дважды!

Хмурится:

— Не может быть.

— Ох, поверь! — я начинаю заводиться. — Еще как может! Сложно забыть, когда тебя выставляет из дома любовница мужа.

— Нет-нет, — он гладит мою шею, притягивает меня к себе. — Когда это случилось? Почему ты не сказала мне?

— В тот вечер, когда я забыла куртку. Что я должна была сказать? Я – бывшая жена. А она хозяйка в доме, по ее собственному заверению, — не могу справиться с желанием пожаловаться ему на всю несправедливость, что со мной приключилась, в том числе и по его милости. — А второй раз вообще пришлось через окно сбегать.

— Второй? Ты же была у меня до переезда всего раз…

Вижу, как его глаза удивленно расширяются, а член подо мной понимающе напрягается.

— Значит мне не приснилось…

Прячу взгляд. Ой дура!

Герман поднимается на ноги, крепко сжимая меня в своих руках:

— Я хочу, чтобы ты показала мне! Что ты делала со мной тогда? Зачем приходила? — он возвращает меня на стол и напирает: — Ты действительно брала его в ротик, пока я спал?

Прячу взгляд, чувствуя, как подо мной разверзается земля прямо в ад. Иначе откуда бы тут было так жарко?

— Ох, блядь, девочка… — Герман с тихим рыком влезает вслед за мной на стол: — Что же ты со мной творишь? Я хочу повторить. Покажи мне… Как ты это делала?

— Герман, подожди, — упираю руки ему в грудь, чувствуя себя неопытным дрессировщиком перед возбужденным тигром. — Мы же договаривались сначала поговорить.

— Говори! — властно требует он.

— Значит ты не знал о визитах Светы?

— Не знал. Как и о твоем. Кстати, как ты попала в дом?

— Меня Веня впустил.

— А мне ничего не сказал, — задумывается он. — Но Свету он бы не пустил. Значит вопрос: как она прошла охрану? Я не давал на нее пропуск.

— По словам самой Светы, твоих секретарш никто не запоминает, поэтому и впускают всех, кто назвался оной, — пожимаю плечами. — Мы не могли бы сесть?

— Нет, — категорично отвечает он.

Продолжая нависать надо мной достает телефон из кармана брюк, и кому-то звонит:

— Паш, привет. Тут такое дело. Ребятки что у меня дома работают лажают. Надо бы почистить. Займись.

Он кладет трубку, и наклоняется к моей шее:

— Вопрос решен. Теперь займусь тобой.

— Да как же решен?! — злюсь я. — А как же Света?!

— Плевать мне на нее. Сейчас меня куда сильнее интересует, зачем ты ворвалась в мой дом среди ночи и зверски напала на мой член? Была такая голодная?

— Да что значит плевать?! — продолжаю злиться. — Она же тебя едва инвалидом не сделала! Собрался спустить этой суке отравление?!

— Не спущу, но с ней я разберусь позже. Сначала с тобой, — он прикусывает мою шею. — Отвечай! Зачем ты это сделала?!

Его ладонь со звонким шлепком опускается на мое бедро:

— Ну Герман… — у меня совсем не осталось сил ему сопротивляться. Мозги будто в тумане.

— Говори! — рявкает повелительно.

— Я… хотела… снова забеременеть.