Глава 2

Кира Александровна или главная героиня

Первые лучи солнца будят меня слишком поздно. Впрочем, имею право. Сегодня у нас с Женей выходной, поэтому проведем день вместе. Можно и утро сделать запоминающимся…

Вожу рукой по другому концу кровати и понимаю, что мужа там нет, а простынь едва теплая. Даже сажусь от удивления: Женя любит спать до обеда в выходной. Чего это он подскочил?

На часах десять тридцать. Накидываю халат и иду на звук кофемашины. Ой, а может, он решил сделать мне завтрак в постель?

М-м-м. Закусываю нижнюю губу. В душе разливается тепло. Запоминающееся утро можно сделать и на кухне… Чувствую себя игривой кошечкой.

Прежде чем зайти на кухню, оставляю халат на консоли в коридоре и скидываю лямку сорочки с плеча, приглаживаю волосы пальцами. Бросаю короткий взгляд в зеркало и подмигиваю себе: я сегодня особенно хороша.

Игриво улыбаясь, тихо проскальзываю на кухню и обнимаю мужа со спины. Он вздрагивает.

— Ты чего проснулась? — не очень довольно замечает Женя.

Он мажет тост арахисовой пастой, которую я теперь не могу. Быстро оглядываюсь на стол: посередине стоит все тот же засушенный цветок. Подноса нигде не видно, как и тарелок с завтраком для меня.

Что ж, сюрприза не будет.

— Просто сегодня благоприятный день, — шепчу мужу на ушко, встав на носочки и прижимаясь грудью к его спине.

— Блин, Кирюх. Это не возбуждает! Вот зачем ты сейчас это сказала?!

Я сама понимаю, что звучала информация не романтично. Но из нас двоих Женя хочет детей сильнее, чем я. Для него это мечта: иметь семью с тремя детьми.

— Извини, — пытаюсь поправить ситуацию.

— Проехали. — Женя разжимает мои руки и поворачивается. — Я быстро поем. Леха зовёт меня обсудить за завтраком мальчишник Влада.

— Зачем тогда кушать? — удивляюсь и отхожу к окну.

— Я что, лишний раз поесть не могу? — огрызается Женя. — Может, я ненавижу чувство голода.

— Ой, да ладно, ничего с тобой не случиться от этого, — фыркаю, сложив руки на груди. — Ты же не диабетик.

— Я не понял, мне нужно отчитываться, сколько я ем?! Сказал хочу, значит хочу. Точка. Я ушёл.

Женя огибает меня и идёт к выходу, так и не прикоснувшись к бутерброду и кофе. Хлопает дверь в спальню.

И что на него нашло?

И чего я к нему прицепилась?

Странно, конечно, ведь до свадьбы его друга Влада ещё полгода. Зачем уже обсуждать мальчишник? Хотя это я придираюсь. Мы почти год готовились к свадьбе.

Ладно, успокаиваю себя, сделаем особенный вечер!

С этой мыслью принимаюсь за уборку. Наша постоянная помощница по хозяйству Антонина Павловна приболела, а видеть чужих людей в доме не любим ни я, ни Женя.

И когда ждать Женю? Пялюсь на экран смартфона, размышляя, написать ему или нет, но потом решаю, что нет. Не буду. Он не любит, когда его достают.

Время идет, я добираюсь до стирки. Женины рубашки, как всегда, сортирую отдельно. Это ж какой скандал разразится, если они будут смешаны с нижним бельем! Даже улыбаюсь. Первые пару лет жизни нам тяжело дались, а потом стали жить душа в душу за небольшими исключениями. Конечно, Жене тридцать два было на тот момент, у него уже был свой устоявшийся порядок быта.

В этой синей рубашке он ходил ещё во вторник. Ого, сколько я не занималась домом, бегая по врачам!

Стоп, а это что?

Темно-розовое пятнышко на воротнике выглядит инородно на васильково-синем фоне. Что за фигня?! Это что такое?

"Ничего-ничего не значит", — включается здравомыслие.

"Похоже на след от помады", — намекает паника.

Что делает адекватная женщина в неадекватных ситуациях? Правильно, гуглит. Поисковик тут же предложил уточнения, увидела ли я это во сне или просто хочу узнать, что это значит. Конечно я хочу знать, что это значит! Выбираю нужный вариант подрагивающими пальцами.

“Женя, твой Женя, не мог,“ — хрипит, покуривая в сторонке, здравомыслие.

— Не мог. Он уже взрослый, ему это всё не нужно, — произношу вслух.

— "Это твои гормоны! Всё твои гормоны, которыми тебя накачали перед процедурой! Они ещё не выветрились."

— Да, точно! Это пятно ничего не значит. Мало ли где он мог испачкаться? Так, а где он был во вторник, когда носил эту рубашку?

Мозг остервенело прокручивает шестерёнки памяти. Тысячи картинок мелькают со скоростью одна в долю секунды. Точно! Во вторник он был в офисе допоздна. Кто ещё долго работает в офисе по вторникам?

Женя пришел в одиннадцать. Ехать ему час с учетом пробок и парковок. Значит, из офиса вышел в десять. По вторникам работают девочки в колл-центре до восьми вечера. Там никто не любит задерживаться. Может, Женя подвёз кого? Вряд ли. Он немного брезглив до других людей в своем автомобиле-купе. Не складывается.

У бухгалтеров сейчас середина месяца, до отчётов ещё далеко, им нет смысла задерживаться. Новая рекламная кампания даёт прекрасные результаты, значит пиар-отдел тоже уходит вовремя. Юристы могут сидеть допоздна, но у нас в фирме работают только мужчины.

Что-то случилось, что от меня скрывают?

Нет, мама бы сказала. Когда-нибудь её доля перейдет мне. Мама считает, что я должна управлять фирмой сама, не отдавая всё Жене.

"Женщина создана для управления мужчинами", — любит повторять она.

Случайный взгляд на пятно возвращает меня в реальность. Нет, надо не так гуглить.

Как понять, что пятно на рубашке мужчины от помады?

Женский форум — вещь.

Большая часть пишет, что нужно успокоиться и сравнить свой цвет помады и тот, что на рубашке, коль я уверена, что это не что-то другое.

Встаю и бегу к косметичке. Темно-розовый идёт далеко не всем. Хм, у меня есть похожий оттенок. Мы же целуемся каждый день, может, это я ненароком?

Вот я дурында!

Засовываю рубашки в стиралку и запускаю программу.

Нужно перестать себя накручивать!

Выдыхай, Кира. Сходи лучше развейся.

Набираю Свете, моей подруге по универу. Она соглашается встретиться через час на Арбате.

Торопливые сборы выветривают из головы лишнее.

— Какие люди! — Света встаёт, чтобы чмокнуть меня. — Давно не виделись. Смотрю, ты светлеешь с каждым днём всё больше и больше. А я снова скажу, что ты мне нравилась шатенкой! — припечатывает подруга и садится. — Ну, рассказывай. Как дела?

Мы болтаем часа два. Света такой человек, с которым можно поговорить обо всем и ни о чем одновременно. Часы с ней пролетают незаметно и очень весело.

— Так почему ты такая серьезная? Вижу же, что тебя что-то беспокоит, — в лоб спрашивает Светка.

Официант ставит перед нами новые бокалы с вином.

— Не знаю, даже как сказать. Наверное, я слишком мнительная… — все еще сомневаюсь, стоит ли кому-то озвучивать ту дичь, которая вертится в моей голове всё утро и сильнее гложет на одурманенную алкоголем голову.

— И всё же? — допытывается Светка.

Ладно, облегчу душу. Вдруг что-то дельное подскажет.

— Н-да, — щелкает языком подруга после моего небольшого рассказа.

— Что это значит? — настораживаюсь и залпом выпиваю вино, морщась. Её напряженная поза говорит, что мне надо быть готовой ко всему.

— Надо проверять твоего мужика, вот что это значит. Если он чист, как ангел божий, то отлично! А если есть соперница, то надо знать её в лицо! Чтоб это самое лицо расцарапать!

— Стремно всё это, — заключаю разочарованно. — Мы всего лишь четыре года женаты. Да и муж, он не такой совсем.

Если я верю Жене, то зачем проверять? Но Светка так уверенно продолжает, причем с нажимом:

— Вот где он сейчас?

— На встрече с другом.

— Где именно? — допытывается Светка.

Я пожимаю плечами:

— Он не сказал.

— Так позвони ему и узнай! — победоносно заключает подруга, как будто вывести на чистую воду моего мужа — это смысл её жизни.

С грустью смотрю на телефон, как будто он во всем виноват, вздыхаю и звоню Жене. Он с явной неохотой отвечает на вопрос, где он и как долго ещё будет.

Озвучиваю название ресторана Светке.

— Я знаю, где это. Ехать полчаса примерно. Ничего, успеем! Официант, нам счет быстренько. Мы очень торопимся! — громко заявляет она. С учетом того, что, кроме нас, в кафе никого не было, все официанты вздрагивают, а наш спешно бежит к столику.

Расплатившись, мы вызываем такси. По дороге Света продолжает уверенно рассуждать про супружескую неверность, хотя замужем ни разу не была. С её слов можно сделать вывод, что верных мужчин вообще не бывает.

— Уж я-то знаю! — заявляет подруга. — Мой Васенька как-то хотел сделать поползновения в сторону своей секретарши, так я это пресекла на корню! Уволила лохудру!

— Так ты же Васеньку бросила год назад, — скептично выгибаю бровь.

— Ну так это раньше было.

— Я ничего не поняла. Зачем ты так за него боролась, если сама бросила?

— А я собственница! — заявляет Светка, уже перестреливаясь взглядами с водителем.

На парковке возле ресторана вижу красное купе Жени. Яркая машина отличается от остальный черно-серых автомобилей.

— Так, я пойду проверю, с бабой он сидит или нет, — озвучивает план Светка.

Я вдруг осознаю всю глупость своих поступков. До чего я опустилась, слежу за собственным мужем! А ведь отношения строятся на доверии.

Руки сами достают телефон. Но набрать мужа ещё раз не решаюсь, только согласно киваю головой. Вытравить сомнения не получается.

Мы выходим из такси на другой стороне улицы. Я прячусь за рекламную тумбу. А Света продолжает:

— Если он меня заметит, сделаю вид, что пришла выпить кофе. Потом наберу тебе сообщение. Ты мне перезваниваешь, я начну суетиться, что опаздываю и ухожу. Но надеюсь, что он меня не заметит. Не скучай! Я быстро, — обещает она на прощание и уходит.

Рецепт счастья: доверие и чуть-чуть слежки.

Покусываю нижнюю губу, тереблю сумку в руках. Нет! Ерунда какая-то. Надо быстро вернуть подругу на улицу и ехать домой. Но как на зло Света не берёт трубку.

Минут через пятнадцать, когда я вся извелась и готова была сама бежать в ресторан, подруга появляется в дверях, поправляет ремешок сумки, улыбается проходящему мимо мужчине и расслабленно движется в мою сторону.

— Ну что там?! Что?! — набрасываю я с расспросами, едва Света приблизилась.

— Ничего интересного. Вообще! Сидят мужики. Трое. Заказали пиво, закуски. Видимо, недавно пришли и решили надолго зависнуть. Официант только и тащит им тарелки. Жрут эти мужики как кони и ржут. Я прошлась по залу, сделала вид, что ищу кого-то. К хостес обратилась, сказала, что меня должна подруга ждать, но я её не вижу. Ну а потом вышла и всё. Короче, скучно Кирка ты живёшь! И благоверный у тебя очень верный.

Я уже и так поняла, какую глупость совершила, рассказывая всё подруге и поддаваясь на её провокации.

— Ты бы успокоительных попила. Или на худой конец забеременела. Тогда времени не останется придумывать всякую ерунду, — Светка поучает меня с таким видом, как будто это я её уговорила следить за Женей.

Но я не спорю. Я устала и хочу домой.

Дома переодеваюсь в мягкую пижаму и делаю себе какао. Устраиваюсь на кровати с книгой, вяло припоминая, что собиралась приготовить для Жени романтический вечер.

Когда открывается дверь в спальню, я так погружена в действие книги, что не сразу соображаю, что к чему.

Женя, по пояс раздетый, стоит в дверном проёме. Расслабленный и очень довольный. Как сытый хищник.

У Жени очень красивый пресс. Рельефный. На груди поросль, как у настоящего самца. Меня это очень заводит.

Откладываю книгу, чувствуя волну возбуждения. Женя ухмыляется.

— Я тут подумал, что надо выбросить к чертям твои календари! И получать удовольствие от процесса.

У мужа такой шальной вид и немного пьяные глаза, что я теряюсь и сходу не придумываю ничего в ответ.

Женя отрывается от косяка и медленно и очень сексуально приближается к кровати, расстегивая ремень и вынимая его из шлеек. Давненько мы с ним не зажигали, я уже и забыла, каким может быть страстным муж.

Женя садится у моих ног. Берет ступни и кладет на свои колени, начинает легонько массировать.

— Как тебе вариант отдохнуть пару дней перед отъездом в Питер? Где-нибудь в … в постели. Только ты и я. Отключим телефоны и уйдем в отрыв? — вопросительно выгибает бровь он.

Муж медленно тянет за одну штанину, но я подхватываю пижамку у пояса.

Я так быстро не сдамся! Хочу услышать что-нибудь ещё вкусное и про любовь.

— Ну… — игриво улыбаюсь, смотрю в его глаза. Меня штырит от их глубины, от неизведанной бездны, которую мне предстоит изучать всю жизнь.

— Соглашайся, будет горячо… — хрипит он и активнее тянет за обе штанины.

Я перестаю оказывать сопротивление. Закончить разговор сейчас — лучшее решение. Но в голове, толкая друг друга, вспыхивают мысли о помаде и слежке.

Разомлевшая и совершенно поглупевшая от эндорфинов я вываливаю на мужа:

— Я почему-то решила, что ты мне изменяешь.

Женя откидывает голову назад и заливисто смеется. Так он выглядит невозможно сексуальным.

— Откуда такие мысли? — горячие губы мужа обжигающими поцелуями проходятся по ноге, подбираясь выше.

Я почти теряю способность мыслить связно, но из последних сил припоминаю аргументы:

— У тебя помада на рубашке.

— Детка, выдумаешь тоже, — хмыкает муж, хитро улыбается. И наваливается сверху. Целует нежное местечко за ушком, шепчет всякие пошлости и нежности.

Все посторонние мысли смывает волной удовольствия.

Удовлетворенная, я засыпаю на его плече. Сквозь сон чувствую, как он ерзает.

— Что случилось? — интересуюсь, зевая. Сквозь полуоткрытые веки вижу светящийся экран его телефона. — Сколько времени?

— Половина первого, — отзывается Женя, что-то усердно печатая. Я открываю глаза, и он отворачивает телефон.

— Что там такого? — спрашиваю уже встревоженно. — Дай почитаю.

— Тебе не стоит это видеть. Мама Влада попала в аварию. Мне нужно срочно уехать.

— Ладно… — тяну неуверенно.

Женя вскакивает и быстро одевается. Но он не выглядит встревоженным или взволнованным. Его грудь часто поднимается. Хотела было потянуться за его телефон, но муж убрал его с тумбочки.

— Только приезжай побыстрее, ладно? — прошу взволнованно. — Я не люблю оставаться одна в темноте.

— Не веди себя, как маленькая, Кир, — на прощание говорит Женя и уходит.