Глава 2. Она

— Как самочувствие? — участливо интересуется женщина в больничной униформе.

Я моргаю. Перед глазами раскачивается больничный потолок, пытаюсь сесть, меня тормозит большая, горячая ладонь.

— Полежи, полежи, хорошая. Сейчас доктор придет, я уже позвала. Пока не вставай, ты головой приложилась. Вдруг сотрясение? — мягким голосом говорит со мной, добавив. — Я вообще-то санитарка, полы тут мою. Мимо кабинета шла, дверь приоткрыта. Никого нет! И ты, голубушка, тут лежишь…

Никого нет?

Горькие слезы стекают по щекам к уголкам глаз: выходит, двоюродная сестра не только оболгала меня, но и бросила, когда мне стало плохо.

Как это называется?

Что она за человек такой — бросить человека, потерявшего сознание!

Но не только это шокирует, но кое-что другое: слова, сказанные Кирой Давиду…

Она произнесла эту ужасную фразу, заявив моему жениху:

«Мы с тобой, тогда, кстати, тоже не предохранялись…»

Кровь стынет в жилах.

Есть только одно значение этого выражения: у них был секс! Без защиты…

У… моего жениха и моей двоюродной сестры был секс.

Он мне изменил.

Как он мог?

Как ей хватило совести?!

— О, а вот и врач. Кира Владимировна, здрасьте… — здоровается санитарка. — У вас тут девушка без сознания, знали?

— Нет, — натурально изображает шок Кира. — Женя? Ты… Что случилось?! Как же так! Я думала, ты ушла. Вернулась, что ли, в мое отсутствие?

Вот лгунья…

Мимо моей сестры протискиваются двое медбратьев, помогая мне подняться.

— Осторожнее, мальчики. Надеюсь, вы в перчатках… У нее венерическое заболевание! — довольно громко произносит она, вгоняя меня в краску стыда.

Я смотрю на лицо сестры и отмечаю, каким злым торжеством горят ее глаза.

За что она так со мной?

Я думала, мы дружим крепко-крепко, как настоящие сестры!

Кира росла вместе со мной. Когда мне исполнилось десять, отец привел ее в нашу семью. Потому что его младший брат с супругой разбились в аварии. Посовещавшись, родители решили, что нельзя бросать девочку-подростка и оформили над ней опеку. Кира мне как родная…

Получить такой удар в спину от родного человека, которому доверял все свои секретики — невыносимо больно!

— Кира Владимировна, зачем же вы так? — с укоризной произносит санитарка.

— Вы, кажется, полы в коридоре мыли? — отвечает она свысока. — Вот и мойте! Еще туалет не забудьте вымыть, там кого-то стошнило…

Мне помогают выйти, придерживают, но так осторожно, будто на самом деле могут подцепить от меня нехорошую болячку и опасаются этого.

В последний момент я заставляю себя обернуться:

— За что, Кира? — спрашиваю я. — За что?!

Слезы текут по лицу.

Сестра нервно дергает плечом:

— Не понимаю, о чем ты! — отвечает она и утыкается взглядом в медицинскую книжку. — Выписать тебе лечение, Женечка? Нельзя запускать такую заразу, как у тебя… Так и выкидыш получить можно!