Глава 11. Она

Меня бросает в жар, через тело будто проходит высокий разряд электричества.

Волоски на теле приподнялись, становится трудно дышать.

Взгляд Давида не отлипает от моего лица.

Таксист что-то спрашивает, но я не понимаю, о чем он говорит. Его голос, будто бубнеж на фоне… Бессмысленный.

Хотела бы я соскочить с крючка взгляда Давида, но не получается.

Он продолжает буравить меня взглядом.

— Мам, мам, мама… — дергает меня за локоть сынишки. — Мы все? Плиехали?

Только его голос возвращает меня к жизни.

— Да, мой хороший. Приехали. Сейчас рассчитаюсь, — достаю кошелек, чтобы передать купюры водителю.

Лицо горит, сердце сходит с ума.

Я знала, что встречусь с прошлым так или иначе, но думала, что максимум — это придется вновь пережить болезненные дни после ссоры с родителями и их первые звонки после переезда. Тягостное молчание, вопросы, упреки… Признание, что лучше не общаться совсем, чем тянуть это. Редкие сообщения и сухие поздравления по телефону…

Да, не общаться с ними было проще, чем слышать проскальзывающие новости о жизни Киры. Я потому и перестала общаться с родителями в первый же месяц после переезда!

Я знала, что разговоров с родителями не избежать.

Как не избежать и новой встречи с той, которая была мне как родная, но предала, словно последняя тварь.

Но не была готова к встрече с Давидом!

Зачем он здесь?

Заехал по старой памяти?! Или… его с моей семьей связывает что-то большее?!

Не знаю, что и думать.

Передаю таксисту денег больше, чем надо. Мужчина за рулем сразу же повеселел и вылез поспешно, чтобы открыть нам с сыном дверь.

Сын…

Боже, сынишка!

Давид не должен его увидеть.

Но как мне спрятать активного двухлетку, которому уже не сидится на месте?!

Буду отрицать до последнего…

Хотя, если учесть настрой Давида в прошлом, ему должно быть плевать на мою жизнь.

Однако внутри до сих пор — шторм, который только усиливается, когда я слышу его голос.

— Здравствуй, Евгения.

Вдох-выдох.

Евгения. Надо же, как официально!

Что ж, так даже лучше.

Я сухо здороваюсь в ответ.

— Добрый день, Давид.

Стараюсь твердо посмотреть в его лицо.

Если бы он выглядел плохо, можно было сказать: бумеранг вернулся.

Но, увы…

Может быть, бумерангов от жизни не существует.

Давид возмужал, три года пошли ему на пользу. Выглядит просто прекрасно… Стильный костюм, новая прическа. Небольшая бородка… Ему очень к лицу.

Волосы немного выгорели на солце, а кожа смуглая, как после курорта. Словом, он хорош собой и точно не бедствует до сих пор, на нем очень дорогой костюм…

— Тебя ждали, — немного хмурится Давид и переводит взгляд вниз.

Его лицо меняется при виде Марка.

Неужели он заметил сходство или что-то заподозрил?!