Глава 6. Она

— Это, конечно, не хорошо, но совсем не смертельно, — заверяет меня врач из клиники. — Не вешай нос. Не ты первая, не ты последняя.

Родникова Ольга Владимировна, женщина лет пятидесяти, с круглым лицом и красивыми ямочками на щеках, дарит мне улыбку.

— Полечимся, и будешь, как новенькая, — поправляет на носу очки.

— Я беременна, — повторяю снова, нервно комкая в руках буклет.

Взяла буклет со стола, чтобы руки были не пустыми, и теперь не могу перестать его вертеть и комкать.

— Помню. Тем более, полечимся, чтобы малышок родился здоровеньким! — позитивно заявляет Ольга Владимировна.

То ли у нее настроение очень хорошее и день начался замечательно, то ли она всегда такая позитивная. Мне-то откуда знать, какая она в другие дни бывает? Я первый раз у нее, записалась к врачу наобум, и до этого момента всегда проходила гинекологию у Киры…

— Я боюсь негативных последствий. Все-таки это венерологическое заболевание и…

— Да тьфу это, а не заболевание! — заверяет меня. — Неприятно, конечно, но у тебя буквально в самом начале подсекли. Недавно подхватила, поэтому обойдемся без последствий. Вот если бы ты себя запустила или самолечением начала заниматься, был бы другой разговор…

Заполнив бланк, гинеколог перечитывает его.

— Люблю я, когда такие сознательные девочки ко мне приходят, — говорит она, сложив пухлые руки на столе. — Женщины моего поколения ведут себя в этом отношении куда более беспечно. С обычной молочницей обратиться стесняются. Чего только сами не делают, запускают себя, приходят, когда оттуда уже хлопья пригоршнями сыплются и от зуда все опухшее… Все-таки интернет под рукой — хорошая вещь! Почитала, выводы сделала, сразу к врачу прибежала. Пересдала анализы на всякий случай, мало ли… Умница, как не похвалить.

От удивления у меня даже слезы просыхают, и появляется недоверчивая улыбка.

Меня впервые хвалят за болезнь. Вернее, не за болезнь, а за желание ее вылечить.

— Держи рецепт. Свечечки поставишь десять дней. Таблетки строго по графику — две недели. Диету подержишь обязательно, вот здесь все подробно расписано, — добавляет листовку. — Это, кстати, очень важно. На фоне неправильного питания бактерии чувствуют себя вольготно и пируют. Плюс на пользу тебе пойдет, все равно во время беременности за питанием нужно следить строже. Ко мне на прием через месяц. Интим, само собой, исключаешь. Партнера гони к врачу. И пока справку тебе не покажет, что чист и здоров, никакого ему секса…

Беру рецепт и рекомендации, не веря своим глазам.

Это все?

Я больше тряслась перед приемом врача! В коридоре семь раз то холодным, то горячим потом с ног до головы покрылась. В итоге получила небольшой рецепт и, в общем-то несложные рекомендации. Плюс врач меня заверила, что лечению это заболевание поддается и на более поздних стадиях, на начальной — довольно легко получится избавиться.

Настроение приподнимается, но в то же время на сердце появляется тяжесть: выходит, все не так страшно, как Кира преподнесла Давиду?

Она его накрутила!

Так сильно, что у него аж капилляры в глазах полопались…

Кира не дурочка, она в клинике работает не по блату, одну болезнь от другой, наверное, может!

То есть она не могла не знать, что на начальной стадии заболевание лечится без осложнений?!

Зачем же тогда было сгущать тучи…

Конечно, это все равно неприятно, грязно, стыдно!

Как ни крути, о таких болячках мало кто рассказывает. С удовольствием обсуждают грипп, рвоту и желудочные колики, но об интимных заболеваниях перешептываются лишь вполголоса на форумах под анонимными аватарками!

Как бы то ни было, вопрос остается открытым: где сам Давид подцепил эту гадость?!

У меня был только один партнер, а у него самого, увы, я была не одна.

Иначе бы такого не случилось.

Уже не так важно, с какой девушкой спал Давид. Сам факт его измены остается налицо!

И будто мне только одних грязных сомнений мало, Кира присылает на телефон сообщение.

От ее наглости у меня перехватывает дыхание.

Она прислала мне фото Давида.

Спящий и… обнаженный…

В ее комнате.

В ее кровати.

И ниже ехидная подпись: «Не подскажешь, какой завтрак предпочитает Дава?»

Ничего на это не отвечаю, пальцы начинают трястись.

Следом еще одно сообщение:

«Да, я только проснулась. Всю ночь не спали, сама понимаешь…»

И подмигивающие смайлики.

***

— Ты совсем без настроения, — замечает отец.

У него заканчиваются выходные дни перед следующей поездкой на вахту. На этот раз папа отдыхает совсем немного, он подгадал поменяться так, чтобы присутствовать на нашей свадьбе с Давидом.

На свадьбе… которой не суждено состояться.

— Поругались немного с Давой… — пожимает плечами мама. — Ну, что, пристал? С кем не бывает! Помирятся… А перед свадьбой всегда случается непонимание. Привычное дело, ты нас вспомни… Жень, ты обедать будешь?

Кажется, мне придется отказаться от обеда, макароны по-флотски не входят в список разрешенных продуктов. Нужно приготовить что-то другое, а лучше всего не затягивать разговор отом, что свадьбы не будет.

— Мать, — зовет отец из зала. — Сюда подай, передача интересная.

По лицу мамы видно, что она хочет поворчать, но придерживает возмущения при себе, поэтому несет тарелку с обедом в зал.

— Мам, пап… Я должна вам кое-что сказать.

Родители переглядываются между собой с улыбкой… Мне кажется, что они заранее успели обсудить между собой догадку, когда мы с Давидом обрадуем их новостями о внуках.

Набираю полные легкие воздуха.

— Свадьбы не будет.

Мама выронила тарелку с макаронами, отец хмурится.

— Ты это брось. Как поссорились, так и помиритесь.

— Нет, пап. Исключено.

— А я сказал, помиритесь! — повышает голос. — Я уже кредит взял, чтобы вам подарок на свадьбу сделать! На пять лет подписался. Шуточки вам, что ли?!