Глава 31

Я лежу в кровати Тёмки и перебираю его светленькие волосики. Мгновение спустя зарываюсь в них носом и втягиваю сладкий аромат.

– Мам…– мурчит сынок, поворачиваясь ко мне лицом.

– Доброе утро.

– Привет. – Улыбается, почесывая носик.

– А я кашу приготовила. Позвонила повару, и сказала, что сама могу.

– Ее можно есть?

Щипаю его за бок, хохочет.

– Даже нужно. Твоя мама не совсем безнадежная.

– Мам, – Тёмка придвигается. – А можно я сегодня никуда не пойду?

– Не хочешь?

– Не–а…

Обнимаю своего маленького нападающего и шепчу:

– Тогда пусть сегодня будет день «делаю, что пожелаю».

– Ура!

Набрасывается на меня с поцелуйчиками и чуть не валит с кровати. Удерживаюсь за изголовье.

– Ох, осторожнее, у тебя появится братик или сестренка, который уже поселился вот здесь.

Кладу руку на свой живот. Темка широко открывает глаза, в них застывает изумление.

– Правда?

– Да, правда.

– У нас с Евой появится еще один родственник!

Невольно Темка и у меня вызывает улыбку. Впервые за несколько дней. Дети – маленькие лучики, дарящие свое тепло независимо от настроения.

Вот только насчет Евы…как же мне быть…

Мы с Вовой ей совершенно чужие люди и самые близкие во всем мире. Такой парадокс.

Девочка настолько одинокая, насколько можно вообразить.

Защемляет сердце, которое и так пронизано болью.

– Ведь Ева останется с нами? – читая мои мысли, интересуется Тёма. – Она очень–очень хорошая. Я обычно не дружу с девчонками, но она классная.

– Да, Ева замечательная.

– Обещай мне, что наше индейское племя не развалится?

Смотрит в глаза, пробираясь прямо в душу. Под ребрами покалывает.

– Обещаю. – Выдаю на выдохе.

– Теперь идем пробовать твою кашу!

Перескакивает через меня, несется к двери, шлепая босыми ногами, я секунд десять гляжу в потолок, думая над данным обещанием.

Маша разыграла идеальную партию, забрав у меня не только мужа, но и веру в лучшее.

***

После завтрака Темка уговорил меня навестить Еву. Он давно просился, но тут, то тренировка, то занятие. Плюс, в полдень мне надо быть в «Брюлле».

Встреча с таинственным Иваном очень меня волнует.

– Ма, Ева похожа на космонавта. Да?

Сын кружит вокруг больничной койки, на которой лежит Ева и рассматривает приборы.

– Я первая пройдусь по Марсу. – Отвечает ему Ева.

– А я по Юпитеру.

– По Юпитеру нельзя ходить. Ты даже подлететь к нему не сможешь.

Они спорят, а я стою, прижавшись к стене, и думаю о своем.

– Доброе утречко! – лечащий врач Евы входит в палату со светлой улыбкой.

– Здравствуйте. – Распрямляюсь, нацепляю образ стойкой женщины.

– Расслабьтесь, Зоя Павловна, Ева делает большие успехи. Восстанавливается быстрее других детей. Завтра поедет в детский реабилитационный центр, где получит ряд полезных для здоровья процедур.

– Как завтра? Почему я ничего не знаю?

– Я разговаривал с ее отцом. Он в курсе.

– Отец?

Гена что ли забегал на огонек?

– Теть Зой, дядя Вова мой папа. – Ева подает тоненький голос. Сын замирает на месте. – Он приходил ко мне и обо всем рассказал.

– У нас один папа! – Темка скачет и машет руками. Я же в оцепенении. Видимо, врач считывает ужас с моего лица и просит меня выйти с ним в коридор.

– Извините, если я влез не в свое дело, но Владимир Николаевич провел всю ночь около Евы, а перед обходом мы плодотворно поговорили.

Вова был здесь…провел целую ночь рядом с девочкой. Не похоже на него. Я долго не могу перестроиться на нужную волну. На сердце тяжесть.

– Всё хорошо. Я просто сейчас немного загружена.

– Понимаю и заверяю вас, Евочка легко перенесет восстановительные процедуры. Их можно будет повторить через три месяца.

Через три месяца я буду похожа на Колобка.

– Спасибо, можно я вернусь к детям?

– Конечно–конечно.

Врач торопится от меня в соседнюю палату, а я перевожу дыхание, сглатываю скрипучее чувство неопределенности и толкаю стеклянную дверь.

***

Тёмка ни на секунду не замолкает, пока едем домой, где нас ждет няня. Еще и Вова раз триста позвонил. Я нарасхват и от этого голова кругом. Черные мушки пестрят перед глазами.

– Веди себя хорошо, не нападай на няню из–за угла, договорились?

Настраиваю Темку по пути в подъезд и к лифту.

– А чего она пугается? Я же играю с ней.

– Она уже в возрасте, Тём. Лучше поговори с ней, расскажи о своих индейцах. Или о футболе.

– Да она каждый раз смотрит один и тот же турецкий сериал, зачем ей мой футбол.

Скрываю улыбку. Нашей няне в этом году стукнет шестьдесят два. Она приносит с собой большую сумку с пряжей, спицы и вяжет, наслаждаясь красивыми темноволосыми султанами.

– Попробуй рассказать ей так, чтобы стало интересно. Ты же умеешь. Поделись, как ездил с папой на игру «Зенита».

– О, точно!

Я передаю сына в руки няни, заверяю ее, что нигде не задержусь и, сменив маленькую сумку на шоппер, выхожу из квартиры.

Ровно через полчаса я должна быть в «Брюлле». Надеюсь, не увязну в пробке.

В кафе, где мы впервые встретились с Крис после долгой разлуки, никого нет. Понятно, я нахожу Ивана без труда.

Мужчина в тонкой хлопковой рубашке, с закатанными рукавами, выглядит небрежно. И если Вовина небрежность вызывает соблазнительный трепет, то на Ивана у меня обратная реакция.

– Добрый день. – Говорю я, подойдя к столику, за которым располагается мужчина.

– Зоя? – уточняет он.

– Да, – вешаю сумку на спинку стула и присаживаюсь. – Не могу сказать, что рада познакомиться.

– Не судите человека по первому впечатлению.

– Первое впечатление самое верное. Глаз еще чист.

Иван убирает вазочку с лавандой, стоящую в центре и опирается локтями о столешницу.

– Давайте, я представлюсь, как следует. Меня зовут Лесков Иван Петрович. Я брат Маши и ее доверенное лицо, как уже говорил ранее вашему супругу.

– Брат?! То есть у Евы есть близкая родня? – в горло насыпают колотый лед.

– Да, есть. Но я не могу стать ей опекуном. Впрочем, Маша этого и не хотела. Когда она узнала, что смертельно больна, решила пойти ва–банк. – Иван берет стакан с водой, делает глоток. – Вы богаты, успешны, влиятельны. Я имею в виду вас и вашего мужа. А мы что? Простая среднестатистическая семья. Без роду, без племени. Когда Машка закрутила, уж простите, роман с вашим мужем, то сразу сказала: я рожу ему ребенка, и мы ни в чем не будем нуждаться. Но вышло иначе. Родила от Сайкина, который следовал по пятам за боссом и прилип к моей сестре.

– У Сайкина достаточно денег.

Голос мой с писклявыми нотками.

– И что он даст ей? Умение бухать в три горла, и прыгать по мужикам? Нет, Ева не заслуживает такого отношения. Вы ей близки. И поверьте мне, вы хорошая мать. Я следил за вами с сыном.

– Что? – заикаюсь и вспотеваю моментом.

– Маша не продумала только одного. Аварии. И того, что вы окажетесь целеустремленной и сделаете тест–ДНК. Она считала вас слабачкой.

– Я такая и есть. Была бы сильной, послала бы вас куда подальше и…

Теперь мое сердце тонет в жидком азоте. Я не жилец.

– Вы мама Евы. И как бы не отпирались это факт.

Трет щеку и снова пьет воду.

– Что вы от меня хотите? Передать очередное письмо? Или может быть, рассказать еще какие–то подробности из бурной жизни вашец сестры с моим мужем?

– Я хочу денег.