Глава 12

Дарья

– Вау, ты теперь у нас знаменитость, – первое, что соображаю выпалить. Горечь подступает к горлу, трудно дышать. Грудь разрывает от удушающей болей. Я не знаю, как мне удержаться на ногах.

– Даш, не читай, что там пишут. Это… Это все полный бред! – Ваня пытается оправдаться, но я вижу в его глазах виноватый блеск.

– Ты правда был с Дианой… В гостиничном номере? – спрашиваю я, хотя фото, которое я вижу в телефоне, лишь подтверждает мои самые страшные опасения.

Кажется, я сейчас рухну на месте. Эта новость лишает меня всех жизненных сил. Это словно нож в спину. Удар исподтишка. Смертельный удар…

– Даш, прости меня, – голос Вани дрожит, взгляд полон сожаления. А мне ещё хуже становится. Кажется, если ещё раз загляну в его глаза – умру. – Я тебе все объясню, только выслушай меня, хорошо?

А нужны ли мне его объяснения? Я не знаю. Кажется, итак все понятно…

Голова идет кругом, перед глазами плывет, картинка становится мутной, едва разборчивой.

Эта новость разлетелась по всему интернету. Теперь я понимаю, почему сегодня весь день мой телефон разрывался от звонков и сообщений. Это значит, что об этом уже знают все, кому не лень. Друзья, родственники, знакомые…

И… Дети.

От этой мысли мне и вовсе становится дурно. Так, что хочется кричать на Ваню, бить кулаками, спросить, что он наделал?!

Он попросту опозорил нашу семью. Так сильно, что я даже не знаю, как теперь отмыться от этих грязных слухов. А может, это и не слухи вовсе, а голая правда. Я не знаю. Ничего не знаю.

– Я тебя ждала всю ночь, Ваня. Переживала. Дозвониться не могла. А ты… Проводил время с другой, – хриплый голос не слушается, получаются какие-то жалкие обрывки фраз.

– Представляешь, я даже на встречу приезжала. Решила сделать тебе

сюрприз. Мама предложила, и я согласилась. Думала, тебе приятно будет. А пришла, тебя уже не было. Ты меня в такое унизительное положение поставил, – выдаю я с горькой улыбкой на лице, а в глазах слёзы стоят. Из-за них выражение лица мужа становится нечетким. Но так даже лучше. Слёзы сейчас выступают в роли защиты, потому что я не могу видеть лицо Вани. Это слишком больно. Пускай он извинится хоть тысячу раз, это уже ничего не изменит.

Случилось самое страшное. То самое, чего я так сильно боялась. И бонусом к моей боли и унижению является ещё и всеобщая огласка. Ваню знают многие в городе, потому что он довольно известный бизнесмен. За Диану я вообще молчу. Не удивлюсь, если эти фото и вовсе очень скоро разлетятся по всей стране.

– Дашенька, милая… Прости меня. Я такой дурак, – я вижу, что мои слова приводят Ваню в смятение. Его глаза блестят от тоски, возможно, ему в самом деле жаль и он жалеет о содеянном. Но разве это что-то меняет?!

Ваня берет меня за руки, пытается притянуть к себе. Противно. Кажется, будто бы от него исходит какой-то чужой запах. Приторный, слишком сладкий аромат чужих духов, которые вызывает приступ тошноты. Ощущение, что мой муж целиком и полностью пропах этим запахам.

Не могу дышать. Задыхаюсь.

– Даш, только успокойся и нервничай, ладно? Мы все решим. Справимся со всем. Слухи утихнут рано или поздно. Все пройдет… – тараторит Ваня, но я его не слышу. В ушах пищит. Реальность становится такой далекой, словно и не моей вовсе.

Я никогда не хотела стать знаменитостью. А теперь… Нет, не то чтобы я из тех людей, которые боятся, что скажут люди.

Но в этом замешаны и наши дети. Сердце болит за каждого из них, ведь…

Им тоже придется пройти через все это.

– Что же ты наделал, Ваня… – шепчу я, находясь в какой-то прострации. Ощущение, что я наблюдаю за происходящим со стороны. Будто бы это не со мной всё происходит. Будто это страшный сон, и я вот-вот проснусь. – Что же ты наделал…

Голос дрожит, слёзы застилают глаза, но я изо всех сил стараюсь держаться. Не плакать. Не показывать ему свою слабость. Не сейчас.

Ваня делает шаг вперёд, протягивает ко мне руку, но я отрицательно качаю головой, тем самым давая понять, чтобы он не смел ко мне приближаться. Мне физически больно его видеть. Невыносимо терпеть его касания, после того, как он касался другой… Представлять, как он обнимал её, целовал…

– Даш, я тебе клянусь, у нас с Дианой ничего не было, – произносит он хриплым голосом. В его глазах – мольба, отчаяние, даже раскаяние. Но…

Не верю. Не могу поверить. После увиденного… После того, как собственными глазами видела, как он заходил с Дианой в гостиницу.

Когда твоё доверие так жестоко предают, кажется, что весь мир повернулся против тебя, и от любого человека, даже самого родного и близкого, можно ждать подвоха. Лжи. Предательства.

– Мне надо выйти, – судорожно выпаливаю, понимая, что если сейчас же не уйду отсюда, то попросту задохнусь от боли и отчаяния. Воздуха не хватает, в груди жжёт, к горлу подкатывает тошнота.

Проскальзываю мимо Вани, словно призрак, судорожно обуваю балетки, не попадая вначале в одну, потом в другую, и выбегаю на лестничную площадку.

– У нас с ней ничего не было! – кричит мне вслед муж. – Даш, подожди! Послушай меня!

Можно подумать, эти двое в гостиничном номере о погоде разговаривали. Как это глупо.

А мне уже и плевать, было – не было… Какая разница? Какая разница, что именно произошло между ними, если Ваня совершил самую главную ошибку? Предал моё доверие? Разрушил всё, что было между нами? Нашу любовь, нашу семью, наше будущее…