Семнадцатая глава

Таисия

Внезапная встреча с Владом переворачивает всё с ног на голову, и не могу сказать, что в неприятном смысле этого слова. А потом вторая встреча – в офисе… Возмущение Руслана искренне развеселило, ни на секунду не поверила, что Влад мог бы что-то там подстроить. Ну, бред же! Или безумно сложная многоходовочка, какие бывают в драматичных сериалах. Представляю, как он продумывал нашу встречу в клубе, возникший роман, влечение… И снова смеюсь. Только Руслан мог бы до такого додуматься. После офиса мы с Владом посидели в кофейне, обсудили превратности судьбы и сошлись на том, что такие совпадения – это судьба.

– Как твой отец? – спросила, узнав причину его возвращения в Москву раньше срока. Ирония в том, что с Заславским-старшим я знакома: не раз пересекались и обменивались колкостями. С Русланом он сотрудничает уже пять лет, и только последний год они конфликтуют – потому что интересы пересеклись, а не пошли параллельно, как обычно.

– Всё сложно, – скупо ответил Влад. Расспрашивать не стала. Мы договорились встретиться на следующий день, и домой вернулась в приподнятом настроении, пока не увидела мрачного Руслана. И не услышала его обвинения. Нет, это уже не смешно.

Человек, которого считала родным, которому верила, которого так любила, постепенно превращается не в чужака даже – в пустое место. Смотрю на него и не узнаю. Тот же наклон головы и тонкая прядь волос, падающая на лоб. Тот же упрямый прищур и морщина между бровей – она появляется, когда он злится или нервничает. Даже тембр голоса изучен до малейшей перемены звука. И всё-таки это не Руслан.

Мой Руслан был другим: всегда знал, чего хочет, и никогда не опускался до оскорблений. Тем более, голословных. Откуда взялась эта грязь, просто откуда?

– Тай, – просит он и упрямо берёт за руку, пытается переплести пальцы, но я никак не реагирую. Равнодушно смотрю на них, поднимаю на него глаза. – Скажи честно, что у вас с ним?

– Откуда такая заинтересованность в моей жизни? – убираю руку, встряхиваю кистью – хочется избавиться от неприятного ощущения, оставшегося после его прикосновения. Даже вытираю её о брюки – брезгливо.

– Не могу поверить, что ты так быстро нашла себе другого мужчину. – Смешно, но, судя по виду, реально не верит.

– Ты себя считаешь неповторимым? Знаешь, я раньше тоже считала, но оказалось… – смеряю его насмешливым взглядом. Подаюсь вперёд и тяну: – Оказывается, секс может быть таким потрясающим…

Воздух выбивается из лёгких – Руслан толкает к стене с силой, от которой ноет спина. Обдаёт дыханием с густым запахом виски. Только заметила, что он в стельку. По Руслану обычно не сразу видно, при желании и не поймёшь: речь связная, движения не дёрганые. Только глаза стеклянные. Как сейчас. Он давит на плечи, тяжело дышит, шарит глазами по лицу.

– Спала, значит. – От угрозы в голосе по спине проходит холодный озноб. Упираю ладони в его грудь, пытаюсь оттолкнуть. Жарко.

– Пусти.

Вместо этого он сжимает пальцы сильнее, тянет наверх, заставляя встать на носочки. Наши лица почти вровень.

– Потрясающий секс, – тянет задумчиво и опускает глаза на губы. Злобно улыбается. – У нас он когда-то тоже был, помнишь? Помнишь, как мы не вылезали из постели? – Склонившись к уху, он практически шепчет, прижимается виском к виску. Одна рука соскальзывает с плеча, перехватывает за талию, ныряет под ягодицу. Я зажата между стеной и его телом, он сгребает запястья широкой ладонью, прижимает к груди. Протолкнув колено между ног, наваливается сильнее, и первые искры страха начинают вспыхивать в животе.

– Руслан, – стараюсь говорить спокойно. – Пусти.

– Этим ты занималась в Италии? Как там говорила? Работала?..

Коленом он приподнимает меня над полом, свободная ладонь ныряет под свитер и сжимает грудь. Сердце подскакивает и начинает колошматить о рёбра.

– Не смей, – цежу сквозь зубы, пытаясь заглушить панику, стучащую в горле.

– Почему? – Руслан вдруг меняет тактику и становится обманчиво нежным. Невесомо целует за ухом, согревает дыханием, но этим делает только хуже. Жмурюсь, стискиваю зубы. – Я до сих пор твой муж. Разве не может муж заняться любовью с женой? Тем более после долгой разлуки…

– С любовницей занимайся чем хочешь. – Уворачиваюсь от его губ. – Ты же для этого её завёл.

– Да. – Рука исчезает с груди, жесткие пальцы хватают за подбородок. – Потому что секс с тобой превратился в рутину. Тебе нравится это слышать, или это делает тебя жертвой?

– Скорее, это отлично оправдывает тебя. – Он добился своего – начинаю задыхаться от злости. Дёргаюсь, пытаясь вырвать руки, извиваюсь, но эффекта почти никакого.

– Тай, – голос снова льётся сладким сиропом, – ты же тоже соскучилась.

– По тебе? – становится весело. – Было бы по чему скучать!

– Так, значит, – тянет он, склоняя голову набок и изучая лицо. – Распробовала, да?

– Тебе так хочется померяться с ним членами? – выпаливаю и понимаю, что совершила ошибку: лицо Руслана бледнеет, а зрачки почти полностью затопляют голубую радужку. Зло и коротко выдохнув, он впивается в губы. Не успев отреагировать, впускаю язык в рот, задыхаюсь от напора. Он не целует – продавливает, с силой всасывает язык, удерживает за затылок, не давая отпрянуть. Руки сжимаются в кулаки, давлю, пытаюсь оттолкнуть, но делаю только хуже: Руслан мычит в поцелуй и буквально наваливается всем своим весом.

Это происходит не со мной, просто потому что не может быть правдой. Тело отказывается называть Руслана насильником, разум вопит, зажигая кроваво-красные лампочки в мозгу. Он снова меняет тактику, перестаёт терзать губы и начинает целовать лениво, с оттяжкой. Как только он всегда умел. Губы пульсируют, дыхание, уже давно сбитое, становится прерывистым. Сделать вид, что поддалась, уступить, пока не ослабит бдительность, а потом бежать – здравая мысль оборачивается против меня, когда обманчиво расслабляюсь и начинаю отвечать на поцелуи.

Ошибка становится фатальной, когда кровь начинает прогреваться против воли. Мои пальцы привычно путаются в его волосах, трусь о колено и подцепляю его свитер. Тяну наверх, и он послушно поднимает руки, становится прямо. Я веду ткань выше, останавливаюсь на локтях… Отталкиваю и бегу наверх.

– Стой! – кричит Руслан спустя два удара сердца. Едва не споткнувшись на верхней ступеньке, размахиваю руками, вписываюсь в поворот и залетаю в спальню, не сразу поняв – наша. Плотно закрываю дверь, прижимаюсь к ней, жалея, что на ней нет замка. От мощного удара она содрогается, наваливаюсь руками и ногами, задыхаясь от адреналина. Страх или азарт, а может, всё вместе? Наверное, азарта больше, потому что наружу прорывается неуместное веселье. Скорее всего, из разряда истерики.

– Тая, открывай! – рявкает Руслан, ударяя по двери. Она хорошая, из массива, дыру не пробьёшь. Но он и не пытается: дёргает ручку и наваливается плечом. Пятки ползут по полу, новый толчок отбрасывает вперёд. Руслан распахивает дверь, ловит меня обеими руками, прижимает со спины к груди и хрипло восклицает:

– Попалась!