Глава 11

– Ну? Что сказали? – выжидательно смотрит на меня Маринка. – Когда приедут?

– Никогда, – пожимаю я плечами.

Впрочем, этого и следовало ожидать.

– Не поняла? – подруга удивленно выгибает бровь. – То есть, как не приедут?

– Сказали, что подать заявление можно только в отделении.

– А ну, дай-ка сюда, – протягивает руку, требуя вернуть телефон.

Забрав у меня свой мобильный, Маринка набирает какой-то номер.

– Ну, сейчас они у меня получат, – зло сопит она в трубку, ожидая абонента. – Алло! Полиция! Помогите! Убивают!!!

В панике подпрыгиваю от громкого визга Маринки. Но, увидев, как она хитро мне подмигивает, немного успокаиваюсь.

– Да! Да! Пожалуйста! Быстрее! – надрывно продолжает вопить в трубку подруга. – Он сейчас меня убьет!

Ну, артистка.

– Адрес? Секундочку, – прикрыв трубку рукой, она поворачивается ко мне, спрашивает тихо. – Какой у тебя адрес?

Называю адрес.

– Улица… дом…. квартира… – быстро выпаливает Маринка дежурному. – Прошу, приезжайте скорее.

Она жмет на кнопку завершения разговора и смотрит на меня с довольным видом победителя.

– Видала? Вот, как надо! Сейчас быстро приедут как миленькие.

– Марин, может не стоило так? Это же вроде как этот… – пытаюсь вспомнить слово. – Ложный вызов.

– Ничего страшного. Приедут, не обломятся. Не все им в кабинетах задницы просиживать.

– Ну… А нам за это ничего не будет? – высказываю подруге свои опасения.

– Да ничего не будет, – успокаивает меня Маринка. – В крайнем случае просто извинимся.

– Ну, даже не знаю…

– Или ты хотела в отделение полиции пешком прогуляться? Мимо этого бешеного Артуриного папаши?

– Нет-нет! Только не это! – испуганно машу руками.

– Да успокойся ты. Тебе валерьянки накапать? А то вон, вся какая-то нервная.

Она берет с полочки небольшую коробочку с лекарствами. Как только она ее заметила? После непродолжительных поисков достает на свет небольшой бутылек. Хм, у меня что, и валерьянка есть?

Налив в стакан воды из чайника, Маринка добавляет туда пару десятков капель валерьянки. Протягивает мне.

Под строгим взглядом подруги, залпом опрокидываю в себя приготовленную ей порцию успокоительного.

– Вот и славно, – она забирает у меня стакан. – А теперь присядь и просто расслабься.

***

Звонок, а затем и громкий стук во входную дверь, вырвает меня из объятий сна.

– А, что? – смотрю осоловевшими глазами на подскочившую куда-то Маринку.

Похоже, что сказались пережитый стресс и усталость. Да еще и валерьянки выпила. Вот я и отрубилась, прямо на диване в гостинной.

– Откройте! Полиция! – требует густой мужской бас из-за двери.

– Да иду я, иду! – кричит Маринка, подбегая к двери и поворачивая защелку замка. – Ой, мальчики…

Сквозь распахнутые сильным ударом двери, на нее смотрят суровые парни в брониках и с автоматами наизготовку.

– Всем лежать! Мордой в пол!

Опешившую Маринку бесцеремонно кладут лицом на кафель в прихожей. Бойцы один за другим проникают в квартиру, быстро осматривают кухню, забегают в гостиную, размахивая своим оружием.

Флегматично моргая смотрю на это "маски-шоу". Я же валерьянки выпила. Мне теперь не особо волнительно наблюдать все это.

Поджимаю под себя ноги, закинув их на диван, чтобы эти бравые ребята из опергруппы не оттоптали мне их случайно своими берцами.

А Маринка, вот, лежит на полу. Так сказать, заслуженная награда для лучшей актрисы дня.

Говорила же, не надо так сильно переигрывать по телефону. Вон целая вооруженная спецгруппа примчалась к ней на помощь. Пусть теперь полежит подумает.

Хотя, Маринку кажется не особо беспокоит такое развитие событий.

– Мальчики, ну зачем же так грубо? – пытается она подняться.

– Лежать! – тычок дулом автомата под лопатки заставляет ее, громко вздохнув, опуститься обратно на пол.

Боец, стоящий над ней, ведет похотливым взглядом вдоль распластанных по полу длинных Маринкиных ног, прямо туда, где из под слегка задравшейся юбки виден кружевной край чулок.

Довольный увиденным зрелищем, боец кивает другому оперативнику, мол зацени. Тот поднимает большой палец вверх, в одобрительном жесте - да, зачетная задница.

– Кто еще в доме? – тычет у меня автоматом один из бойцов, что забежали в гостиную.

– Никого, – безразлично пожимаю плечами.

Боец, слегка удивленный моему такому спокойствию, опускает голову к рации, закрепленной слева на груди.

– Все чисто, – докладывает он.

– Принял, – слышится сквозь эфирные помехи чей-то ответ. – Поднимаюсь.

Через пару минут, во все еще раскрытых нараспашку дверях в квартиру, появляется худощавый мужчина в сером костюме.

Быстро пробегается цепким взглядом по квартире, оценивая обстановку. Чуть задерживается на Маринке, которая так и продолжает будоражить фантазии бойцов задравшейся юбкой, лежа на полу в прихожей.

Главный дает знак своим бойцам поднять Маринку с пола, а сам идет дальше, в гостиную.

– Ну-с, рассказывайте, барышни.

Он смотрит многозначительно на Маринку, которую под локоть заводит в комнату один из оперативников, затем переводит взгляд на меня.

– Кого тут из вас грабят, насилуют, убивают?

…