Глава 12

Маринка, негромко фыркнув, выдергивает свой локоток из руки держащего ее бойца. Не обращая внимания на направленные на нее автоматы, подходит к главному оперативнику.

– Ее! – доверительно сообщает она ему на ухо, положив сзади руки на плечи. – Ее, товарищ полковник.

Тычет в мою сторону указательным пальцем.

– Ну, во-первых, не полковник, а майор, – хмуро косится на Маринкину ладонь на своем плече главный оперативник, – Майор Рыков, Геннадий Романович.

– Надо же! Никогда бы не подумала, – притворно удивляется подруга, всплеснув руками. – Выглядите как настоящий полковник. Такой серьезный и статный мужчина.

Кокетливо стреляет в его сторону глазками.

Ну, Маринка, браво! Даже сейчас, в такой напряженной обстановке, не выходит из образа "роковой соблазнительницы".

От ее слов, Рыков слегка смущается. Тень самодовольной улыбки на секунду мелькает в уголках его губ. Но, в следующее мгновение, его лицо вновь сурово и непроницаемо, а голос строг.

– А во-вторых, – он многозначительно смотрит на меня, – по виду этой барышни не скажешь, что ей сейчас что-то угрожает. Уж слишком спокойно она себя ведет.

– Ой, не обращайте внимание, – машет рукой на меня Маринка, – это она просто успокоительного приняла. Перенервничала.

Ну, вообще-то, это она меня заставила залпом выпить стакан валерьянки. Но, мне как-то и пофиг.

И правда, что-то слишком я какая-то спокойная. Вялая даже. Вон, толпа вооруженных мужиков в брониках воспринимается мной, как что-то само собой разумеющееся.

Хотя, это же нифига не нормально?

Смотрю на оккупировавших квартиру бойцов из группы быстрого реагирования, а у самой ни капли волнения. Хотя в любое другое время я бы уже точно в обморок упала.

– Предложить вам чаю? – вновь кокетливый взгляд Маринки на Рыкова, из-под томно полуприкрытых ресниц. – Господин… майор?

При слове "господин", она принимает весьма не двусмысленную позу, "готовой на все" служанки.

– Нет, не нужно, – заигрывания Маринки остаются Рыковым незамеченным.

– Милана, где у тебя заварка? – пропустив явный отказ бравого майора мимо ушей, интересуется у меня подруга, щелкая кнопкой включения электрочайника.

– Нижний шкаф, вторая полка, – отвечаю я на автомате.

Вот и зачем я ей подыгрываю?

Глубоко и слишком наигранно вздохнув, так, чтобы все бойцы точно обратили на нее внимание, Маринка наклоняется и открывает дверцу нижнего шкафчика.

– Вам черный или зеленый, господин Майор?

Взгляды всех бойцов прикованы к Маринкиной заднице, которой она покачивает туда сюда, усердно роясь на нижней полке.

– Отставить!

Громкий рев Рыкова заставляет всех бойцов прекратить пускать слюни на аппетитную филейную часть моей подруги и вытянуться по стойке смирно.

– Повторяю, – в голосе старшего оперативника звенит металл. – Я не буду чай.

– Сразу бы так и сказали, господин майор, – обиженно поджимает губки Маринка. – Чего я тут тогда…

– Значит так, – Рыков обводит сердитым взглядом комнату. – Я не вижу здесь никакой угрозы, о которой было заявлено по телефону. Так что, или вы объясняете мне, четко и внятно, что произошло, либо… – хмурый взгляд на продолжающую кокетливо строить ему глазки Маринку, – … либо я оформляю вам ложный вызов и забираю в отделение до выяснения.

Маринка хочет ему что-то возразить, но он останавливает ее, подняв руку вверх.

– Стоп! Не надо. Вас я уже слышал, – он поворачивается ко мне. – Теперь, я хотел бы услышать что-то от, так называемой, потерпевшей.

Потерпевшая…

Слова Рыкова срабатывают как триггер.

Перед глазами сразу возникает мерзкая физиономия Артура и его фраза: "Тебе нужно просто потерпеть".

К горлу подступает ком, от внезапно нахлынувших воспоминаний того, что мне пришлось пережить в том подвале.

Что это?

Вытираю тыльной стороной ладони щеку. Слезы? Странно, я же абсолютно спокойна.

Сжимаю кулачки и рычу, от нахлынувшей злости.

– Чего это с ней? – с тревогой в голосе спрашивает главный оперативник у Маринки.

Затем подходит и наклоняется ко мне, заглядывает в глаза. Вижу присевшую возле него Маринку. На ее лице испуг.

Чего это они?

– Ми-и-ил? – протяжно и жалобно зовет меня Маринка. – Мил, ну ты чего, а?

Их лица начинают почему-то расплываться. А во рту появляется противный сладковатый привкус.

Последнее, что я слышу, прежде закрыть отяжелевшие веки, это крик Рыкова:

– У нее судороги. Скорую! Быстрее! Вызывайте скорую!

…