Глава 33

Спускаюсь, прохожу по пустому холлу, иду в кабинет Руслана Никифоровича. Из-за приоткрытой двери доносятся повышенные голоса бывшей жены и тестя. Лена, как обычно, истерит, требует свое. – Ты должен сказать Матвею, что так больше продолжаться не может! – возмущенно выговаривает отцу Лена, – Я вообще не понимаю, почему ты позволил ему развестись со мной. – Чтобы не было скандала! – рявкает Руслан Никифорович, – Нагуляла от другого мужика, а мне расхлебывай. Если бы знал, что ребенок не Матвея, ни за что не позволил бы вам пожениться! – Папа! – взвизгивает Лена, а я не хочу больше это слушать, решительно толкаю дверь в кабинет, прохожу к столу и усаживаюсь в пустое кресло. – Явился, – кривит красивые губы Лена. Только ее красота сейчас больше отталкивает, чем привлекает. Зная ее как свои пять пальцев, даже смотреть на бывшую не хочу, – Вот папа, полюбуйся, он привел к своей матери какую-то девку с ребенком. И я так понимаю, что та тоже говорит, что это его дочь. – Вера действительно моя дочь, – внешне спокойно отвечаю я, а внутри все кипит, того гляди рванет. – Такая же, как Стас? – хмыкает Лена. – Нет, это ты можешь себе позволить столько удовольствий сразу. Рожая от неизвестно кого. – Так, хватит! – останавливает нашу ругань профессор. – Только одно. Я хочу, чтобы ваша дочь перестала бить ребенка, – поднимаю руку, чтобы остановить возражения Лены, но той плевать. – Он не слушается! – взвывает она, – Как ты от нас ушел, он совсем от рук отбился. Ты думаешь, мне приятно все это? Но Стас стал невозможным, невоспитанным, упрямым… – Это не дает тебе право бить его! – Вот сам и воспитывай, если знаешь, как будет лучше! – парирует бывшая. – Нет, Лена, мы развелись. И я хотел сказать, что более не желаю видеть тебя в своей жизни никаким образом. Хватит! Мы с тобой два года уже как никто друг другу, а ты до сих пор считаешь, что у тебя какие-то права на меня. Так вот, я тебе скажу, что нет. Никаких прав нет. Тем более я хочу создать новую семью. – С этой белобрысой и ее дочерью?! – вскакивает с кресла Лена, – А ты проверил? Может, там тоже не твоя дочь. – Не все такие … – едва сдерживаюсь, чтобы не сказать вслух брачное слово при отце Лены, – Да и вообще, тебя не касается больше моя жизнь. – А как же Стас? – гнет свое. – Он мне не сын! Понимаешь? Я согласен общаться с ним, брать к себе иногда и то, если моя новая семья не будет против. Я люблю мальчика, но жить с тобой ради его благополучия не собираюсь. В комнате воцаряется тишина. Лена притихла и стреляет в меня злым взглядом. Руслан Никифорович задумчиво вертит в руках золотую ручку. Затем откладывает ее и откидывается на спинку своего кресла. – Так… – строго смотрит на дочь, – Ты приехала и опять начала свое. Стоило только Матвею уехать, как ты понеслась за ним сюда. Я рад, что ты привезла нам внука, но лучше тебе вернуться в Берлин. – Но папа… – возмущенно начинает Лена, а Руслан Никифорович, громыхает ладонью по столу, отчего она замолкает, кусая губы. – Насколько я знаю, тебе сделал предложение барон Хартан. Ты сказала, что подумаешь. Так вот, выходи за него, это то, что тебе нужно: титул, богатство, статус в обществе. Стас остается с нами. – Как?! – А так. Доходит в садик здесь, рядом с домом у нас гимназия, и Матвей, если захочет, сможет навещать нашего внука. Барон не планирует в доме чужих детей, насколько я знаю. – Нет, – делает печальный вид Лена, но я почему-то ей не верю. – Да и мешать он вам будет. С вашими приемами и светской жизнью. – Пап, барон старше меня на десять лет… – Ничего, зато мужик суровый, а ради положения в обществе ты полюбишь его, точнее, его кошелек, – усмехается Руслан Никифорович, – Я поддержу этот брак, завтра мы оформим документы на Стаса и улетай. – Ты будешь его опекуном? – тихо спрашивает Лена. – Я хочу, чтобы мы не дергали тебя каждый раз из Берлина, если возникнут вопросы с ребенком, все понятно? – Да. – А ты… – грозный взгляд на меня, – Не думал, что ты будешь все это так долго терпеть. Зачем женился на ней, если не любил? Ради ребенка? Благородный какой. Если из уважения ко мне, то не стоило. Вот к чему это привело. Стас не виноват, что у него такие родители. Мальчонку в обиду больше не дам. Лена, еще раз узнаю, что тронула внука, из завещания вычеркну, поняла? Лена молча кивает, бросая на меня злой взгляд, но при отце сдерживается, а я внутренне облегченно вздыхаю. Раньше нужно было все это сделать, но лучше поздно чем никогда. В кармане брюк вибрирует телефон, и я, извинившись, отхожу к дверям. – Агафон, ты где? – голос Любимова как нельзя кстати, – В городе? – Да, а что случилось? – Авария большая на МКАД, пять машин и автобус. К нам пострадавших везут, мы близко к месту аварии. Часть примем, часть я отправляю в другие больницы. Руки нужны. – Еду, минут через тридцать буду. – Отлично, – Сергей отключается, а я развожу руками и прощаюсь. – Извините, авария большая, я на работу. – Много пострадавших? – хмурится бывший тесть. – У нас мало мест в реанимации и всего две операционных, сколько сможем принять. – Я с тобой поеду, – встает профессор из-за стола, – Стариной тряхну, да и руки мои пригодятся. – Вот это реальная помощь, Руслан Никифорович, спасибо, – сияю я, как медный таз. Работать рядом со знаменитым хирургом – самый большой для меня подарок, да и Сергей обрадуется. – Поехали, – натягивает пиджак Виноградский, и мы уезжаем, оставляя недовольную Лену в кабинете отца. Надеюсь, я ее не скоро теперь увижу.