Глава 17. Алиса

Просто смотрю в окно. Как зомби. На подоконнике стоит чашка давно остывшего кофе, о котором я позабыла. Здравый смысл говорит, что срок был крошечный, да и вообще так лучше: меньше проблем с Максимом и его сумасшедшей любовницей. Но… каждый раз, когда я вспоминаю, что ребенка больше нет, что живот, скрытый под мешковатым свитером, пустой и плоский, горло начинает распирать судорожный ком, и я не могу сдержать слез. Кап, кап, кап. Прямо в чашку с черным кофе. Я поспешно утираю глаза рукавом – не хочу, чтобы Игорь увидел, что я опять плачу. Да что ж это такое? Не могу это унять, словно сорванный кран: плачу и плачу. – Девочки, мы дома, – слышу из коридора. Игорь с Роем уже вышли на работу – ему долго отдыхать не дают. – Я здесь, – отзываюсь я, стараясь, чтоб голос не дрожал. – Диана у подружки еще. – А-а, – протягивает, показываясь на пороге. – Ты как? – Нормально, – поспешно убираю чашку. У меня звонит телефон, заставляя меня вздрогнуть. Смотрю на экран и облегченно выдыхаю: Диана. Беру трубку. – Да, зайка, – улыбаюсь, делая вид, что все хорошо. – Алиса, а можно мне у Кати с ночевкой? Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста! – канючит девочка. – Это в соседнем доме, и тебе ее мама позвонит, и я тебе буду видео слать. Пожалуйста! А я приду и утром пылесосить буду. Честно-честно. Надо бы сказать, что лучше бы ей отпроситься у папы, но хочу порадовать ребенка – не все же смотреть на мою грустную мину: – Хорошо, только пусть ее мама мне позвонит, и отписывайся почаще, а с папой я договорюсь сама. И ты точно пылесосишь. – Уи! – взвизгивает девочка и я слышу, как говорит кому-то “Разрешила”, и рядом тоже визжит другая девчонка. – Спасибо-спасибо-спасибо! Ты лучшая! – Пожалуйста, – внутри становится так тепло. Ну что ж, по крайней мере, мне есть о ком заботиться и кого любить. Это тоже немало. – Я жду фотоотчеты. Пока. – Я уже тут вообще не авторитет, да? – беззлобно улыбается Игорь, прислонившись плечом к дверному косяку. – Прости, – так неловко перед ним. – Я просто так не хотела ее огорчать. Это же просто ночевка. Ничего плохого. И тут рядом. – Да ну, ты чего оправдываешься? – подходит ближе, сжимает мою ладонь. – Все хорошо. Я рад. – Я такая размазня последнее время, – обнимаю его, утыкаюсь носом в грудь и вдыхаю полными легкими его аромат. – Мне так… – Все хорошо, душа моя, – целует меня в макушку. – Я не тороплю. Все понимаю. – Давай мы с тобой сходим куда-нибудь? – я тоже все понимаю. И мне действительно хочется быть с ним, а не скатываться в пучину депрессии. – Давай на выходных, ладно? – виновато поджимает губы он. – Устал как собака. Хотя собака как раз вроде и не устала, да, пес? Бегал сегодня за одним придурком, а он, скотина, человек-паук хренов, паркуровец, скачет через заборы и все тут. – Хорошо, – треплю Роя по загривку. – Тогда я покормлю нашего доблестного пса и приготовлю тебе ванну, да? – Я сам, все хорошо, – бредет в ванную, слышу, как включает воду. – Ну молодец, Алиса, – бормочу себе под нос, разогревая суп и второе. – Прям пример заботы и всего прочего. Включайся уже. Я провожу по лицу ладонью, накрываю на стол, а потом зависаю. Да что со мной? Иду в коридор, встаю перед большим овальным зеркалом, быстро прохожусь по губам помадой, стаскиваю свитер через голову, оставшись в одном кружевном лифе, и распускаю волосы, встряхиваю ими. Иду в ванную и распахиваю дверь без стука – ну не подростки же. Игорь лежит в почти остывшей воде, запрокинув голову, рука свисает с края почти до самого пола. Рот приоткрыт, а грудь мерно вздымается. Я открываю горячую воду, чтобы его согреть, опускаюсь на колени рядом с ванной, покрываю поцелуями его лицо. – Игорь, – зову тихо, чтобы не напугать. Дергается резко, прижимает меня к бортику ванны. – Алис, – выдыхает, отпускает меня. – Не больно? Я задремал, наверное. – Нет, – выдыхаю я. – я просто хотела составить тебе компанию, – погружаю руку в воду, глажу его. Он моргает быстро, а потом я вижу, как его взгляд фокусируется на моих обнаженных плечах. – Ты… уверена? – его глаза становятся темнее, но он не позволяет себе даже смотреть на меня ниже, пока я не соглашусь наверняка. – Поцелуй меня, – склоняюсь над ним так низко, что кончики волос окунаются в воду. – Ты мне очень нравишься. Захватывает меня за шею сзади, поднимается резко вместе со мной. Неуловимым движением закрывает воду и переступает бортик, становясь рядом со мной. – Я больше никуда тебя не пущу, – нависает надо мной, почти касается моих губ. – Не отпускай, – хриплю осипшим голосом. Мой пульс подскакивает выше ста, кончики пальцев стучат и горят, когда я вожу ими по его телу, собирая капельки воды. – У меня такое чувство, будто я тебя всю жизнь ждала. – Дождалась. Долго искал. Прости, – толкает меня, прижимает своим телом к кафельной стене. – Ничего, – улыбаюсь сквозь слезы, которые сладкие на вкус. – Главное, нашел. Я обнимаю его скулы ладошками, смотрю в лучистые глаза. Поднимаюсь на носочки и целую, прижав губами дрожащую жилку на шее. – Алис, ты… прости, но я не …могу сдерживаться, – шумно выдыхает, перехватывает мои запястья, прижимает к стене над моей головой. – С ума уже схожу. От тебя схожу. Меня накрывает жаром от макушки и до пяток от его слов, от его близости, от дыхания на шее и запаха, который будоражит. Никогда не испытывала чего-то похожего с Максом. Никогда так никого не хотела. – Игорь, – чувствую, как нагревается плитка от моей раскаленной кожи, – я, кажется, в тебя влюбилась. – Я в тебя давно, – он целует мою шею, перехватывает запястья одной ладонью, а второй жестко проскальзывает по моим ребрам. – Черт, как я выдержал-то, – смеется мне в шею и прижимает меня еще ближе. – Ты невероятный, знаешь? – выдыхаю, чувствуя, что у самой уже вышло все терпение, и сил соблюдать правила приличия больше нет. – Боже… Его пальцы ловко расстегивают мелкие крючки, а дыхание все больше походит на сдавленные хрипы. Он врезается в мои губы сумасшедшим ураганом, сметает меня, уносит. Отпускает мои запястья и обнимает мое лицо, надавливая большим пальцем на подбородок. Обвиваю его шею руками, снова тянусь к губам, прижимаюсь к нему, и мне кажется, что я больше не чувствую под ногами опоры. Только я, он, и все.