23 глава 23

23 глава 23

***

– Рина. Откуда это здесь?

Я замираю у огромной напольной вазы с цветами.

Сегодня все в бело-розово-золотистых тонах. Но больше всего белого, конечно.

Только вот как среди огромного букета белых лилий оказались вдруг ромашки?

– Не знаю. Флорист, наверное, что-то перепутал. Я сейчас выброшу. Марьяна. Ну ведь это ерунда.

Мне снова становится трудно дышать.

Быстро вытираю лоб салфеткой. В ледяной пот кидает.

Ромашки навсегда исчезли из моей жизни.

Как и прошлое. И все воспоминания о том, что было раньше.

Теперь новая жизнь. Полностью с чистого листа.

– Говорю тебе. Все нужно отменить!

– Из-за ромашек?

Рина смеется. Она моя правая рука теперь. Здесь. В Италии.

Мне так и не перестали сниться солнечные берега.

Поэтому я решилась. Переехала.

Теперь у меня свое агентство. Одно из лучших в городе, между прочим, по организации свадеб!

И я безумно им горжусь!

– Марьяна. Сядь. Успокойся.

Послушно усаживаюсь. Кажется, я слишком устала.

– И не трогай лоб. Прическу же испортишь. Сейчас воды принесу.

– Лучше кофе. А в идеале чего-нибудь покрепче.

– Ты и так слишком нервная. Куда тебе кофе?

Мы обе знаем, что ничего покрепче я уж точно пить не стала бы.

– Это знаки, Рина. Плохие знаки. Вчера эти ромашки. И сегодня… И дети еще… Нет! Нужно все отменять!

– Ну и что вчера такого было? Ветка ромашек у тебя на столе дома.

– На столе! В моей квартире! Как она вообще могла там оказаться?

– Ох, ну что за глупости еще! Ты забыла, что часть заказа по цветам к тебе на квартиру и доставили? Девочки у тебя же букеты оформляли. Видимо, та ветка и выбилась откуда-то. А это основной случайно доставленный букет!

– Рина.

Заставляю себя опустить руки и не трогать лицо.

Залпом выпиваю ледяную воду и хватаю салфетку, обмахиваясь.

Совсем не пиковый сезон по жаре. Но мне реально слишком уж жарко.

– Ты помнишь, чтобы хоть раз перепутали что-то с заказом? Тем более, цветов?

У нас прекрасные поставщики. Мы всегда работаем с лучшими.

Да. Проколы бывают. С теми же салфетками или тиснения не того цвета иногда случаются. Ленты, украшения… Но с цветами нас не подводили еще ни разу!

– Еще скажи, что шторм тоже знак судьбы! Марьяна. Не глупи. Тебе просто нужно успокоиться. И не стоило браться самой за эту свадьбу. Хотя, кто сделал бы все лучше тебя?

Не знаю. Мне совсем не по себе. Хочется просто сбежать. Закрыться дома и вообще никуда не выходить!

Мало того, что эти ромашки…

Еще вчера показалось, что в окне я вижу фигуру Знаменского…

Мистика сплошная! Или вот именно так и сходят с ума?

Как будто прямо напротив окна моего стоял. И словно смотрел… Прямо в душу. Как привидение!

Только очертания в темноте. Но я как будто почувствовала. Его взгляд.

Дернулась к окну и увидела там его фигуру. Даже после стольких лет я не могла бы ошибиться!

– Это нервы. Ты сколько уже нормально не спишь вообще? И слишком много кофе. Успокойся, Марьяна. Детям позвони.

Вздыхаю.

Может быть, она и права.

Неделю уже как минимум сплю всего-то по нескольку часов.

Еще и малыши мои отправились на остров. Выпросили у меня пару дней на острове сказок побыть. Первый раз их куда-то отпустила. Не одних, конечно. Они всей группой сада туда поехали. И няню с ними тоже отправила.

Но все время на сердце неспокойно. Еще и из-за шторма они теперь там застряли. И непонятно, когда вернутся.

– Привет, мам!

– Привет, мои хорошие.

Улыбаюсь сквозь слезы, когда вижу две счастливые мордашки, перепачканные шоколадом.

Олечка и Витя радостно машут мне ручками.

Их шторм, кажется, совсем не печалит. Даже совсем наоборот.

– Как вы там?

– Тут тааааак здорово!

У Вити счастливо горят глаза. У дочки, впрочем, тоже.

– Тут лягушки шоколадные. И сколько хочешь волшебных палочек! Любыыыых!

– И принцессы. И конфетки с любым вкусом.

– И можно играть сколько хочешь!

– И никуда не расходиться!

О, да. Они у меня очень дружелюбные. Явно счастливы , что не нужно разъезжаться по домам и расставаться с друзьями.

– Маааам. Ты такая красивая, – восхищенно выдыхает дочка. А у меня снова слезы на глаза наворачиваются.

– Ты у меня самая красивая, малыш. И для тебе тоже есть платье. Как у принцессы.

– Марьяна Алексеевна. Там занятие в бассейне начинается.

– Конечно, Александра. Пусть бегут. Пока, мои хорошие. Я вас так люблю!

Малыши машут мне руками, стоя смешные рожицы и с визгом убегают в сторону комплекса.

– Так как у вас там дела?

Спрашиваю у няни. Хорошо, хоть настояла на том, чтобы она с ними поехала. А то точно бы с ума бы сошла.

– Совершенно счастливы и всем довольны. Да не переживайте вы так. У нас все просто прекрасно. Дети никогда еще так не любили занятия, как на острове!

– Хорошо, Саш. Тогда иди за ними. Я наберу еще.

С тоской думаю о том, что Олечка так и не наденет сегодня свое красивое платье. И вообще. Ну как без них?

– Нет, Рина. Все нужно отменять, – качаю головой.

С утра еще обещали, что шторм прекратиться. Я надеялась, что они вернуться. А теперь…

– Марьян. Уже гости собрались. И регистратор. И… Ну сама посмотри.

Выглядываю из-за кулис.

И правда.

Все уже рассажены за столами.

Дорожка к регистратору выстлана перламутровым ковром. Сам регистратор тоже уже на месте.

Играет музыка.

И…

Демьян. Он тоже уже здесь.

Неторопливо идет к месту росписи.

В белоснежном костюме.

– Жених очень красивый, – Рина вздыхает, закатывая глаза.

Это верно. Демьян и правда красивый.

Широкий разворот плеч. Уверенная походка. Волевое красивое лицо. Крупные черты.

Мышцы бугрятся даже через плотную ткань костюма. Зачем-то думаю о том, какие у него невероятно сильные руки. И что на этих руках он скоро понесет меня в наш новый дом…

Демьян удивленно осматривается по сторонам. Бросает взгляд на часы и идет нарочито медленно.

Я ведь уже должна была бы появиться.

– Ну как без детей-то? Рин…

– Марьяна. Если ты не выйдешь сейчас, это будет скандал. Ты уверена, что он захочет второй раз тебя под венец повести после такого? Тем более, ты сама знаешь. Разрешение на брак получить не так-то просто.

– Но это ведь неправильно, и…

– Неправильно было самой заниматься собственной свадьбой. Говорила тебе. Отдыхай, мы всем займемся. Но нет. А праздник, чтобы и с детьми, вы в любой момент можете сделать! Да хоть каждый месяц свадьбу устраивать! Ну? Иди. Жених уже явно нервничает.

Почему на душе так неспокойно?

Обхожу по потайному входу.

Вхожу в зал с нужной стороны. Каждый шаг дается с каким-то диким трудом. Как будто я… Делаю что-то неправильное…

Но вижу, как Демьян разворачивается ко мне. В его лице проносится облегчение, а после на нем появляется улыбка.

Расслабляюсь. Невольно улыбаюсь в ответ.

Рина права. Я просто слишком устала. И перенервничала из-за малышей моих.

В своем выборе я уверена. И убеждаюсь в этом с каждым шагом, который приближает меня к Демьяну.

С ним хорошо и надежно.

И, похоже, нас свела сама судьба.

Когда я переехала в Италию, мы снова случайно встретились. Не на дороге на этот раз. В торговом центре

С тех пор этот мужчина почти все время был рядом.

Помогал во всем. Заботился. Даже оставался с детьми, когда мне нужно было уехать , а няня не могла с ними посидеть.

Это же судьба. Верно? Иначе зачем бы она нас так часто случайно сталкивала?

А праздник для детей мы и правда можем в любой момент сделать!

– Ты пришла.

Демьян тут же берет меня за руку. Крепко сжимает ее, окидывая меня горящим взглядом.

– Ты сомневался?

– Начал переживать.

Демьян снова все про меня почувствовал. Он так часто ощущает мои эмоции, что мне иногда становится даже не по себе. Потому что кажется, что так не бывает!

– Надеюсь, в нашу брачную ночь ты забудешь о всех своих волнениях, Марьяна, – шепчет мне на ухо, глядя с настоящим обожанием.

– Мы можем начинать?

Регистратор нетерпеливо покашливает.

– У меня время расписано. Через полчаса нужно быть уже в другом месте.

– Конечно, – уверенно кивает Демьян. – Начинайте.

– Демьян Калинин, – регистратор слегка коверкает имя и фамилию, явно непривычную для его произношения. – Берешь ли ты в жены Марьяну Ильницкую и обещаешь…

– Нет. Не берет.

Раздается громовой голос. Эхом. На весь зал.

Я судорожно впиваюсь в руку Демьяна. Сердце грохочет, как ненормальное. Кажется, сейчас вылетит из груди.

– У этой женщины уже есть муж. И никто другой не может взять ее в жены!