24 глава 24

На миг перед глазами темнеет.

Спина вытягивается в струну.

Этого не может быть! Но… Это его голос. Я не могу ошибиться. Да и кто бы еще посмел вот так врываться, и….

– Вы ошибаетесь, – невозмутимо и с нажимом чеканит Демьян, слегка повернув голову и снова переведя взгляд на регистратора.

– Эта женщина не замужем. Пока.

Я не решаюсь обернуться.

Но говорящий мужчина сам оказывается рядом.

Резко становится между мной и моим женихом. Я вижу лишь мощную высокую фигуру. И широкую спину, обтянутую дорогой тканью пиджака.

– Марьяна. Моя. Жена.

Гулом в ушах звенит голос… Моего покойного мужа.

– Если это розыгрыш, то он совершенно неудачный, – наконец выдыхаю дрожащим голосом.

Кто, черт возьми, мог додуматься так по-идиотски пошутить?

– И верно. Совсем не смешно, правда, Марьяна? Когда твоя жена стоит у алтаря с каким-то проходимцем!

Он разворачивается, и… У меня пропадает дар речи!

Это он. Знаменский. Стал старше. Мощнее. Шире в плечах. Вокруг глаз морщинки появились, но…

Все остальное… Не отличишь.

– Вы представляете, какую ответственность понесете, если сейчас продолжите регистрацию этого брака?

Грозно рявкает на регистратора, сверкая глазами.

– Заканчивайте регистрацию, – уверенно басит Демьян. – Вы все проверили, когда нам выдавали разрешение на брак. А ты… Убирайся отсюда. Пока я полицию не вызвал.

– Я тебя по стенке размажу за то, что прикасался к моей женщине.

Рявкает тот, кто слишком похож на моего бывшего и покойного мужа.

Мне плохо.

Как в замедленном кино, словно сквозь туман замечаю, как Демьян качается вперед. Но этот успевает быстрее. Прямо перед моими глазами поднимается вверх огромный сжатый кулак.

С треском впечатывается в лицо Демьяну, заливая белоснежный костюм кровью.

Но…

Фокусируюсь я не на этом.

А на кольце. На обручальном кольце , что надето на этот кулак.

Это…

То самое! У нас ведь были эксклюзивные кольца. Мы их специально заказывали. Ювелир клялся, что второй раз такой заказ не повторит.

Переплетение белого, красного и желтого золота. И… Царапина на нем. Я помню эту царапину. Слишком ярко помню.

У нас град сильный был. И окна стеклянные. Олег полез их закрыть, и стекло вдруг посыпалось. Тогда еще порез у него глубокий на пальце остался. Шрам потом был.

Ноги становятся ватными.

– Мне пора. Время закончилось. Меня ждут в другом месте, – в себя приводит суетливый голос регистратора.

Он быстро собирает бумаги и закрывает книгу, пытаясь все запихнуть себе в портфель.

– Убирайся отсюда!

Рявкает Демьян, отвечая ударом.

Но этот, второй, едва покачивается и резко поворачивается ко мне.

– Пойдем, Марьяна. Ты уйдешь отсюда только со мной. Со своим законным мужем.

– Вам же сказали. Убираться, – будто со стороны слышу свой голос. В нем, на удивление, уверенность и металл.

Хотя на самом деле я на грани обморока.

– Много разговоров.

Он….

Вдруг резко хватает меня за талию. Дергает на себя.

– Не дергайся, Калинин. Я приказал тебе за ней присматривать, а не воровать мою женщину. Лучше стой, где стоишь. Не создавай себе еще больших проблем.

Откуда-то появляются какие-то мужчины.

Я повторяю что-то про полицию, но…

Он просто дергает меня на себя. Забрасывает на плечо и уверенно направляется в сторону выхода.

– Отпусти меня! Черт тебя раздери!

Молочу кулаками куда только могу достать. По плечам. По голове. По спине. Но он будто и не чувствует.

Замечаю, как Демьяна скручивают, когда он пытается рвануться ко мне.

Какие-то люди становятся по периметру дорожки, которая вела к алтарю.

Не дают гостям броситься ко мне на помощь.

Слышу крики. Возмущение. Визги.

И свои в том числе. Проклинаю того, кто меня несет, на чем свет стоит.

Но он будто и не слышит. Продолжает так и нести меня.

Выходит из здания и просто запихивает меня в машину, стоящую прямо у входа.

– Здесь не бывает беспредела! Это похищение! И оно карается тюрьмой!

Шиплю, когда он усаживается рядом.

– Поехали, – командует водителю, крепко сжимая мои руки.

Слышу щелчок блокировки дверей. Машина резко срывается с места.

– Это просто так тебе не обойдется!

Впиваюсь со всей силы в его руки ногтями.

– Ну здравствуй. Жена.

Произносит до одури знакомый низкий хриплый голос.

– Я ведь скучал.

– Куда вы меня везете!

Очень трудно сдержать истерику на самом деле.

Особенно когда ты в машине непонятно с кем, а она летит черт знает куда на полной скорости.

Он только качает головой, продолжая пронзать меня тяжелым странным взглядом. От которого не по себе. Мороз по коже. До косточек пробирает. И я еще сильнее вонзаюсь ногтями в его руку.

– Имейте в виду! Все видели вашу машину! Номера! За нами очень скоро выедет полиция!

– Не думаю, – резко чеканит мужчина, по прежнему так и не реагируя на то, что на его руках уже глубокие царапины.

Я-то знаю. Потому что вижу, как мое платье заливается каплями его крови. Но ему будто все равно.

– Очень странно видеть тебя в свадебном платье, Марьяна, – он с силой сжимает мои руки.

Так, что мне становится больно. Будто в тисках.

– Мне казалось, это для меня одного.

Опускает взгляд на мои губы.

Его глаза вспыхивают. А вот мои губы…

Я будто чувствую этот взгляд. Как прикосновение. Как будто пальцами проводит.

– Опустите меня! По-хорошему!

Вот сейчас. Сейчас точно она начнется. Настоящая истерика.

– Не дергайся.

Рывком дергает меня на себя, когда я пытаюсь хоть как-то от него отодвинуться.

– Ты едешь домой. Со своим законным мужем. Это совершенно нормально, разве нет?

Он сумасшедший. Он точно. Сумасшедший!

Потому что мой муж умер больше чем три года назад!

Опускаю глаза и тут же по телу проносится дрожь.

Шрам. Тот самый шрам на пальце. После пореза стеклом. Он есть и на его руке.

– Марьяна. Я ведь пока по-хорошему. Перестань дергаться, ладно? Дома обо всем поговорим.

Сжимает мои руки еще сильнее. Как будто еще немного, и точно оторвет.

От него пахнет…

Точно, как от Олега.

Тот же самый парфюм. Мой любимый. Я помню. Я ведь его всегда ему выбирала.

– Я не собираюсь делать тебе больно, – добавляет слегка охрипшим голосом.

Это было сейчас что? Угроза?

Выдыхаю и отворачиваюсь к окну.

Впиваюсь взглядом за окно, надеясь, что уже очень скоро услышу полицейские сирены.

Но их нет, а машина только набирает скорость.

Город оказывается позади. Мы на полном ходу влетаем на какую-то трассу, которой я вообще здесь не знаю.

Даже зажмуриваюсь, потому что мы разогнались уже до такой скорости, что в ушах звенит.

И…

Резко распахиваю глаза, когда машина внезапно так же резко останавливается.

– Приехали, – безучастно оповещает мой похититель, а мне становится совсем плохо.

Тут не ограда. Бетонная огромная какая-то стена. Не дом, а самый настоящий замок. Как из средневековья. Такой, который, как будто создан для того, чтобы осады выдерживать.

Ну и как здесь полиция меня найдет?

Тем более, если они так и не смогли за нами проследить!

И, главное, почему, черт возьми?

Никто не успел их вызвать? Машины не было?

Ну, ничего. Пробить хозяина машины можно и по номерам. Этот адрес власти вычислят. Так или иначе.

Потому что такой замок уж точно незаметно ни приобрести, ни снять в аренду нельзя. Значит, информацию отыщут. Но…

Как скоро это случится?

– Пойдем.

Он распахивает передо ной дверцу. Протягивает руку.

– Как галантно, – не удерживаюсь от колкости.

– Ты выйдешь? Или мне тебя отсюда вытащить, м?

Ну, какой же это к черту Олег? Даже если бы я и не видела записи авиакатастрофы собственными глазами.

Олег поступил со мной ужасно, тут только святой не возненавидел бы его. Но у него уж точно никогда не было таких бандитских замашек. И такой грубости.

– Я серьезно. Идем, Марьяна.

Он и правда буквально выволакивает меня из этой машины. Больно впиваясь в мою руку.

Затравленно мечусь глазами по сторонам.

Крепость. Черт. Это и правда просто. Огромная. Крепость. Все намного хуже, чем мне показалось из машины! А вокруг такая мощная и высокая стена, что не перелезешь. Вряд ли в ней есть какие-то дыры. Сомневаюсь. Слишком уж она монументально!

– Не советую даже думать, чтобы сбежать.

Он резко дергает головой.

Прослеживаю взглядом и замечаю людей. Их не так уж и много. Человек пять. Но все высокие мужчины. Крепкие. С очень красноречивой выправкой.

И у каждого на поводке по две огромных собаки. Просто-таки монстры!

Он так и тащит меня за собой, придерживая за руку.

Двери огромного замка распахиваются перед нами словно сами по себе. Такие же, кстати, огромные. В несколько моих ростов. Оббитые металлической ковкой.

Мне жутко. Реально жутко.

Кажется, это двери в ад. В какую-то черную дыру. Здесь и так-то не очень приятно. Но хотя бы светит солнце.

А так кажется, что я попаду в ад, как только переступлю порог этого мрачного здания.

– Хочешь, чтобы я занес тебя на руках?

Недоуменно поднимаю на него взгляд. В его лице ядовитая насмешка.

Ах да. Я ведь в белом платье. Невеста. И ведь меня и правда должны были сегодня вносить на руках. В наш новый с Демьяном дом…

– Обойдешься без такой чести. Муж меня внесет. В наш дом.

Вижу, что в его глазах мелькает что-то злое. Явно я его этим зацепила. Только вот не понимаю, почему?

Хотя все и так слишком абсурдно. Чтобы хотя бы пытаться что-то здесь понять.

Главное, что я помню про сумасшедших, это что нельзя показывать им свой страх. Никогда не думала, что придется такие знания применять на практике!

Решительно делаю шаг вперед.

Внутри на самом деле все оказывается не так уж плохо. Даже красиво. Как будто и правда замок из средневековья. Только не темница, чтобы людей пытать, а , похоже, здесь для приемов и балов все предназначено.

– Нравится?

Я только хмыкаю и пожимаю плечами.

– Какая мне разница, как здесь. Я же не архитектор. И не оценщик. Вы, похоже, выкрали не того, кто вам на самом деле нужен.

– Большая разница, Марьяна.

Двери за нами захлопываюся. Сами по себе.

Его рука опускается на мое предплечье.

А после он резко разворачивает меня к себе.

– Очень большая. Ведь теперь тебе придется жить именно здесь!