Глава 24. ОНА

— Анна! — вдруг слышу строгий женский голос, помогающий мне справиться с возрастающим напряжением.

Черт! Черт! Это старшая горничная! Какой стыд! Сейчас наше с Русланом положение в пространстве подтверждает все слухи, посеянные Кристиной.

— Работать не пора? Или так и будешь с гостями зажиматься?

Съеживаюсь:

— Простите, — бормочу я.

Поднимаю умоляющий взгляд на Руслана, в надежде, что он меня отпустит. Но судя по его грозному виду, он будто и не собирается.

Выпрямляется в полный рост. Поворачивается к женщине:

— Слишком много себе позволяете, — грубо одергивает ее. — Во-первых в таком тоне разговаривать с персоналом, тем более в присутствии гостя — по меньшей мере непрофессионально. А во-вторых вы явно недостаточно уведомлены о расстановке собственных кадров: я выкупил у гостиницы рабочие часы этой девушки, поэтому с сегодняшнего дня она только моя личная горничная! Это ясно?

Я просто смотрю с открытым ртом.

— Но Кристина Сергеевна… — начинает старшая.

— Кристина Сергеевна, насколько мне известно, не властна над вопросами кадров, — осаживает ее Руслан. — У меня договоренность напрямую с Сергеем Аркадьевичем. Еще вопросы?

Женщина почтительно кивнув удаляется. А я себе даже представить боюсь, какими красками сейчас дополнятся сплетни обо мне, начало которым положила мегера.

— А теперь пойдем наконец позавтракаем, — Руслан по-хозяйски переплетает наши пальцы и увлекает меня обратно в свой номер.

Галантно открывает передо мной дверь, пропуская меня вперед. Неловко застываю на пороге.

Чувствую, как он останавливается у меня за спиной. Дергает ленты моего фартука, снимая его с меня:

— Это тебе больше не пригодится.

— Вы правда купили мое время? — недоумеваю я.

— Мгм, — кивает, проходя вглубь комнаты, — хотел узнать тебя получше. А для этого нужно время. И судя по тому расписанию, что мне достали ребята — у тебя его нет. Пришлось выкручиваться.

Хотел узнать меня получше? Зачем?

— Малыш, ты пока располагайся, — продолжает он. — Можешь начинать завтракать, пока все совсем не остыло. Я сейчас быстро ополоснусь и присоединюсь к тебе, если ты не против, м? — кажется он действительно ждет моего одобрения.

— Конечно, нет! — качаю головой. — В смысле… не против.

Он скрывается за дверью в ванной, а мне становится неловко просто сесть и есть привезенный мною завтрак. Лучше подожду его. Мне столько вопросов ему задать хочется. Но каждый раз, когда он рядом как назло все из головы вылетает.

На автопилоте выполняю свою работу, чтобы хоть чем-то себя занять, пока жду Руслана. Заправляю кровать, собираю всякий мусор, накрываю завтрак.

Меня почему-то тянет выставить столик на балкон. Всегда завидовала постояльцам, которые неспешно завтракали, наслаждаясь нашими шикарными видами. Но не могу так наглеть. Ведь если нас кто-то увидит, то мне и вовсе останется только уволиться.

Оцениваю свои старания придирчивым взглядом. Теперь вроде все в порядке.

Вздрагиваю от внезапной вибрации у себя под ногами. Чуть не наступаю на валяющийся на полу телефон. Отшатываюсь и, едва не упав, вцепляюсь руками в столик под телевизором.

Ох блин…

Пальцы проскальзывают по глянцевой поверхности, собирая мутные жемчужные капли.

Вот же черт…

Смотрю на свою ладонь. Это его сперма.

Дверь в ванную тут же распахивается. На пороге Руслан, едва прикрывшись полотенцем:

— Что за грохот? — смотрит на меня, на мою ладонь, затем на столик: — Зачем тебе это?

— С-случайно.

Дергает меня за руку, увлекая за собой в ванную. Ставит перед раковиной, и подсовывает мои руки под теплую воду. Так тщательно отмывает, будто это как-то поможет смыть всю неловкость между нами. Но еще больше все усугубляет тот факт, что полотенце, которым он прикрывал наготу, ему больше держать нечем. Оно лежит рядом с чашей раковины. А это значит, что он сейчас совершенно обнаженный позади меня.

Нерешительно поднимаю взгляд в зеркало.

Руслан с преувеличенным усердием моет мои руки. И мне так нравятся нежные прикосновения его грубых пальцев, что я начинаю уже совсем привычно покрываться мурашками.

Вижу, что он замечает. Его взгляд наглухо прилип к моим соскам, что предательски торчат даже под плотной тканью форменного платья.

Он едва заметно поворачивает лицо к моим волосам, затянутым в строгий хвост. Прикрывает глаза. А его ноздри слегка расширяются, будто он пытается уловить мой запах.

Мне должно быть неловко. Или даже страшно, что едва знакомый мужчина прижимается ко мне голиком, обнюхивает.

Но нет.

Внизу живота будто снова напрягается какая-то чувствительная пружина. Хотя здравый смысл все еще пытается подавать сигналы к бедствию.

Бабуля права, не нужна я ему! Тем более раз сын давно умер.

А если дело вовсе не в его сыне? Что если я просто приглянулась ему как женщина? Не может быть! Где он и где я. Тем более у него невеста есть. Может он конечно ведет себя так со всеми женщинами, но тогда я точно не хотела бы стать одной из них. У меня все же гордость есть.

Однако взгляд продолжает жадно изучать наше с ним отражение в зеркале. Это так красиво…

Его силуэт кажется еще больше на контрасте с моим. Кожа смуглая, бугрящаяся мышцами. А я совсем мелкая и бледная как мел. Его огромные руки, увитые крупными венами, неторопливо гладят мои ладони. Так завораживающе, будто в гипноз вгоняя.

Он выключает кран. Снимает с крючка чистое полотенце, заворачивает мои ладони. А до меня только сейчас доходит, что вещь, которой он прикрывался и которую я ошибочно приняла за полотенце, вовсе не является оным. Судя по текстуре ткани… это мой фартук.

Зачем он забрал его с собой в душ?

В голову лезут только совсем пошлые мысли, мешающие думать здраво.

Идиотка! Он явно собирался кинуть его в корзину для белья! Куда же его еще девать?

— Теперь иди пожалуйста в комнату, — хрипит над ухом Руслан, — и пока я буду одеваться, постарайся больше не вымазаться.

Послушно киваю. Снова чувствую себя рядом с ним непослушным ребенком, которого отчитали.

— Вот умница, — оставаясь за моей спиной, он открывает дверь, и легким поглаживанием моей спины вплоть до самого копчика выставляет меня из ванной.

Черт бы меня побрал. Что это сейчас было? Я будто опьянела. И совсем потеряла контроль над собой.

Нужно взять себя в руки! Немедленно!