Глава 41

— Это ерунда, — ответила я своему отражению в громадном зеркале с мягкой подсветкой.

Я гипнотизировал себя взглядом, стараясь придумать достаточно веские поводы для отказа.

Завтра мне предстоит ещё несколько встреч, в том числе с представителями прессы, которых интерес ко мне здешних финансовых бонз вдохновил на предложение записать интервью. Умом я понимала, что отказываться не стоит — такая реклама нам очень кстати. А вот внутри всё равно всё сжималось — я не привыкла к такому пристальному вниманию, это во-первых. А во-вторых, не переставала думать о том, что направленные на меня метафорические софиты — дело рук Катаева.

К тому же он слишком лениво отрицал свою причастность к этой импровизированной промо-кампании. Вот совершенно не старался меня перебудить. Хотя, может, ему просто нравилось, как и любому другому представителю мужского пола, воображать себя эдаким спасителем.

В отличие от подруги, я с большим недоверием относилась к его вниманию. Поэтому разглядывала себя сегодня в зеркале особенно тщательно.

— И на что ещё, кроме перспектив что-то поиметь от сотрудничества с нашим фондом, он мог бы купиться? — пробормотала я своему отражению, скользя критическим взглядом по каждой мельчайшей шероховатости и морщинке.

— Тоже мне, роковая дама, — фыркнула я.

Как назло, в памяти тут же всплыл образ Алины — воздушного создания небесной красоты, из-за которого едва не подрались мой сошедший с ума муж и потерявший голову от любви сын.

И стоило вспомнить об этом, как я прикрыла глаза и помотала головой, чувствуя почти нереальность происходящего.

Я ведь даже Татьяне об этом пока не поплакалась. Не могла я убивать по пару часов на телефонные разговоры, когда дела требовали внимания. Возвращаясь в номер, я всё чаще садилась за отчётности и бумаги. Всё чаще созванивалась с помощниками и коллегами по фонду. Всё чаще консультировалась и всё больше пометок с дедлайнами делала в своём ежедневнике. Не было времени на личное.

Но вот Катаев… От него оказалось не так-то легко отмахнуться. Я уж молчу о том, что в списке деловых встреч после новогодних праздников он стоял у нас первым — исключительно в порядке очереди, конечно.

Я остановилась перед застеленной постелью, на которой разложила два комплекта — строгий деловой и чуть более вольный его вариант.

До новогодних праздников оставалось несколько дней, и я раздумывала, стоило ли чуть разнообразить свой исключительно суровый дресс-код.

— Ты, мать, с официозом, пожалуйста, не перебарщивай, — предупредила меня вчера на сон грядущий подруга. — Опять же, чем привлекательнее выглядишь, тем вернее эти толстосумы будут расставаться со своими пожертвованиями. В конце-то концов, ты там для чего? Чтобы обеспечить своему фонду всяческое процветание.

— Тань, знаешь, как это звучит?

Она знала, конечно, но притворилась, что понятия не имеет, о чём я.

— Как?

— Как будто я себя продаю.

— Здрасьте приехали! Извини за прямоту, Свет, но тебе ли сейчас, деловой, независимой женщине, в недотрогу играть? Бери от этой поездки всё, что только сумеешь. В этом весь смысл! Наплюй на всех и вся, кроме собственного дела.

— Мотивационный спикер из тебя что надо.

— Это ирония?

— Нет, я вообще-то серьёзно.

И вспомнив этот отрывок нашего разговора, я невольно перекочевала взглядом на второй вариант. Решила, что не совсем правильно

Хорошо, добавим в образ намёк на ожидание праздника.

И надо сказать, этот ход себя оправдал.

Шёлковая алая блузка с чуть более свободным вырезом стала моим счастливым талисманом сегодня — все три встречи прошли с большим успехом. А ещё я заметила, что у меня всё меньше интересовались вовлечённостью фирмы мужа в дела нашего фонда. Возможно, все вокруг уже изучили контекст ситуации.

Конференц-зал я покидала в откровенно приподнятом настроении, умудрившись отодвинуть от себя даже всё то безобразие, которое творилось в моей пока ещё семейной жизни. Тем более что с утра созванивалась с сыном, и он пока не успел выкинуть никакой глупости.

Сегодня я больше не предполагала никаких особых активностей. Все мысли, если уж начистоту, были о скором отъезде. Промаявшись с решением несколько дней, я всё-таки не отыскала для себя необходимости оставаться здесь на новогодние праздники.

Одно дело — деловая активность с перерывами на отдых, и совсем другое — полноценное празднование. Муж в качестве спутника на запланированных тут вечеринках, само собой, исключался. А больше…

— Добрый день.

Глубокий и низкий голос заставил меня затормозить и только потом уже вынырнуть из своих мыслей.

Передо мной высился Артур Катаев. Который, судя по его взгляду, тоже оценил алую блузку.

— Светлана, вы сегодня сногсшибательно выглядите.

Я невольно зарделась. Получать комплименты я давно разучилась, но это не значило, что получать их стало вдруг неприятно.

— Благодарю. У вас тоже долгожданный перерыв?

Он кивнул:

— Выпустили на пять минут. За три часа переговоров я всё себе отсидел. Даже, кажется, мозги.

Я невольно хихикнула и тут же сама себя отругала. Что за детский сад, ей-богу…

— Сочувствую. А я на сегодня полностью расквиталась.

— Так вы теперь вольная птица?

Ага, во всех отношениях. Но в ответ я не более чем кивнула.

И уже готова была, распрощавшись с Катаевым, отправится дальше, когда он спросил:

— Кстати, а какие у вас планы на новогодние?